Горизонты ада
Шрифт:
– Расскажи, что произошло в «Скайлайте», или я позвоню ей немедленно, – пригрозил я.
Это его встряхнуло.
– Что ты уже знаешь? – спросил он.
– Ник заплатил Бретону Фурсту, чтобы ты мог незаметно проникнуть в отель. Он приковал тебя к кровати, потом надел на тебя маску. Фурст позднее освободил тебя.
– Я пошел домой, – сказал он. – Позвонил Нику, желая прогрызть новую дырку в его заднице, но не смог дозвониться. Я потратил большую часть недели, пытаясь с ним связаться. Вскоре узнал об убийстве, а на
– После этого ты заявился в гостиницу в поисках трупа Николы?
– Как бы не так! – ответил он. – Если бы я вмешался, кто-нибудь мог узнать про меня и Ника. Поэтому я об этих новостях не распространялся. Но на следующий день мне позвонили домой. Мужской голос. Спросил, нравятся ли моей жене цветные фотографии в рамке. Я в свою очередь спросил незнакомца, что ему надо. Он рассказал про Николу Хорняк и потребовал, чтобы я затребовал ее тело, но прежде позвонил Кардиналу, придумав историю насчет доносчика.
– Что он велел тебе сделать, после того как ты получишь тело Ник?
– Молчать насчет того, что убийство было совершено неделю назад, и вести все так, будто она обычная жертва уголовного преступления. Что я и делал. Спустя несколько дней мне снова позвонили. На этот раз мне было велено поехать к тебе и убедить держаться подальше от Ника. Я знал, что это вызовет у тебя подозрения, но руки у меня были связаны.
– Интересно, какую цель ты преследовал? – поинтересовался я. – Все совершенно бессмысленно.
– Потому что нас подставляли. Я видел это с самого начала. С души воротило, но вынужден был подыгрывать.
– И Аллегро Джинкс… ты ведь послал Фурста его искать? Эта история насчет его матери была чистым враньем?
Кивнув, Гови сказал:
– Однажды утром я нашел в кармане своих штанов записку.
– После обнаруживал еще записки?
Он отрицательно покачал головой:
– Когда вернулся из отпуска и услышал про твою бывшую, я подумал, что кукловоды снова выйдут на меня, но пока ничего.
– Если они снова объявятся, я хочу это знать.
– Не могу ничего гарантировать.
– Тогда я расскажу твоей жене о тебе и Нике.
Кетт с горечью рассмеялся:
– А другая компания все расскажет ей, если я с тобой поделюсь информацией. Куда ни кинь, везде клин. Послушай, Джири, тут действуют отъявленные мерзавцы. И я, как бы тебя ни ненавидел, готов сделать все, чтобы помочь тебе их прищучить. Но мне приходится плыть по ветру. Они пугают меня куда больше, чем ты.
– Ты не тот мужик, Гови, которого полезно иметь на своей стороне, – заметил я.
– А я на это и не претендую, – сказал он и кивнул в сторону
– Один последний вопрос. Эллен… есть какие-нибудь ниточки?
Его лицо смягчилось.
– Я ее делом не занимаюсь. Намеренно стараюсь держаться от него подальше. Я даже не прислушиваюсь к сплетням в офисе. Билл наверняка знает больше, чем я.
– Если что-нибудь узнаешь, дашь мне знать?
– Если смогу, – ответил он.
Я ушел. Последнее, что увидел: Кетт положил голову на руки и тихо застонал. В другое время и в другом месте я, возможно, даже посочувствовал бы поганцу.
Руди Зиглер не удивился, увидев меня.
– Входите, – мрачно произнес он и провел меня в гостиную.
Он сел за стол и принялся возиться со своим хрустальным шаром, низко наклонив над ним голову. Прежде чем сесть, я бегло оглядел комнату. Я решил для себя, что начну мягко, не так, как с Ником, но если понадобится – сдерживаться не стану.
– Ты знаешь, почему я здесь? – спросил я.
– Я слышал об Эллен. Мне очень жаль.
– Когда она к тебе пришла, ты знал, что она моя бывшая жена?
– Нет. Она ни разу не упоминала ни о Николе, ни о вас. Я бы так и не узнал, что вы связаны, если бы не увидел ваше имя в новостях.
– Это ты так говоришь.
Он поднял голову:
– Вы полагаете, что я лгу?
– Две твои клиентки попали под нож, причем совершенно одинаково и в одном и том же месте. Совпадение?
– Может быть, – пробормотал он.
Я нацелил на него пистолет:
– Ты в глубоком дерьме, Руди. Говори.
Он закрыл лицо руками и глубоко задышал. Когда снова на меня посмотрел, в глазах его блестели слезы.
– Я никогда не думал, что все зайдет так далеко, – проговорил он, всхлипывая.
Я положил пистолет на стол.
– Я ничего не знаю про Эллен, но Никола… Это была ее идея. Она хотела, чтобы ее порезали. Это должно было быть символическим жертвоприношением. Своеобразная церемония, которая проводится у основания статуи Манко Капака. Она завершилась вырезанием символа на спине Николы. Было больно, но она встречала боль с радостью, посвящая ее богу Солнца. Я провел обряд до, во время и после вырезания символа. Мы ее обмыли и перевязали, потом распрощались, и я отправился домой.
– Ник осталась?
– Я думал, что она тоже ушла, но она, скорее всего, вернулась или встретила своего убийцу в другом месте.
– Ты ее не убивал?
– Нет! – вскричал Зиглер. – Я чту Солнце, жизнь и позитивные стороны Вселенной. Я бы никогда…
– Тогда кто? – с нажимом произнес я.
Зиглер принялся нервно жевать нижнюю губу.
– Не знаю, – соврал он.
– Кто организовал жертвоприношение?
– Никола. Я организовал церемонию, но инициатором была она.