Гори все синим пламенем
Шрифт:
— Кто? Я? — от изумления я лишилась дара речи.
— А что, здесь еще кто-нибудь присутствует? — с надменной холодностью откликнулся доктор.
— Вы, может быть, не совсем поняли, какую функцию я здесь призвана выполнять? — спросила я.
Доктор молча ухмылялся.
— Гораздо искуснее я готовлю взрывные устройства и все такое прочее, — адекватным тоном заявила я, глядя на него. — И если вы не знаете, кто такой бодигард, то я вам поясню: это человек, который является в дом клиента отнюдь не для того, чтобы сковородкой размахивать!
Григорий Семенович,
Как личный телохранитель Беккера я просто не имела на это права.
— Мой вам совет, — продолжила я, — не теряйте времени даром: поищите кухню и похозяйничайте на ней. Я, кстати, тоже от кофе не отказалась бы…
Григория Семеновича передернуло при моих последних словах, он сдавленно кашлянул, однако ничего не сказал. Не собираясь больше тратить время на перебранку, я отвернулась и стала обдумывать план возможных и необходимых действий.
Первой мне пришла в голову мысль выпустить собак. Как говорится, одна Женя — хорошо, но Женя с волкодавами — лучше.
Открыть «будку» не составит труда, так как ключ от нее висит рядом, на большом толстом крючке. Это я заметила, когда мы с Беккером ходили любоваться на его питомцев.
Однако сам собой напрашивался вопрос: как поведут себя песики, обнаружив на охраняемой ими территории меня, безраздельно на тот момент властвующую надо всем имуществом дома. Незнакомый человек у любой собаки вызывает соответствующую реакцию, а поведение пса, специально натасканного на уничтожение чужого, и вовсе предсказать нетрудно. Тем не менее отказываться от возникшей идеи я не хотела.
Подумав, я решила, что внимание животных вполне можно временно отвлечь, бросив им какую-нибудь пищу. Однако, по словам Витальки, Беккер-старший досыта накормил собак перед визитом гостей. Но, посмотрев на часы, я убедилась: времени прошло уже достаточно, четвероногие охранники успели слегка проголодаться, поэтому можно надеяться на удачное осуществление задуманного приема.
Доктор все еще сидел в кресле. Не говоря ни слова, я прошла мимо него и стала заглядывать в комнаты, пытаясь отыскать среди них кухню. Когда я нашла нужную дверь, из гостиной послышался самодовольный голос Григория Семеновича:
— Я люблю кофе без сливок!, Доктор, видимо, подумал, что «негодную» девчонку стали одолевать муки совести и она сдалась, решив выполнить его просьбу.
— Любите дальше, — весело крикнула я ему и открыла огромный, почти до потолка, холодильник.
В глаза сразу же бросилась ополовиненная палка копченой колбасы.
— Это мне подойдет, — пробормотала я и, прихватив с собой добычу, направилась к выходу.
Беккеры наверняка использовали собачий корм, но раз Валерий Павлович сегодня угощал их «человеческой» пищей, то и моя приманка должна была подействовать. Я надеялась, что животные все-таки проголодались. Вспомнив размеры собак, я
Оглядев саму себя с ног до головы, я остановилась в дверях кухни и подумала, что, если процесс общения с волкодавами пойдет не по моему плану, от меня могут остаться только рожки да ножки.
— Как выскочат, как выпрыгнут, — объясняла я себе, — и полетят клочки по закоулочкам! Не-ет, зря я пистолет Витальке отдала. Хотя… И здесь можно что-нибудь подходящее найти. — Я стала один за другим выдвигать ящики столов, пока, наконец, не остановила выбор на длинной, довольно увесистой скалке. — К бою! — скомандовала я самой себе и решительным шагом вышла из кухни.
Вид мой, конечно, не предоставлял возможности догадаться, чем я собираюсь заниматься в ближайшее время: в одной руке скалка, в другой — полпалки колбасы. Поэтому вполне понятно, почему доктор, спокойно сидящий в кресле и терпеливо ожидающий кофе, онемел от удивления при виде того, как я, столь странно вооруженная, покидаю стены особняка.
Сойдя со ступенек крыльца, я двинулась вперед, пытаясь вспомнить путь к собачьему замку. Буквально через несколько шагов мой слух уловил угрожающее рычание, быстро перешедшее в разъяренный лай. Волкодавы почувствовали приближение чужака. Стараясь не обращать на их грозный лай внимания, я быстрее зашагала вперед.
И вот моя рука потянулась за ключом от большого навесного замка. Пока я пыталась вставить ключ в отверстие, псы негодовали: они прыгали на дверь и изо всех сил шкрябали ее когтями, злясь на тщетность своих попыток достать меня.
— Черт возьми! — пробормотала я. — Ведь не догадалась даже спросить, как их окрестили! Сейчас, может, приласкать бы попыталась… — Освобождая замок из петли, я нежно протянула:
— Ша-арик… — одновременно отметив про себя, что таких огромных псов скорее назвали бы Шарищами.
Чувствуя довольно сильные толчки мощных собачьих лап в дверь, я с ужасом представляла, что будет, когда они вырвутся. Неожиданно мой взгляд натолкнулся на несколько кирпичей, аккуратно сложенных возле одной из стен «будки». Не вынимая замок из петель, я взяла пару из них и сложила так, чтобы они хотя бы на минуту-другую послужили помехой для ее открытия.
И только тогда одним движением вытащила замок. После этого, чтобы остаться живой, мне пришлось огромными прыжками стремглав ринуться в сторону дома.
Собаки, почувствовав приближение желанной свободы, торкнулись в дверь сильнее. Кирпичи слегка отодвинулись, но все же пока мешали двери открыться полностью. Я летела что есть мочи. Буквально через полсекунды дверь с грохотом отскочила, и остервенелые псы пустились за мной. Я приостановилась и бросила им заветные полпалки колбасы. Бросила в сторону, довольно далеко. Прием подействовал! Волкодавы притормозили и рванули туда, куда упала колбаса. Не знаю, что повлекло их — запах мясной копчености или просто вид брошенного неопознанного предмета, способного оказаться опасным для хозяина. В любом случае это подарило мне небольшой запас времени.