Гонки
Шрифт:
– Я остаюсь, - тихо произнес Бакстер.
– Ладно, сопляк, - отозвался Сент-Джон, кривя лицо в злобной усмешке.
– Но помни, я тебя предупреждал.
– На старт, джентльмены, - раздался голос судьи.
Участники гонок умолкли и заняли места на стартовой линии, прищурив глаза и сжав губы.
– Внимание!
Напряглась сотня ног. Пятьдесят мужчин, настроившихся на победу; подались вперед.
– Марш!
И Гонки начались!
Рев сверхзвуковых динамиков на некоторое время парализовал толпу. Участники состязания прорвались сквозь неподвижные ряды и бросились бежать вдоль длинных верениц
Все, кроме Стива Бакстера.
Он был единственным, кто направился на север, к мосту Джорджа Вашингтона и к городу Медвежья Гора. Плотно сжав губы, он двигался, как во сне.
В далеком Ларчмонте Адель Бакстер следила за Гонками по телевизору. Она невольно вскрикнула. Восьмилетний сынишка Том сказал:
– Мама, он идет на север к мосту! Но ведь мост в этом месяце закрыт! Там не пройти!
– Не волнуйся, милый, - сказала Адель.
– Твой папа знает, что делает.
Как бы ей самой хотелось верить в это... И когда силуэт ее мужа затерялся в толпе, ей снова осталось только ждать... и молиться. Знает ли Стив, что делает? Или потерял голову, не выдержав напряжения?
Глава 2
Семена проблемы были посеяны еще в двадцатом веке, но ужасный урожай созрел столетие спустя. После несчитанных тысячелетий медленного роста население планеты внезапно увеличилось, удвоилось, потом удвоилось еще раз. Болезни были побеждены, недостатка в продовольствии не ощущалось, смертность падала, а рождаемость увеличивалась. Угодив в кошмарный капкан геометрической прогрессии, население Земли росло как раковая опухоль.
Четыре всадника Апокалипсиса уже были не в состоянии поддерживать порядок. Чуму и голод объявили вне закона, а войны стали слишком дорогим удовольствием. Осталась только смерть - но и она являла собой лишь бледную тень своего прежнего величия.
Наука же с маниакальным упорством искала способ продления жизни для все большего числа людей.
И население продолжало расти: переполняя Землю, загрязняя воздух и отравляя водоемы, поедая спрессованные водоросли с рыбным хлебом и напрасно ожидая, когда вселенская катастрофа уменьшит его ряды.
Количественный рост качественно изменил образ жизни людей. В безобидном прошлом веке приключения и опасности поджидали .лишь в безлюдных местах - в горах, пустынях: джунглях. Но в двадцать первом столетии все они были утилизованы, унифицированы и заселены. Зато опасностей с избытком хватало в городах, не управляемых и не контролируемых.
В городах можно было обнаружить все, что угодно: современный вариант диких племен, свирепых зверей и смертоносные болезни. Путешествие в Нью-Йорк или Чикаго требовало гораздо больше мужества и ловкости, чем викторианские прогулки на вершину Эвереста или в дельту Нила.
В этом спрессованном мире земля считалась наибольшей ценностью. Правительство распределяло всю свободную землю путем региональных лотерей, вершиной которых и были Земельные Гонки, устроенные по образцу тех, что проводились в девяностые годы девятнадцатого столетия на Территории Оклахомы или на землях чероки.
Земельные Гонки считались и спортом и зрелищем, захватывающим и лечебным. Миллионы
К тому же следовало учитывать и высокую смертность среди участников Гонок, И хотя их число было несопоставимо с абсолютным приростом населения, переполненный мир с радостью приветствовал каждый подобный исход.
Гонки продолжались уже три часа. Включив крохотный приемник, Стив Бакстер слушал последние новости. Он узнал, что первая группа участников добралась до Голландского туннеля, где их повернула обратно вооруженная полиция. Другие, наиболее сообразительные, пошли в обход и сейчас приближались к мосту Веррадзано.
Фрейхоф Сент-Джон, действуя в одиночку и размахивая удостоверением заместителя мэра, сумел прорваться через баррикады у туннеля Линкольна.
Пришло время делать ставку и Стиву Бакстеру. Нахмурившись, с бьющимся сердцем, он вступил на печально знаменитую территорию свободного порта Хобокена.
Глава 3
Берег Хобокена тонул в сумерках. Перед ним покачивались на волнах быстроходные суда контрабандного флота Хобокена. Некоторые уже погрузили на палубы товар - коробки с сигаретами из Северной Каролины, спиртное из Кентукки, апельсины из Флориды, наркотики из Калифорнии, оружие из Техаса. На каждом ящике стояло официальное клеймо: "Контрабанда, налог уплачен" - потому что в эти тяжелые времена правительство оказалось вынуждено облагать налогом даже нелегальные сделки, придавая им тем самым полузаконный статус.
Выбрав подходящий момент, Бакстер пробрался на борт судна с марихуаной и спрятался среди благоухающих мешков. Команда уже готовилась к отплытию. Если бы только ему удалось ненадолго спрятаться, пока судно доберется до другого берега...
– Ха! Что за птичка к нам залетела?
Пьяный механик, неожиданно появившийся из носового кубрика, застал Бакстера врасплох. Услышав его крик, вся команда высыпала на палубу - видавшие виды, жестокие люди, считавшие убийство заурядным событием. Они были из той же, не знающей ничего святого людской породы, что несколько лет назад разграбила Уихукен, сожгла дотла форт Ли и постоянно совершала грабительские набеги на всем протяжении реки до Инглвуда. Стив Бакстер знал, что в случае чего пощады ему не будет.
Пытаясь сохранить присутствие духа, он произнес:
– Джентльмены, мне необходимо попасть на другой берег Гудзона. Если вы, конечно, не против...
Капитан корабля, огромный метис с изрезанным шрамами лицом и бугристыми мускулами, зашелся в хохоте.
– Хочешь прокатиться за наш счет?
– спросил он на хобокенском жаргоне. Воображаешь, что ты на пароме?
– Конечно, нет, сэр. Но я надеялся...
– Поищи свои надежды на кладбище! Команда загоготала, оценив капитанский юмор.
– Я готов заплатить за проезд, - сказал Стив со сдержанной гордостью.
– Заплатить?
– проревел капитан.
– Да, мы иногда продаем билеты в один конец. На дно. Матросы захохотали еще громче.
– Ну что ж, если так, то я готов, - сказал Стив Бакстер.
– Позвольте, я только отправлю открытку жене и детям.
– Бабе с сосунками?
– переспросил капитан.
– Так что ж ты, парень, сразу не сказал? Когда-то и у меня была жена, да и мелкоты хватало... Только все накрылось...