Голос

Плен Александра

Естественно, планеты второго и особенно третьего круга возмутились. Но ни демонстрации, ни статьи в газетах не произвели особого впечатления на сильных мира сего, заседавших на Гриз.

— Это дискриминация, — все больше распалялась журналистка, — вам, аристократам, родившимся в первом круге, все дано на блюдечке с голубой каемочкой. Вы не знаете, что значит работать до изнеможения…

— Девушка, — вдруг, из ниоткуда материализовался наемник, — госпожу Холланд просит выступить с заявлением мэр Аристы. — Рей крепко взял журналистку за руку и повел в сторону. — Время интервью закончилось.

Рива вздохнула с облегчением. Почему все

думают, что она родилась на Земле? Ноа постарался? Реально в ее паспорте местом рождения стояла Омега-41, планета третьего круга. Планета-тюрьма. Слава богу, что глубинные данные паспорта могут считывать только полицейские и судебные машины. Иначе певица потеряла бы огромную часть своей привлекательности.

Рей незаметно подошел и стал сзади, на расстоянии метра.

— Меня действительно потребовал к себе мэр? — Рива только недавно с ним разговаривала, и тот не планировал никаких заявлений.

— Нет, — произнес телохранитель, — это был повод убрать журналистку.

Я увидел, что ты перестала улыбаться, и взгляд стал неуверенный и тревожный.

— Не люблю политику, — Рива отметила наблюдательность мужчины и была благодарна за заботу, — Ноа всегда брал на себя взаимоотношения с прессой.

— Почему же сейчас муж не с тобой? — небрежно произнес Рей.

Он стоял лицом к залу, спиной к стене. И хотя уже успел разместить датчики на ключевых точках, огромная толпа народу в помещении заставляла все время быть начеку. В зале ресторана находилось человек двести. Андроидов не было. Напитки и закуски разносили служащие.

Рей каждый раз напрягался, когда новый благодарный ценитель таланта подходил к Риве с бокалом шампанского и с поздравлениями. Рей дал ей крошечный сканер ядов в виде кольца и потребовал проверять все, что приносят. Рива послушно выполняла наставления, но каждый раз виновато хмурилась, словно извиняясь перед поклонником.

— У него дела, — Рива демонстративно отошла от наемника подальше.

Рей с усмешкой смотрел ей вслед.

«Знаем, какие у него дела», — мысленно хмыкнул он. Берясь за новую работу, он собирал всю доступную информацию о клиенте. О Риве, о лучшей подруге Даниэле Каммин и о Ноа Холланд Си в том числе. Постепенно в его мозгу как на ладони вырисовалось все, что произошло на Омеге-41. Ему и не нужно было угадывать. И так было ясно, как девушки провернули операцию по женитьбе непутевого аристократа.

Ясно так же было, откуда Ноа берет огромные суммы, которые проигрывает на скачках, в казино, на боях. Рей абсолютно точно знал, куда улетел Ноа, и что он делает в данный момент. Знал обо всех его любовницах, оргиях, наркотиках и связях с мафией.

Рей и не думал обвинять Риву в том, что она вышла замуж за мерзавца. Она поступила так, как должна была. Наверное, в тот момент это был единственный шанс. Но в глубине души, подсознательно, Рей радовался, что у них несчастливая семья.

Весь вечер он не мог оторвать от нее взгляда. Это было непрофессионально и глупо, но Рей ничего не мог с собой поделать. Девушка выглядела как сбывшаяся мечта. Его мечта… Уже тогда, двенадцать лет назад, она волновала его, как никто другой. Сейчас от одного ее вида бросало в дрожь.

Рей знал о человеческом теле все. Анатомию, строение скелета, расположение и название каждой косточки, мышц, суставов, сухожилий и узлы нервных окончаний. Знал, в какое место на теле можно легонько нажать и отключить человека на минуту, час или на всю жизнь. Он знал все, но не мог до сих

пор понять, как эти обычные клетки, атомы и молекулы могли воплотиться в такую совершенную оболочку.

Все в ней восхищало. Прекрасное лицо, фигура, улыбка, женственность. Она излучала светлую чистую радость и очарование. Одновременно казалась и юной невинной девочкой, и искушенной женщиной. Быть рядом, смотреть на нее, разговаривать с ней… Рей вздрогнул, как от озноба. Он вдруг понял, что хочет, чтобы так было всегда…

Рива улыбалась, разговаривая с мэром Аристы. На минутку к ним присоединилась Дана с новым кавалером, но сразу же покинула их, упорхнув развлекаться.

— Езжай в гостиницу без меня, — бросила напоследок, — я собираюсь веселиться всю ночь.

Она уже давно перестала приставать к Риве, чтобы та завела любовника. Кроме музыки ее подругу ничего не волновало.

Рива краем глаза наблюдала за телохранителем, все так же бесстрастно стоящим у стены и наблюдающим за залом… Странный он какой-то. Неразговорчивый, бесстрастный и… Некрасивый. Совершенная противоположность Ноа. Иногда в глубине его глаз Рива замечала проблеск каких-то чувств. Но они так мимолетны и противоречивы, что она не могла ничего разобрать. Он никогда с ней не общается. Проверяет комнаты, ставит, снимает датчики, дает указания и уходит к себе. Отрывистые приказы и короткие приветствия — вот что Рива слышала от него на протяжении последних недель. Самым долгим разговором был та первая вводная лекция еще в столице Мирабель.

— Пора… — голос Рея раздался совсем рядом, Рива отвлеклась и даже не заметила, как он подошел.

— Мистер Питерс, — Рива лучезарно улыбнулась мэру, — было приятно с вами познакомиться. Надеюсь, вы придете на мой концерт в следующий раз.

— Всенепременно, — растянул губы в профессиональной широкой улыбке мэр, — всенепременно.

Рива еще немного прошлась по залу, прощаясь с новообретенными знакомыми, чувствуя раздражающее сопровождение телохранителя. Тот не отставал от нее ни на шаг, словно поторапливая.

— Прием закончится только через час, — яростно прошептала Рива, когда Рей усаживал ее в маленький двухместный аэромобиль.

— И пробираться через толпу к выходу? — бросил он.

— Не напрягает быть всегда правым? — пробурчала она сердито, после того, как мысленно согласилась с его доводами.

Рей не ответил, внимательно следя за датчиками и радаром. Все спокойно, можно выдвигаться в гостиницу.

Лететь было недалеко. Около десяти минут по пустому шоссе.

Рей включит автопилот и откинулся на сидении. Тишина окутала водителя и пассажирку. Рива наблюдала за мелькающими яркими пятнами, вскоре слившимися в одну длинную бесконечную полосу. Аэромобиль летел на предельной скорости. Скоро глаза разболелись, и Рива повернула лицо в салон.

«Какие у него красивые руки», — вдруг подумала она. Длинные пальцы, коротко остриженные ногти, сильные жилистые запястья. Сейчас руки расслаблено лежали на руле управления. Рива скосила взгляд на лицо телохранителя. Непонятно, сколько ему лет. Морщин нет вовсе. Гладкая, ровная кожа, без щетины, прыщей или неровностей. Длинный нос, высокий лоб, крепко сжатые губы, чуть сдвинутые брови, словно мужчина постоянно хмурится. «А не такой уж он и уродливый», — вдруг пришла в голову мысль. Сейчас, когда свет и тень переплелись и сделали полумрак в аэромобиле таким уютным и интимным, лицо Рея казалось вырезанным из мрамора. Жесткое, умное, мужественное.