Головорез
Шрифт:
Со своей иссиня-черной кожей, волосами, похожими на войлок, и кривыми зубами Роберт выглядел абсолютно чужеродным, африканским элементом среди упитанных, здоровых американцев. Вдобавок он на все глазел, таращился на небоскребы, и на мощеные улицы, и на каждого пешехода. В этой поездке Роберт многое испытал впервые: впервые летел на самолете, впервые оказался за пределами Африки, впервые увидел такие высокие здания.
Жан-Пьер много размышлял о Роберте Мбоку, который попал к нему зеленым юнцом, но закаленным бесконечной гражданской войной в Западной Африке. Он часто думал, что Роберт стал бы отличным объектом
Насколько мог судить Жан-Пьер, этот сирота помнил себя только с семи лет. Совсем мальцом он прибился к повстанческой армии Чарльза Тейлора в Либерии и проявил себя еще до того, как достаточно подрос, чтобы носить винтовку. Он пережил племенные междуусобицы, охватившие регион, затем, когда Тейлора свергли, ушел на восток. Следовал ли он за Тейлором в изгнание в Нигерию? Бежал от резни, разразившейся после восстания? Кто мог сказать?
То, что Роберт особенный, он понял в первую же их встречу. Жан-Пьер ехал по пыльной окраине Ниамея и остановился в заторе рядом с базаром. Роберт сидел за столиком убогого кафе и жевал кусок горелой курицы. Одет он был в военную форму тускло-оливкового цвета, грязную и рваную. Из штанин торчали босые пыльные ноги.
Затор образовался из-за двух человек, подравшихся на улице. Жан-Пьер так и не узнал, что они там не поделили: место на рынке или женщину. Он видел только, как они тузили друг друга, собралась толпа, движение встало.
Роберт хмуро наблюдал за потасовкой. Потом встал из-за стола, пробился сквозь толпу с мачете в руке и попытался растащить драчунов. Они снова сцепились, и тогда сверкнуло мачете Роберта, и оба мужчины упали замертво, истекая кровью. Толпа бросилась врассыпную. А Роберт вернулся к своему столику, сел и снова принялся грызть свою курицу. Насколько понял Жан-Пьер, две человеческие жизни значили для Роберта не больше, чем жизнь блохи.
Жан-Пьер тут же смекнул, что такой, не ведающий угрызений совести, талант может ему пригодиться. Он распахнул дверцу «лендровера» и окликнул Роберта, приглашая его в машину. Это произошло четыре года назад, и с тех пор они работали в паре. Их сотрудничество превратило Жан-Пьера в богача.
Роберт, конечно, мало смыслил в деньгах. Он походил на обученного убивать пса. Пока его кормили-поили и время от времени хвалили, он был счастлив. Ну, не счастлив в прямом смысле (это слово было к нему неприменимо), но доволен.
За плечами Жан-Пьера были тридцать лет войн, переворотов и террора в Африке, и он вполне был способен вести собственные сражения, но всегда держал под своим крылом нескольких чернокожих юнцов, способных молодых людей, готовых идти на риск. Теперь же этот один солдат заменил всех.
В последние два года Жан-Пьер и Роберт нашли постоянную работу во французском консорциуме, который управлял урановыми рудниками в Нигере, — запугивали поставщиков и держали в узде шахтеров. Их нынешнее задание отличалось от прежних, и Жан-Пьер понимал, насколько оно важно. Начальство послало его в Штаты. Впервые за многие годы Жан-Пьер покинул пределы Африканского континента, и ему сделали паспорта и визы, чтобы он мог взять с собой Роберта. Им даже дали оружие, включая новенькое мачете для Роберта. Оружие доставил смуглый алжирец, живший по другую сторону залива. Торговец оружием, Хаким,
Жан-Пьер предпочел бы захватить добычу на пустынном африканском шоссе и схоронить все концы в вельде. Но ему сказали, что убийство Майкла Шеффилда в Нигере будет иметь слишком много непредсказуемых политических последствий. На политику Жан-Пьеру было наплевать. Что от него требовалось, так это выполнить задание: найти Майкла Шеффилда и тех, кто может знать о его бизнесе в Нигере. Уничтожить их. Затем убраться из этого туманного, переполненного людьми города и вернуться домой, к пыли, солнцу и морю крови, которые олицетворяли собой Африку.
Мысли Жан-Пьера были прерваны прикосновением Роберта к его руке. Жан-Пьер дернулся, как от электрошока. Обычно Роберт касался других людей, только когда убивал их. Жан-Пьер повернулся и обнаружил, что Роберт внимательно смотрит вперед.
— Regardez. [4]
Жан-Пьер посмотрел туда, куда указывал Роберт. Длинный черный лимузин остановился перед офисным зданием, впритык к небольшой бетонной площадке, отделявшей вестибюль от улицы.
Не успел водитель в униформе открыть заднюю дверцу, как из машины вылез мужчина. Он был высокий и подтянутый, с лысиной и пышными усами. Жан-Пьер сравнил мужчину с потрепанным фото, которое привез из Нигера. Майкл Шеффилд. Без вопросов.
4
Посмотрите (фр.).
— Это он, — сказал по-французски Жан-Пьер. — А кто там с ним?
Из задней дверцы вылез еще один человек — толстый мужчина, лицо которого раскраснелось от усилия. Несмотря на явную полноту, он очень напоминал Шеффилда.
— Это толстяк из особняка, — сказал Роберт. — Кабан. Его брат?
— Вероятно.
— Убьем их обоих? Сейчас?
— Оглядись вокруг, — сказал Жан-Пьер. — Слишком много свидетелей. Давай посмотрим, куда они пойдут.
Братья, если они и впрямь ими были, минуту посовещались, стоя на ветру, трепавшем их пиджаки. Толстый поспешил ко входу в здание, а Майкл Шеффилд снова сел в лимузин.
— Поедем за ним, — сказал Роберт.
— Он, наверное, отправится домой.
— Туда и поедем.
— Правильно.
— И убьем его.
— Возможно. Нам некуда спешить. У нас есть еще несколько дней. Главное, чтобы он умер до выборов.
Роберт покачал головой.
— Давайте поторопимся. Я хочу домой.
Жан-Пьер завел мотор и влился в транспортный поток.
— Тебе здесь не нравится, Роберт?
— Слишком шумно. Слишком много людей. Слишком много полиции. Давайте по-быстрому кончим его и полетим домой.
— Кончим, Роберт, кончим. А пока последим за ним. Будем ловить шанс.
Роберт поднял мачете с пола и положил на колени. Острое как бритва лезвие сверкнуло на солнце, и отсвет попал Жан-Пьеру в глаза. Он моргнул и сосредоточился на лимузине.
Глава 22
На этот раз Соломон и Карл начали с того гнусного предместья, где тремя днями раньше они отыскали Эбби Мейнс. И тем не менее им потребовалось несколько часов, чтобы найти уличного дилера, который узнал ее по фотографии.