Гонщик
Шрифт:
– Тина Хэдис, ты арестована! – выкрикнул по-манокарски неуверенный, но резкий и злой голос. – Брось оружие, руки за голову! Поживее, или я стреляю! Учти, мы ничем не рискуем: луч не оставит следа на огнеупорных плитах.
– Промажешь, – возразила Тина (Гонщика она не видела и надеялась, что тот укрылся за соседним контрфорсом). – Ты целишься не в меня, а в стенку.
– Я выстрелю по ногам, грязная бездетная шлюха! (Ужасное, с точки зрения манокарца, оскорбление на Тину никак не подействовало – она давно привыкла к тому, что
– Кто-нибудь не переведет всю эту тарабарщину на общегалактический? – услыхала Тина голос Гонщика.
В ответ выругались – по-манокарски и на общегалактическом.
– Теперь почти понял, – отозвался Стив.
– Не лезешь, и оставаться живой! – произнес манокарец с сильным акцентом. – Тина Хэдис, выходи!
– Стойте, – донесся из недр фургона другой голос, низкий и властный. – Парня тоже надо взять! Это убийца Мажирава, враг истинных ценностей номер три!
– Номер один – это я, а кто номер два? – спросила Тина.
– Обманувший нашу великую родину упырь скверномыслия Джениз Шидал, морально неустойчивый прогнивший диссидент! – с отвращением выплевывая слова, пояснил низкий голос. – Взять обоих!
– Кого сначала, ваше превосходительство?
Тина и Стив прятались за разными контрфорсами, а фургон находился посередине.
– Киборга!
Фургон дал задний ход. Переключившись в ускоренный режим, Тина выскочила из укрытия и прострелила лазерным лучом руку, державшую бластер. Оружие упало на бетонную плиту, из машины донесся вскрик.
– Забрать бластер! – распорядился начальник агентов. – Флинав, живо! Дурачье, всех запорю за провал операции!
Худощавый лысый агент свесился вниз и потянулся за бластером, настороженно косясь на Тину. Тут фургон дернулся, развернулся и описал круг. Тина успела разглядеть за лобовым стеклом бледное, с выпученными от ужаса глазами лицо водителя. Не удержавшись, Флинав вывалился наружу, а фургон помчался туда, где завис аэрокар Космопола, – и, оказавшись точно под ним, опрокинулся набок. Аэрокар быстро снизился, из него посыпались полицейские.
– Думаю, они найдут внутри много интересного, – ухмыльнулся Стив.
– Это сделал ты?
– Ага. Я ни слова не разобрал – уловил только, что тебе угрожают. Кто это?
– Манокарские агенты.
Оглушенный падением Флинав неуверенно поднялся на ноги – и вдруг обнаружил, что остался один на один с «врагами истинных ценностей».
– Я выполнял приказ… – пробормотал он осипшим голосом. – Проявите гуманность… Две несчастные жены и шестеро детишек, никто без меня не позаботится…
– Убирайтесь, – поморщилась Тина.
Флинав трусцой побежал к звездолетам. Космополовцы суетились вокруг фургона.
– Идем? – позвал Гонщик.
Они неторопливо пошли к стоянке частного транспорта. Сейчас ветер дул сбоку, теребя волосы и шевеля первые зеленые травинки. Большие разноцветные
– Они импровизировали, – в последний раз оглянувшись, усмехнулась Тина. – Узнали, что я здесь, и решили попытать счастья… Пенгав обещал, что тот, кто меня арестует, сразу будет переведен на следующий уровень. На Манокаре уровни – это все равно что социальные слои, или касты, и попасть с нижнего на верхний очень трудно.
– Я в курсе, – кивнул Стив. – После той заварушки в Рисахэи я просмотрел кое-какие материалы по Манокару.
– В Рисахэи они подготовились поосновательней.
– Можно тебя кое о чем попросить?
– Да?
– Ты не могла бы постоянно носить с собой передатчик? Тогда, если тебя схватят, я приду за тобой. Передатчик нужен, чтоб я сориентировался, куда попасть, понимаешь…
– Заманчиво… – Тина обогнула робота-уборщика, собиравшего рассыпанные около площадки для аэробусов гливги – блестящие шарики с пряной жгучей жидкостью внутри, любимое лакомство кудонцев и синиссов. – Но не стоит.
– В моей помощи нет ничего унизительного, – Стив заступил ей дорогу. – Не забывай, я могу то, чего не могут ни люди, ни киборги.
– Не в этом дело. Я не считаю, что чужая помощь всегда унизительна. Бывало, что я кому-то помогала… или другие помогали мне – например, силарцы, тергаронский консул… Просто мне нельзя расслабляться. Десять лет я рассчитывала только на себя – и выжила. Значит, это правильная тактика.
– Я предлагаю тебе страховку. Конечно, еще лучше, если ты научишься телепортироваться… Но я не знаю, как этому научить. Самое главное тут понять, что пространство – не препятствие.
– Пространство не препятствие? – повторила Тина, оглядывая комплекс космопорта, и махины звездолетов под розовеющим небом, и столпотворение машин на автостоянке, и простирающуюся до горизонта равнину, пересеченную серыми полосками дорог, и крохотные здания на горизонте (там, над Хризополисом, небо все еще было бирюзовым, только более сумрачного, чем днем, оттенка). – Я бы так не сказала.
– Вот-вот. Между тем пространство можно рассматривать как условность. Видишь, я здесь, рядом с тобой, – а сейчас возьму и окажусь вон там…
– Лучше не надо, а то заинтригуешь космополовцев. Один из них смотрит в нашу сторону.
– Ладно… Ты сильно отличаешься от остальных манокарцев. Я думаю, ты способна на большее, чем сама считаешь, – раз уж ты выросла на Манокаре и не сломалась.
– Мне повезло, – пожала плечами Тина. – А еще… Помнишь, ты однажды сказал, что если ты на что-то не согласен – с тобой этого не случится? Для меня это спорное утверждение, но в некоторых случаях правильное. Я никогда не соглашалась считать себя человеком второго сорта – и на Манокаре ничего не смогли со мной сделать.