Голос Ветра
Шрифт:
Он догнал меня и забежал вперёд.
— Мышонок, давай Тёму не будем подставлять, мать её убьёт.
Именно об этом я и думала.
Только это и останавливало.
Можно было в гостиницу… Мне дадут номер в семнадцать? Я ничего не знала.
Взгляд подняла на Ветрова и утонула в его глазах.
Они в ночи казались беспросветными, как небо над головой. Уличное освещение оставляло в сумрачной радужке настоящую россыпь звёзд, и, возможно, если смотреть Ветрову в глаза очень долго, то
Всё, на что мне хватило сил, это рот закрыть и не пялиться на него с текущей слюной.
Идиотка.
— Ладно, не буду язвить, раз так остро реагируешь, — он почесал затылок и опустил глаза.
— Спасибо, безмерно благодарна, — усмехнулась я.
Наверное, никогда я не смогу на него обижаться или показывать свой характер. А что у меня с характером? Я просто всё время себя виню в несостоятельности и неспособности существовать самостоятельно. Но это же однажды закончится, я всему научусь.
Мы молчали, стояли напротив друг друга. Некоторое время не смотрели в глаза, а потом он первый протянул руку. Мои пальцы в перчатке утонули в его ладони. Взгляды встретились. В жар кинуло. Ветер шептал:
— Как насчёт кильки в томатном соусе, буханки чёрного хлеба? Я получил немного деньжат, можно купить ещё курицу гриль.
— Я не голодна.
— Везёт же, — нахмурился Ветров, застегнул пальто.
— Я никогда кильку не пробовала, — призналась я, растерянно глядя по сторонам.
— Так это ко мне! — Ветер улыбнулся во весь рот.
А улыбка у него голливудская, на миллион долларов США.
Что он забыл в этой глуши? Да нет такой причины, которая бы помешала такому… обалденному парню с голосом, талантом и внешностью вырваться на эстраду, подиум. Да такому куда угодно можно податься, его везде примут. Даже в кино!
И стало мне неприятно от своих мыслей… Потому что тогда в его жизни не найдётся места для меня. И он не станет кормить меня килькой в томатном соусе.
Как страшно!
— Мышонок! Я тебя таким угощу, что в фешенебельных отелях не подают!
Он словно не понимал, чем обладал. Или не хотел видеть перспектив. Нужно было воспользоваться этим, пока большой-большой мир не поглотил Илью Ветрова. Пока я не лила слёзы у телика, глядя, как он выступает на сцене, и беснуются у его ног тысячи поклонниц.
Поджав губы, я подумала и кивнула.
— Я буду кильку в томатном соусе. И ещё я хочу попробовать лапшу быстрого приготовления, — прошептала, словно боялась, мама заверещит, что это запрещено, от этого разжижаются мозги и вытекают глаза.
— Давай договоримся, — завороженно смотрел на меня Илья Ветров. — Если тебе что-то захочется впервые попробовать, обращайся сразу ко мне.
— Хорошо, — кивнула я и смущённо рассмеялась. — Буду пробовать
Мне хорошо!
Немножко недопонимала, а точнее серьёзно не догоняла. Почему такой парень одинок? Мне казалось, что на него девчонки вешались. Небогатый? Только из-за этого? Не может быть такого, что в этом городе все девчонки меркантильные. К тому же у него явно всё впереди.
Дурной характер, как многие говорили?
Но я этого не видела!
Много чего не видела, нужно это признать. И подлого негодяя, скорее всего, от нормального пацана не отличу.
В данной ситуации, когда я утопала в Илье и растворялась без остатка, ощутила свою слабость.
Я – мотылёк, который видит, что погибли другие красавицы, сгорев в огне, но хочет прикоснуться к нему, потому что танцующее пламя завораживает…
Ветер манил к себе, прельщал внешностью и голосом.
И оттолкнуть его я не смогу.
Ещё один тёмный взгляд, таящий в себе звёздное небо, улыбка мягкая, и нет меня…
Всё знала, обо всём предупреждена. И вот так бездарно отдавалась в полную власть взрослого парня.
Влюблённость она такая… Страшная сила! Против неё не попрёшь.
— Дана, что случилось? — насторожился Ветров и начал пуговицы на моём пальто застёгивать. Пальцами своими музыкальными. — Нельзя нараспашку ходить, — улыбался он. — Заболеешь.
— Ухаживай за мной.
Подняв подбородок вверх, позволила позаботиться. И наблюдала, как он чуть хмурился, как появлялись задорные ямочки у его губ, когда он проказливо усмехался.
— Спасибо, — прошептала я.
И хотя на моих сапогах были каблуки, я умудрилась встать на носочки и несмело поцеловать Илью Ветрова. Только чуть-чуть боязливо коснулась его губ, как укололась, отпрянула.
Его губы тёплые и мягкие.
Замерла в замешательстве.
Как так получилось, не поняла.
Илья оторопел, не теряя лёгкой улыбки. Я увидела в этот момент какую-то страшную печаль в его глазах, даже тревожно стало.
— Что? — испугалась, в смятении отошла на шаг, продолжая сплетаться с его взглядом.
— Тебе хорошо? — тихо спросил он.
— Очень, — застенчиво призналась.
— И мне, — парень протянул руку.
Сняла перчатку и положила свою руку в его ладонь. Как утонула, ощутила давящее горячее томление внутри себя. Его пальцы изящные и длинные стебли, а мои – тонкие веточки, они сплетались, скрещивались сливались в единое рукопожатие.
— Да, Мышонок! Ты точно не выпила?!
— Нет, ты что?! — очнулась я от наваждения. И тут же обиженно буркнула: — Глупый.
— Просто так странно себя ведёшь, словно я призрак.