Гориллы в зелени
Шрифт:
— Я ничего не меняла, просто реально смотрю на вещи, — моя речь замедлялась, а мысли притуплялись, хотелось поскорее оттуда уйти. — Это всегда удача, родить от такого мужчины, как ты, ответственного и влиятельного. Ты переедешь в Париж?
— Нет, Настя решила жить в Москве.
— И что теперь с квартирой, мне уезжать?
— Зачем? Она ведь и твоя.
— Но у вас будет ребенок, думаю, Насте не нужна чужая женщина в доме.
— Но ты не чужая. Тем более ей будет нужна помощница.
«Ну, уж нет, записать меня
— Для этого есть гувернантки. Если хочешь сэкономить, можно из детсада пригласить, они дешевле берут.
— Ничего я не хочу экономить. У моего сына будет все самое лучшее.
— С чего ты решил, что у сына?
— Настя так говорит. Ее на соленое тянет, она соевый соус как чай пьет.
— В суши еще не превратилась?
— Зачем ты так…
— Германов, я шучу. Ты шуток не понимаешь?!
— А по-моему — ревнуешь.
— Нисколько, — сказала я, пытаясь сдержать слезы. Зачем он продолжает об этом говорить? Да не ревную я — мне просто больно. — Поверь, я рада за вас.
— Правда?
— Очень. Что будем делать с квартирой?
— Я думаю, пока мы будем жить все вместе, а потом ближе ко времени решим. Можно продать квартиру и купить две отдельных. А можно купить новую.
— Ты такой богатый? Не помню, чтобы твой рекламный бизнес в последнее время приносил миллионы долларов дохода. Ты же сам говорил, что у вас сейчас туго с финансами, в другой офис переехали, несколько сотрудников пришлось уволить. Ты же не нефтью занимаешься, Даня, а рекламой.
— Можно в кредит.
— У вас ребенок будет, и так нужны деньги.
— Придумаем что-нибудь.
— Идея с продажей лучше. Вы отдельно и я. Может, я себе найду кого-нибудь к этому времени и перееду к нему…
— Да, — он запнулся, — посмотрим.
Мне показалось, что Даню не особо порадовало то, что я найду ему замену легко и непринужденно, только чтобы не быть рядом с ним.
— Так, когда она приезжает?
— Через день. Ей пришлось контракт разорвать, неустойку платить.
— Но что делать? Наталья Водянова тоже оставила подиум, когда забеременела.
— Да, но она не Наталья Водянова, а я не миллионер.
— Ничего. Ты — Даня Германов, и все у вас получится.
— Думаешь?
— Уверена. Деньги — это не самое важное. Главное — это ребенок, ему нужна ваша любовь и забота, а не счета в банках.
— Я рад, что ты все поняла. А насчет того, что было…
— Забудем, — прервала я его. — Считай, что ничего не было.
— Да, — согласился Даня.
Но мы оба знали, что врем друг другу. В наши заново зарождающиеся чувства вмешалось то самое «но» под названием «обстоятельства, серьезные и неразрешимые». Придется обо всем забыть. Судьба сделала свой поворот, и мы теперь были на разных полюсах. Наши дороги пошли в разные стороны и больше никогда не пересекутся…
На следующее утро Даня разбудил меня в восемь часов.
— Что так рано? — после выпитого ужасно болела голова.
— Поедешь со мной по магазинам?
— Конечно, — не раздумывая, ответила я и присела на кровати, но тут услышала продолжение начатой им фразы.
— Хочу присмотреть подарки для будущего малыша.
— Да?! Мо-ло-дец… А я тебе зачем? Дождись Настю, с ней все выберите, вдруг ей что-то не понравится, я в детской одежде не разбираюсь, какие ползунки сейчас в моде?
— Маш, ну «пжзлуста», я сам один не справлюсь, а Насте будет приятно, увидев, какой я заботливый отец.
— Ну, хорошо, поеду, только ты меня завтраком накормишь?
— Даже куплю тебе что-нибудь новое из одежды.
— О'кей, — обрадовалась я. И, честно говоря, это было самой веской причиной, по которой я согласилась поехать. Мне все еще было не по себе, что какая-то женщина на этой планете от него беременна.
Меня обрадовало то, что первым местом, куда мы отправились, был все-таки не детский магазин, а уютное кафе. Хороший знак, подумала я, значит, он еще не совсем ударился в отцовство. Но, как оказалось позже, я ошиблась.
Получив в подарок скромный джемпер, я была вынуждена сопровождать Германова из одного детского отдела в другой, из второго в третий. Будущие мамы и продавцы с умилением и даже завистью смотрели на меня, видя во мне «счастливицу»: еще бы, все, чем занималась я, — это двигала огромную тележку позади Дани, а он набивал ее всевозможными, нужными, по его мнению, вещами для младенца. Он оказался очень заботливым отцом и не купил своему будущему ребенку разве что лыжные ботинки и лосьон после бритья. Первое он мотивировал тем, что в Андорре все это можно взять напрокат, а второе — когда его Кирилл — так он решил назвать сына — подрастет и он будет учить его бриться, наверняка появятся новые виды лосьонов с дополнительными эффектами лифтинга, солнцезащитными фильтрами и т. п. Германов разошелся по полной программе: он купил кровать, к нему же постельное белье, коляску-трансформер и автомобильное кресло. Также Даня заказал полный комплект детской мебели: шкаф, комод, кровать для ребенка после трех лет и тумбочки, хорошо, что я уговорила его купить все в бежевой, нейтральной гамме, а не голубой — все-таки с полом ребенка еще не все было решено.
— Кстати, сколько у нее недель?
— Не знаю, четыре-пять, наверное, уже май, она в конце марта приезжала.
После магазина мы отправились в дизайнерское бюро, где Даня заказал ремонт комнаты, легко распрощавшись со своим кабинетом.
— Теперь никаких гостей, — строго говорил он, как будто намекая, что и я не имею права на своих гостей. — В доме будет ребенок, ему не нужны посторонние люди.
— А я?
— Ты не гость, ты своя. Кстати, будешь крестной? Уверен, Настя тоже этого захочет.