Шрифт:
Глава 1
Елена
— Вот! Смотри! Смотри, кого упустила! Дуреха! Отказать такому жениху! — мама с раздражением кинула мне в чип утреннюю «Cluster Times».
Мама воспитала нас с сестрой «новыми аристократками», по крайней мере, попыталась, но сама в моменты раздражения становится прежней Моной Верцель, продавщицей фруктов с Лотуса. Еще не раскрыв голо-издание, я уже поняла, что речь о Глебе Демидове. У нас уже два года подряд почти каждый день речь о Глебе Демидове. Меня до сих пор не могут простить.
— Я не сама ему отказала, это было обоюдное решение, —
— Девушке, которой нужен муж, обоюдные решения ни к чему! — категорично сообщила мама. — Твоя сестра почти замужем, а ты старше ее на целый год!
Жаклин незаметно для мама состроила рожицу. Папа заметил и посмотрел на сестру с укоризной. Сам он в трудное дело нашего воспитания обычно не влезал, но мамины планы одобрял.
У Жаклин жених был с Нью-Терры, не очень богатый, зато из семей первых поселенцев. Семья Филиппа так и не разбогатела, потому что была уж слишком аристократична — не снисходила до такой несерьезной возни, как зарабатывание денег, и немного гордилась своим невысоким достатком. Наш папа после свадьбы собирался исправить это досадное упущение.
— Я продам тебя каалаханцам (*)! — не унималась мама. — Будешь четвертой женой у какого-нибудь Баала Маала.
(*Каалах — система с низкой рождаемостью, каалаханцы практикуют многоженство)
— Каалаханцы очень симпатичные, — мечтательно протянула Жаклин.
— И богатые, — не менее мечтательно вставил папа, не отрываясь от газеты.
— Я найду ей самого уродливого Баала Маала, — пообещала мама, — лишь бы имел собственную терманитовую (*) шахту!
(* терманит — особый минерал, используемый для хранения информации и производства киборгов).
— И что там с Демидовым? — лениво поинтересовалась сестра, подставляя запястье, чтобы я сбросила ей газету.
— Он собирается участвовать в шоу «Свободный мужчина»? — удивилась я, прочитав заголовок на первой странице. — «Грядущее мероприятие подготовило массу интереснейших сюрпризов для зрителей и участников. Из проверенных источников стало известно, что в качестве одного из женихов свою кандидатуру готов предложить Глеб Демидов, весьма желанный холостяк по рейтингу Центральных Систем». А он понимает, что обязан будет жениться на девушке, которая победит на конкурсе невест?
— Ха! — неуверенно воскликнула Жаклин.
— Демидов добровольно отдал себя на растерзание девицам? — недоумевала я, бегая глазами по строчкам. — Непохоже на него. Может, это ложь? Откуда они узнали? Список участников, кажется, до самого шоу не разглашается.
— Скорее это преднамеренный рекламный слив. У Демидовых в семье большие проблемы, — объяснил папа, вставая. — Тот скандал с происхождением Кирилла Демидова. Оказалось, он не Демидов. И не Кирилл. Кто-то из семьи вообще на него покушался, насколько я помню (*). Семья Демидовых пытается вернуть себе расположение инвесторов, у них ведь все состояние в «Сайклон Серендипити». Не удивлюсь, что во время трансляции мы будем видеть рекламу новых линеек киборгов, под слоганом компании… как его там… «Умный. Сильный. Полезный. Нечеловек».
(* отсылка к первому роману цикла «У каждого свои недостатки»)
Мы с папа понимающе переглянулись.
После того, как выяснилось, что клонировать можно не только тела, но и сознание, акции небольших компаний, тестирующих энергетическое поле киборгов, поднялись до небес. Вибрантам запрещено обслуживать кибер-технику. Но что же делать с теми интегрированными (*), кто уже осознал себя человеком? Правительство пока не пришло к единогласному мнению. Зато Периферийные планеты чуть ли не в открытую приглашают гибридников к себе, и это тоже дестабилизирует политическую обстановку. Центральные Системы с удовольствием забыли бы о таком явлении, как Периферия, но нарастающая активность удаленных от центра планет не дает Союзу Глобулара окончательно разомлеть.
(* интегрированные, гибридники, условно-живые — киборги с человеческим сознанием (см. первые книги цикла))
Я задумалась и не сразу заметила, что папа ушел, а мама продолжает ворчать:
— Не знаю я за того Кирилла, а Глеб таки самый настоящий Демидов. Или я ничего не понимаю в женихах?
— Конечно, мамочка, — вздохнула я.
Глеб
— Проснись! Эй ты, скотина, просыпайся!
Ощутимый пинок в бок. Клубные вышибалы нынче совсем распоясались. Я приоткрыл глаза, мучительным усилием воли вырвал себя из похмельного забытья, сгруппировался и ловко (как мне верилось) нанес удар одному из вышибал. Оказалось, показалось, что нанес, а на самом деле в воздухе руками помахал.
Второй удар пришелся в область печени. Ух! Больно, но привычно. В нормальном состоянии мало кто рискнет бить лежачего Глеба Демидова, но состояние сейчас не то чтобы нормальное. Ничего, за превышение полномочий кое-кто расплатится. Вот только нужно немного очухаться. Сколько я вчера выпил? И только ли пил?
— Он приходит в себя, — со странным акцентом сказал один из вышибал.
Акцент показался смутно, тревожаще знакомым. Кого тут у них обычно в громилы берут? Жгедейцев? Эврианцев? Система Эдж только кажется цивилизованной, а по сути, нравы тут феодальные. Меня больше тревожил другой момент — подо мной ощутимо подрагивал пол. Я лежал, а вышибалы сидели слева и справа, покачиваясь. И потолок был как-то… низко.
— Какого черта? — простонал я. — Куда вы меня везете, злодеи? Если это похищение, то я сам себя выкуплю… и дам больше.
— Молчи, — сказал тот, что с сильным акцентом. И торжественно добавил: — За все, тобой содеянное, готовься к смерти.
— Обоснуйте свои претензии, — прохрипел я, шамкая.
Во рту стояла горечь, словно наркотического кактуса с Багамы нажевался. А может, и впрямь нажевался? Что вообще вчера было?! Помнил я лишь начало вечера: двух брюнеток очень красивой наружности из ночного клуба на Аквилоне-5, приятное времяпровождение с одной из них в номере отеля прямо над клубом (нет, кажется с двумя сразу… сразу?!) и… все.