Горец III
Шрифт:
Ричи с трудом проглотил застрявший в горле плотный комок и мутными, слипающимися от усталости глазами посмотрел на Райнхардта, который уже вылезал из машины. Уверенной твердой походкой он направился к дому, обходя его со стороны террасы.
Из приоткрытого окна доносился звук лязгающего металла, и Уолтер понял, что все происходит в соответствии с придуманным им планом. Заглянув в помещение, он увидел, что Ребекка, вооруженная зильбером, разъяренной пумой набрасывается на Дункана, нанося сокрушительные удары, а тот обороняется
Вороная грива волос Ребекки черным вихрем металась вслед стремительным движениям. Удары, короткие и четко выверенные, следовали один за другим, сливаясь в быстрый шквал атаки. Мак-Лауд спокойно сдерживал разъяренную соперницу, элегантно подставляя под сверкающую саблю серо-голубое лезвие катаны.
«Великолепно, — подумал Уолтер и принялся ждать дальнейшего развития сражения. — Похоже, что игра удалась».
Дункан кружил по залу, изредка выбрасывая вперед руку с мечом и стараясь, словно в шутку, легко задеть рычащую от злости Ребекку, но та, извиваясь и парируя его уколы, чудом избегала встречи со смертельной сталью.
Он сделал бросок в сторону и, оказавшись в дальнем углу зала, рукой подманил женщину к себе. Ребекка бросилась на него с занесенной над головой саблей. Мак-Лауд поймал кривой клинок, обрушивающийся сизым водопадом на его голову, и, жестко заблокировав его над собой, приблизил свое лицо к лицу Ребекки:
— Он у окна, можешь посмотреть, — прошептал Дункан и отбросил соперницу прочь, прокрутив меч в руке.
Ребекка отскочила к дивану, стоявшему возле стены, и в быстром развороте мельком взглянула на окно. Блик на стекле не дал возможности подробно рассмотреть лица, но силуэт человека, стоящего на улице возле подоконника, она все-таки умудрилась разглядеть.
Сделав пару шагов назад, она споткнулась о стоявший рядом пуфик и полетела на пол, исчезая из поля зрения Райнхардта. Дункан бросился вперед и сделал длинный прямой выпад, словно приколол кого-то к полу. Сдавленный вскрик наполнил залу, — и затем все стихло.
Мак-Лауд опустил меч и, тяжело вздохнув, посмотрел на лежащую у него в ногах Ребекку.
Фигура за оконным стеклом исчезла, и через минуту в зале появился Уолтер. Он бесшумно прошелся по мягкому ковру, устилающему весь зал, и, остановившись за спиной Дункана, на всякий случай осмотрелся.
Мак-Лауд стоял на одном колене возле распластавшегося тела Ребекки, опираясь на катану и молча склонив голову. Глядя на спокойное лицо лежавшей перед ним женщины никак не верилось, что она мертва. Зильбер по-прежнему был зажат в ее руке и казалось, что она готова воевать снова и снова — столько, сколько будет необходимо.
— Что ж, мне нравится, — громко произнес Райнхардт, расстегивая пальто. — По-моему, я все это очень недурно подстроил. Не так ли, Мак-Лауд?
Дункан вздрогнул и, медленно поднявшись, повернулся к нему. Уолтер, щурясь, посмотрел на соперника и, улыбнувшись, развел руками.
— Скажи мне, —
Лежащая на полу ни в чем неповинная внезапно открыла глаза и, громко закричав, вскочила на ноги. Бешено размахивая саблей, она бросилась к Уолтеру.
— Я ненавижу тебя! Ненавижу!..
Не ожидавший подобного оборота событий Райнхардт отшатнулся назад и перехватил опускающуюся на него саблю за широкую гарду. Ребекка попыталась вырвать руку с оружием, но пальцы Уолтера не давали ей ни малейшей возможности освободиться.
— Я любила тебя! — вскричала она, глядя Уолтеру прямо в глаза.
— И снова полюбишь, — спокойно сказал Райнхардт, расплываясь в любезной улыбке дамского угодника.
— Никогда, — решительно ответила она, снова пытаясь вырвать руку.
— О, как коварны женщины! — ехидно заметил Райнхардт.
— То, что было между нами, это просто ложь?
— Нет, дорогая, — Уолтер покачал головой. — Просто ложь бессмысленна, а это было удобно.
С этими словами он нанес Ребекке оглушающий удар в челюсть. Она глухо охнула и рухнула на пол, разжав руку, сжимавшую зильбер. Райнхардт перехватил на лету падающую саблю и встал в боевую стойку, приглашая противника сразиться с ним.
Дункан взмахнул катаной и стал надвигаться на врага.
— Ц-ц-ц, — защелкал языком Уолтер, давая понять, что еще не выполнены все надлежащие формальности и еще нельзя начинать поединок.
Отступив на шаг назад и перебросив зильбер из руки в руку, Райнхардт ловко кинул свое светлое пальто прямо на пол.
— Где Ричи? — проревел Дункан, занимая более удобное положение в центре зала.
— У меня в машине, — продолжая улыбаться, произнес Уолтер. — Если ты победишь, то он останется в живых.
— Хорошо, — Мак-Лауд кивнул, — но к чему все это?
Продолжая держать направленным на Райнхардта меч, Дункан тоже снял плащ.
— Почему ты просто не бросил мне вызов? — спросил Дункан.
— А это входит в мое понятие об игре, — объяснил Райнхардт свое странное поведение. — Твоя сентиментальность и угрызения совести, конечно, восхитительны, но они всегда были твоей слабой стороной. Меня, кстати, все это, к счастью, не отягощает, — он с удовольствием погладил свою пепельную бороду. — И в этот раз, полагаю, я тебя достал.
— И ради этого ты готов был принести в жертву женщину, которая любила тебя? — спросил Мак-Лауд, указывая на все еще лежащую без движения Ребекку.
— Я никогда не мог понять, почему ты так волнуешься за этих смертных?
— Райнхардт снова улыбнулся. — Все женщины одинаковы и вполне взаимозаменимы. Я тебе говорил об этом еще более ста лет назад. Да, кстати, — он улыбнулся еще шире и нахальнее, — а как поживает твоя девочка? Ей понравился мой подарок? Я видел, у нее была такая белая и гладкая кожа, — из его груди вырвался хриплый смех.