Гонщик
Шрифт:
– Ладно… Пока доктор Сагиради его лечит, мы все это перекачаем в сеть, – Гонщик вложил кристалл с записью в ячейку.
– Не боишься, что нас засекут?
– Нет. Я принял меры.
Саймон смог остановиться, лишь когда оказался километрах в двадцати от «Солнца». Убийцы отстали – их нигде не было видно. Усталости он не чувствовал, даже не запыхался (расплата за передозировку и за чрезмерные физические нагрузки наступит завтра, а пока он находился в великолепной форме). То, что киборг и Гонщик теперь заодно, нисколько его не удивило: такие всегда сумеют договориться. Но как же получилось, что Саймон нарвался на них, в то время как рассчитывал обнаружить в четвертом номере беззащитную
Вдруг он понял, что произошло: Тина заманила его в ловушку! В Хризополисе, во дворе коттеджа Терезы Салкадо, она обещала Шидалу, что не будет преследовать Саймона Клисса, однако Саймон по собственному опыту знал: люди дают обещания только для того, чтобы потом нарушать их. Тина солгала манокарцу, этого следовало ожидать. Как говаривал шеф (вспомнив о нем, Саймон с тоской вздохнул): «Человек на Земле потому и стал царем природы, что научился лгать». Значит, Тина и Гонщик нарочно притворились влюбленными и пьяными (ведь на самом деле киборг просто не может опьянеть, у них какие-то специальные фильтры от алкоголя!), чтобы обмануть доверчивого администратора, который, в свою очередь, ввел в заблуждение Саймона. До чего коварный замысел… Но тройная доза мейцана спасла Саймона от страшного конца.
Сейчас он находился далеко от моря, у подножия холма, сплошь покрытого яркой мозаикой цветников. В конце обсаженной пальмами аллеи стояло деревянное здание с резными карнизами, наличниками и балконами; как сообщала голографическая надпись, которая через равные промежутки времени вспыхивала в воздухе, это был «отель люкс в древнем славянском стиле, для состоятельных туристов». Саймон горько усмехнулся: деревянную крышу лопатой не пробьешь… Он понимал, что теперь, когда киборг-убийца вышел на охоту, ему нельзя задерживаться в Иммортелии. Но возвращаться в Хризополис, в свою квартиру, тоже нельзя: если шеф узнает, что он до сих пор жив, ему несдобровать. Самый лучший выход – где-нибудь затаиться на месяц-другой, а потом сделать пластическую операцию и покинуть Ниар. Галактика достаточно велика, чтобы скрыться и от «Перископа», и от Шидала, и от киборга.
Где можно затаиться, Саймон знал: в западной части Испанского архипелага есть несколько островов, занятых сельскохозяйственными плантациями; на самом большом из них, Плодородном, находится также завод продуктового концерна «Амфитрион». В тех краях никто не станет его искать. Но хорошо бы сначала раздобыть денег… Звук открывшейся двери заставил его вздрогнуть. На крыльце украшенного резьбой деревянного здания появился тощий смуглый гинтиец в спортивной майке и шортах. Он трусцой побежал по аллее, мимо Саймона, по направлению к другому отелю, который представлял собой нагромождение тороидов разной величины, отливающих на солнце металлическим блеском.
Недолго думая, Саймон побежал следом за ним, тоже трусцой, чтобы ни у кого не вызвать подозрений. Надпись гласила: – «Для состоятельных туристов». Этот краснобровый гинтиец наверняка купается в деньгах. Вон как оттопыриваются карманы его шортов… Итак, Саймон завтра же слетает в Хризополис и купит побольше мейцана! А потом до поры до времени спрячется на западных островах.
Они миновали составленное из тороидов громадное здание, от которого отходили в разные стороны посыпанные оранжевым песком дорожки, и свернули в аллею зонтиковых деревьев. Под сенью ветвей стояли скамейки из белого стеклолита. Еще один поворот. Саймон на бегу оглянулся – позади никого, впереди тоже никого, – настиг гинтийца и ударил кулаком по голове. Мейцан не подвел: жертва рухнула на дорожку как подкошенная. Саймон оттащил гинтийца к ближайшей скамье (если кто-нибудь появится, можно будет объяснить, что тот внезапно почувствовал себя плохо и потерял сознание, а Саймон как раз проходил мимо и остановился, чтоб оказать помощь) и начал обшаривать карманы.
Скомканный
Он почувствовал себя оскорбленным и обманутым. Этот тип специально вышел на утреннюю пробежку без денег! Гинт – планета с дурной репутацией, ее обитатели – подлые жулики с несносным характером. Держа на ладони монеты (этого хватит разве что на мороженое и прохладительные напитки, о мейцане можно забыть!), Саймон с ненавистью смотрел на узкое, с длинным носом и косматыми алыми бровями лицо гинтийца, и вдруг веки дрогнули, глаза приоткрылись. Это уж слишком… Выронив мелочь, Саймон с воплем схватил его за майку и треснул головой о сиденье скамьи. Краснобровый будет знать, как издеваться! Он выкрикивал ругательства и бил гинтийца головой о скамью, наконец-то он смог отомстить за все свои унижения! Потом ярость сменилась удовлетворением; тяжело дыша, Саймон выпустил жертву. Скамья забрызгана кровью, на песке – темные сырые пятна. Гинтиец был мертв.
Саймон нервно огляделся: если кто-нибудь его здесь увидит, все решат, что это он виноват! Люди несправедливы. Подгоняемый этой тревожной мыслью, он торопливо собрал рассыпанные монеты, запихнул их в карман вместе с горстью песка и побежал по аллее, ежесекундно озираясь. На преступление его толкнуло стечение обстоятельств, но «живому сырью» этого не докажешь, а у него сейчас не хватит денег на хорошего адвоката. Никто не станет его жалеть. Саймон сглотнул горький комок. Он такой одинокий, ранимый, затравленный – а теперь его еще и в убийстве обвинят! Чертово «живое сырье»… Наконец он добрался до площадки с аэрокарами. Сел в свободную машину, бросил в щель нужное количество монет. Поглядел сверху на Иммортелию – пусть теперь дурак манокарец его ищет! – и полетел на запад.
Глава 16
Космическая яхта стояла в низине, среди валунов, обросших пестрым губчатым мхом. Накрытая маскировочной пленкой, сверху она походила на такой же валун. В воздухе постоянно роилась кусачая тропическая мошкара, поэтому Стив и Тина наружу почти не выглядывали. Сейчас они сидели в маленьком салоне яхты, а на столе перед ними мерцал прозрачный многогранник – ренгмари, силарская игра.
– Вот теперь все сошлось, – первой нарушила молчание Тина. – Неужели тергаронцы правы? Я думала, это невозможно…
– Лучше ничего не считать невозможным – это связывает… – пробормотал Гонщик, не сводя пристального взгляда с ренгмари. – Значит, вывод такой: Генлаор, – он погрузил руку в многогранник и взял одну из миниатюрных фигурок, – работает на кого-то извне, его задача – дестабилизировать обстановку в Галактике, ослабить связи между мирами, перессорить между собой разумные расы. Но пока он не слишком преуспел – похоже, находится в самом начале этого пути. Мы вовремя его прихлопнем. Вопрос в том, кто нам поверит…
– Тергаронцы поверят, наш вывод совпадает с их концепцией. И еще, наверное, силарцы, ведь ренгмари – их игра.
– Есть один спорный момент, – Стив выпустил «Генлаора» (Тина до сих пор не могла свыкнуться с тем, что фигурки псевдоматериальны: внутри многогранника до них можно дотрагиваться, их можно перемещать, но если попробуешь вытащить наружу, фигурка исчезнет). – Мы включили в число исходных данных «Перископ» – как организацию, подчиненную Генлаору. Но ведь мы не знаем, связан Генлаор с эксцессерами или нет. А если «Перископ» отсюда убрать, – он прикоснулся к пульту, и один из мерцающих объектов пропал, – картина будет совсем другая. Появляется элемент неопределенности: Генлаор – либо тайный агент неизвестного агрессора, либо просто тип с преступными наклонностями, который ни на кого не работает. Пятьдесят на пятьдесят. «Перископ» – очень мощный инструмент скрытого разрушения, надо с ним разобраться.