Горизонт 400
Шрифт:
— Слушай! А что если эти косточки пришли сюда не с верху, а с низу? — поинтересовалась сестрица, теребя одну из костяшек в своей руке, закончив теребить не вынутые косточки коллеги по работе.
Я в принципы делал тоже самое, засунув посох за шиворот мантии. Как оказалось, его совсем не обязательно держать в руках!
— Да не, вряд ли — ощупал я кость, на которой не осталось даже признака наличия сустава — как крова языком! Как кислота органику.
— А как думаешь, чьи это кости?
Я подумал, подумал, еще подумал, поглядел на запасы маны в окне характеристик, что собой закрывает
Свет огня погас где-то через секунду, и мы:
— ВАААААА! — хором разорались как истерички.
И есть вообще-то с чего! Прямо с самого верха кучи, на нас смотрел череп. ЧЕЛОВЕЧЕСКИЙ! Череп. А еще рядом валялась отделенная от всего грудная клетка. Человеческая.
— хКвак! — донеслось совсем рядом, и уже совсем не чавканье, и сестренка выпустила уже свой фаербол в том направлении.
И мы замерли. Хотя до этого носились и визжали, рискуя измазаться во чем-то липком и вонючем.
— Тентакли.
— Тентакли.
— Валим?
— Валим!
И не сговариваясь, подбежали к самой низко спускающейся точке дыры в стене, рядом с костями и выпердышем. Я подсадил сестру, она, как опытный гимнаст или спецназовец, что и в том и другом случае истинная правда, заскочила на верх. Подала мне руку, и я заскочил следом.
Оглянулся назад, на пещеру, почуял какое-то движение и пустил в глубину огненный шарик. Магия, ушла в пустоту, но я заметил прямо рядом с нами любопытное щупальце-тентаклю, тянущеюся куда-то в глубь нашего укрытия.
Пнул, понял всю бесполезность и даже опасность пинания чего-то такого, побежал в глубь уходящего в даль карниза…
— Ай, блин! — встретился башкой с чем-то тверды, выругался, отодвинул сестру в сторонку и пустил фаербол в даль туннеля.
Тентаклю это не спугнуло, летучих мышей — тоже, на наше счастье их тут вообще не оказалось! А вот «пейзажик» открылся до того унылый, что я взгрустнул. Особенно осознавая вновь, скромно шаркая ножкой, заглянувший в гости мановый дефицит.
Саля малейкум! Я слышал, вы тут решили магией попользоваться вне лимита?
Встряхнулся. Вновь взглянул вдаль, запуская новый шарик.
Пещера, идущая куда-то в даль и в неизвестность, оказалось довольно таки прямой, большой, и щербатой. И не только по части потолка! С которого временами свисали одинокие булыги размером с маленький домик, неизвестно каким словом удерживаемые от падения. Но и пола, что грозил нам переломать все ноги, если мы будем бежать куда попало и слома голову. Да и стены, тоже, не ангельские. Х№ястые.
Однако, примерный маршрут пути я наметил, и дернув сестренку следом, помчался во мрак. Мы с ней, не сильно тренировали подобные условия работы. Да и вообще! Не тренировали никогда «проход во тьме бочонка в след в след, убегая от тентакли» в российской армии! Но… какой-то определенный шаблон все же сработал, так что намеченный десяток метров мы преодолели быстро и без проблем. А вот дальше…
— Ай… епт..
— Нужен свет.
— Только маны нет!
— Ты тоже её видела?
— Угу. Естественно!
— На что она похожа?
— Издеваешься?
— Нет, я серьёзно. Я толком не разглядел.
— Я тоже. Хотя тот сгусток щупалец без присосок мне теперь
— Вот! — победоносно поднял я кверху палец.
— И? Что это значит? — плеснула скепсиса сестра.
— Это значит, что будем надеется, что эта тварь сюда вскарабкаться не сможет.
— Да, будем. А пока на всякий отойдем в сторонку.
— Да, идти во мраке в неизвестность так себе идея — согласился я, припомнил в памяти картинку виденной местности, и побрел в сторону где-то тут расположенного здоровенного валуна, торчащего из стены.
Валун оказался где-то там, но поскольку мы его нашли — это как бы и не важно. Посидели, отдохнули, отрегенили ману, запустили по фаерболу в оба конца прохода.
Что ж. Примерно четыре метра в ширину, и столько же в высоту. Иногда увеличивая свои размеры чуть ли не в двое, но нигде не сужаясь ниже этих габаритов даже за счет выпирающих камней. Я бы сказал, что тут можно ездить на танке, если бы не уж сильно большие неровности местности в виде двухметровых провалов, и уж больно ровного и прочного, даже излишне, учитывая отсутствие мелких крошек, идеально черного камня.
Он похож на стекло, о чем призрачно намекает и его поразительно острые грани, об которые мы уже успели по разу порезаться, отныне стараясь не трогать ничего руками без особой надобности, и наверное это обсидиан. И даже свет его делает только более темным, а не светлым, что в и так темном месте все усугубляет и в разы.
А еще туннель что в ту, что в другую сторону уходит в пустоту и бесконечность. Только если одна пустота являет из себя просто более большую пещеру, с большим объёмом воздуха, и тентаклиобразным монстром, что то-то там чавкая жрет, и не то пытается забратся, не то просто водит щупальцами по краю более высоко расположенной пещеры. То другая сторона, просто уходит куда-то в неизвестность. И именно туда мы и направили свои стопы. Делая частые остановки на реген маны в относительно изведанных частях пещеры.
Посох, вновь перекочевал к сестренке. Его -25 % к цене магии хоть как-то уравнивал наши возможности по количеству применения фаерболов в час. Мантию же я решил оставить себе. Так как в пещере становится все прохладнее и прохладнее, чуть ли с каждым шагом.
И, примерно через два часа блуждание, несколько поворотов, спусков, шишек, и килограмма мата, вы увидели свет. Вернее сначала, я почувствовал движение воздуха. А уже потом, мы, вернувшись на пару поворотов назад, вышли к свету.
Долго-долго привыкали к более менее внятному освещению, еще дольше — к резко упавшей температуре, а потом… так и не дошли до источника света.
— Камень, ножницы, бумага! Ха-ха! — победоносно провозгласил я, сестрица насупилась, но принялась раздеваться.
— Давай-давай! Все снимай! — позлорадствовал я, втюхиваюсь в её одежонку.
— Да яж околею! — возмутилась она, стягивая носки и касаясь пальчиком холодного камня.
— Ниче-ниче! Вглубь уйдешь!
— И там меня сожрет тентакля — обреченно проговорила она на такое, задумчиво примеряясь к трусам.
— Ну, не настолько далеко. — задумчиво проговорил я, пошевелил плечами в двух рубахах, мантии и пиджаке сверху, вручил посох обратно девушке, и храбро ступил к свету.