Гориллы в зелени
Шрифт:
— Где ты видела такую, чтобы отказалась? К тому же она контракт расторгла.
— Да, дело серьезное. Выпьешь? — Она достала коньяк.
— С горя?! Давай, только ты со мной.
— Конечно, я твое горе разделю. — Диана налила коньяк в рюмки доверху. — Маш, да забудь ты его. То, что у вас было, это как помощь другу, ничего не значит.
— Он сам мне сказал, что это не просто так…
— Боже, зачем он это сказал? Хотел покаяться?
— Наверное. А теперь только и говорит: «Настя… Настя… Настя… мой будущий
— Кириллом решил назвать?
— Да. Кажется, его прадеда так звали.
— Серьезные перемены. Кстати, ты завтра Леру поедешь провожать, она в Нью-Йорк уезжает к своему бизнесмену? Я сказала, что мы все приедем.
— Наверное, поеду. Не знаю. Мне сейчас ни до чего. Если я тебе позвоню, поеду, если нет, не буди меня.
— Хорошо.
— Ты представляешь, он сегодня купил своему будущему сыну одежду, мебель, коляски и прочее-прочее-прочее… — очередная порция коньяка, и мне становится лучше.
— Ничего себе, какое внимание…
— Даже ко мне такого не было.
— Но ты же не его ребенок.
— Иногда я об этом жалею. Купил мне сегодня вот этот джемпер. Представляешь, как сократится у него бюджет на меня в дальнейшем… Ужас!
— Но ты же его не за деньги любишь?!
— Вот именно, что я его просто… люблю. И боюсь его потерять.
— А ты представь, что будет дальше?
— Не хочу. Это не он, его как будто подменили. Я не думала, что он настолько хочет иметь детей. Он, конечно, говорил об этом, но я думала, что у меня есть как минимум лет пять, чтобы смириться, что какая-то женщина на этой планете родит от него детей, а все так быстро произошло. Я думала, мы еще погуляем. А теперь все: он отец семейства, примерный муж…
— А я же тебе говорила совсем недавно, что вам пора заканчивать со всем этим.
— Скажи, а ты на что надеялась, когда это говорила? Вот только по-честному?
— На что… — усмехнулась Диана. — Да мы тут все надеялись, что вы наконец-то одумаетесь и поймете, что созданы друг для друга.
— Не говори мне этого, — слезы снова полились у меня из глаз.
— Видимо, мы ошиблись. Видишь, как судьба повернулась. Маш, мой тебе совет, разъезжайтесь. Вы, а точнее, ты не сможешь жить с ним вместе под одной крышей. И не думаю, что Насте это понравится.
— Я то же самое ему сказала, но Даня уверяет, что она против не будет. Мы же и раньше жили так.
— Раньше она была всего лишь его девушкой, а теперь будет женой. Представь себе, что ты была бы не хорошей подругой Дани, а новой любимой, на которой он женился. Приводит он тебя в дом и говорит: «А вот… она тоже с нами поживет». Как бы ты к этому отнеслась?
— Мягко говоря, отрицательно.
— Вот именно. Маш, не порть жизнь ни себе, ни им. Это тебе прежде всего надо уехать, ради собственного спокойствия. Не сможешь ты, находясь в таком состоянии, спокойно воспринимать их идиллию. Я даже настоятельно
— Ладно, я с ним обязательно поговорю. Спасибо, дорогая.
— Да не за что!
— А если у них ничего не получится?
— Зачем ты надеешься на это? Зачем думать о том, чего нет?
— Я не могу… может быть, он ей снова изменит, — сказала я заплетающимся языком, — упс… я же не должна была тебе это рассказывать.
— А вот это уже что-то новое? Когда он успел ей изменить, с кем?
— О, это долгая история. Тоже, знаешь, скажу тебе, не самая приятная из того, чем поделился со мной мой друг.
И я рассказала Диане историю знакомства Дани с Ларой Рубик, закончив ее фразой: «В такой ситуации, как у меня, давай выпьем за мужскую неверность».
— Какая же ты сейчас дурочка, Маша, — сказала Диана, смотря на меня. Слезы периодически наворачивались на мои глаза. — И что вы столько лет потратили зря? Но я почему-то уверена, что он о тебе не забудет.
— Правда?
— Уверена! Вы были такая пара, у вас была такая любовь…
— Черт, Ди, и я так думаю… Ну почему же, почему… все так сложно?!
Мы распили всю бутылку. Но мне казалось, что я совсем не пьяная. Коньяк впервые в жизни не действовал. Домой я пришла под утро, наверное, часа в четыре. Плюхнулась в постель и заснула.
Глава XV
На следующий день Даня ужасно нервничал. И из-за этого, как всегда, проснулся рано. Пришел ко мне. Сел на кровать. Где-то в семь я это заметила, услышав его вздохи.
— Дань, ты что, нервничаешь, да?
— Да.
— Во сколько у нее самолет?
— Она уже в аэропорту, сдает багаж. Самолет в полпервого приземляется.
— Боже, у тебя куча времени.
— Маш, я так волнуюсь, а если их самолет захватят террористы или они разобьются?
— Хватит думать о всякой ерунде, все будет хорошо. Она благополучно долетит, и ты ее увидишь.
— А беременным летать опасно?
— Наверное, да. — Зачем я только это сказала. Он весь побледнел. Я решила сразу изменить свое мнение. — Откуда я знаю, Дань, я ведь никогда не была беременной. Может, и не опасно. Ведь некоторые даже рожают на борту самолета.
— Да?!
— Ну конечно, ты что, не смотрел телевизор, там тысячу раз показывали такие случаи.
— А вдруг она родит?
— Как она родит? — у меня начался хохот, на него было жутко смотреть. Боже, что же творилось в его мыслях? — У нее только месяц беременности.
— Да… конечно.
— Не паникуй, все будет хорошо.
— Я знаю. Может, ты со мной поедешь?
— Дань, я так хочу поспать, у меня голова раскалывается. К тому же, я считаю, тебе лучше это сделать одному. Ей захочется с тобой поговорить.