Горизонты

Somber

Я закрыла глаза. По крайней мере, я могла насладиться песней лунного камня, прекрасной, но звучащей сейчас отчаянно и напряженно, как если бы она боролась против заклятого врага. Это воистину была великолепная мелодия…

Но я слышала не только песню.

Я открыла глаза и посмотрела на свою грудь. По моим прикидкам это был большой округлый цилиндр, из которого выходили все провода. Медленно, роняя капли крови и других жидкостей, я вытянула его из своей развороченной грудной клетки.

«У тебя сердце из лунного камня». Так говорила Глори. Я посмотрела

на него ещё пару секунд, а затем занесла над собственным сердцем серебряный меч, и с предельной осторожностью вырезала цилиндр.

Там, в колыбели из самоцветов, покоился кусочек лунного камня. Мне говорили, ей повезло, что она сумела найти «подходящий камень», чтобы снабдить моё тело энергией, и глядя на него я поняла, что видела его раньше: в лаборатории Горизонтов и в разобранной серебряной пуле. Он был крупнее, чем серебряные снаряды, что я использовала прежде. И пока ещё он не был испорчен.

Ещё побарахраемся…

Я выдернула камень, и в тот же миг перед моим взором вспыхнули ярко-красные буквы «КРИТИЧЕСКАЯ ОШИБКА» и «ПЕРЕКЛЮЧЕНИЕ НА РЕЗЕРВНЫЙ ИСТОЧНИК ПИТАНИЯ» с убывающим счётчиком процентов. Быстро убывающим. Я потащила себя вдоль рамы, чувствуя, как моя жизнь угасает с каждым рывком. Затем я подняла камень и прижала его к корпусу. Металл начал светиться всё ярче и ярче, а затем взорвался. Взрыв оторвал мне конечность, но оставил в металле пробоину. Едва сумев ухватить камень пальцами другой ноги, я вцепилась в него так, словно от этого зависела моя душа и подняла магией меч.

— НЕТ! — взревел Пожиратель, снова хватая меня и стаскивая прочь с платформы. Лунный камень ничего не мог поделать с плотью, защищавшей его звёзднометаллический скелет. — НИКАКИХ БОЛЬШЕ ПОМЕХ. С ТОБОЙ ПОКОНЧЕНО!

Почти…

Но кое-что от меня ещё осталось.

Я скользнула в ЗПС.

Три магических пули в алмаз щита П.Р.И.З.М.А. внутри корпуса.

Выполнить.

Сверкнув, магические выстрелы ударили во внутренности коробки и разорвали связь между алмазом и источником питания. Самоцвет потемнел, но поле уже было активировано. Пожиратель замер, а затем его рот широко распахнулся в истерическом триумфальном хохоте.

Я уставилась на камень, а затем закрыла глаза. Может я и не была по-настоящему принцессой Луной, но во мне таилась её душа. И хотя мне не по силам было поднять или закатить луну…

…я могла приподнять малую её часть.

Мой рог засиял, и я толкнула Тома вверх по шахте. Совсем немного. Но этого хватило, чтобы магический захват лишился силы, замерцал и исчез. С улыбкой облегчения я развеяла магию.

Том упал.

Он сшиб платформу на землю, заставив Пожирателя выронить меня. И я, и платформа, одинаково изломанные, рухнули на каменистый склон. Лёжа на спине, я смотрела, как Пожиратель отбивается когтями от пылающих копыт, но ничто не могло его защитить. Каждый удар копыт Тома сопровождался вспышкой молнии, и шаг за шагом Том теснил Пожирателя всё ниже к земле и ко мне.

— ТЫ ПОВЕРЖЕН! — взревел Том, и его копыта породили взрыв как от мегазаклинания, от чего платформа бешено затряслась. — С

ТОБОЙ ПОКОНЧЕНО! — пророкотал он, вздымаясь на дыбы и впечатывая копыта в пылающую морду Пожирателя. — ТЕБЕ КОНЕЦ! — прогремела сияющая фигура и расходящийся от него жар обжигал меня даже с моими аугментациями. Несмотря на смертельные раны, часть меня отказывалась просто умереть и перевела взгляд на лежащий подле меня дезактивированный талисман.

— НЕТ! — взвыл Пожиратель. — Я НЕ МОГУ УМЕРЕТЬ! БЫТИЕ НУЖДАЕТСЯ ВО МНЕ! — Но впечатавшееся в пасть копыто прервало его речь.

Я попыталась ухватить лунный камень, но моя оставшаяся нога, казалось, не могла правильно вернуть его на место. Как легко было бы просто лежать и дожидаться своего уничтожения, но мне нужно было увидеть, чем всё закончится. Я потянулась к корпусу генератора, вытащила потемневший алмаз и заново присоединила провода к талисману. Вокруг платформы возникла мерцающая сфера. По мере того, как мои запасы энергии быстро таяли, я отчаянно пожирала вынутые из ящика с припасами самоцветы, но они лишь слегка замедляли неудержимую потерю энергии.

Спустя секунду Пожиратель попался. Пылающий аликорн нанёс очередной удар и неумолимо оттеснил змея вниз по магической воронке, теперь превратившейся в клетку для Пожирателя. Монстр оказался в своей собственной ловушке и теперь отчаянно бился об стены и щиты. Дно бассейна не выдержало и оба, Том и я, последовали за Пожирателем, пытающимся убраться подальше от своего светоносного врага.

— НЕТ! Я САМЫЙ ЯРКИЙ ИЗ ВСЕХ! САМЫЙ ВЕЛИКИЙ ИЗ ВСЕХ! — взвыл Пожиратель. Том прижал один из его когтей, своей яростной аурой выжигая плоть. Звёздный металл под нею засветился ослепительно-ярким светом и взорвался. Когда следом пришла очередь второго когтя, упиравшегося Тому в грудь, Пожиратель закричал: — НЕТ! Я не хочу умирать! Прошу…

— Всё умирает, — ответил Том. — Тише… уже пора в постель…

Смертная плоть, наконец, уступила, и звёзднометаллический скелет полностью обнажился перед камнем. Светясь. Мерцая. Сияя. Разбухая. Слепя глаза. Если бы не мои аугментации и не магические щиты, я бы уже ослепла, а затем всё залило чистым сиянием. Стены шахты начали плавиться… испаряться… а я оставалась под защитой своего крошечного пузыря, глядя, как счётчик процентов перед моим взором уменьшается до нуля.

И Горизонты сработали.

Возможно, это был последний отголосок связи с Персептитроном, но я вдруг смогла сквозь стены шахты разом увидеть всю Пустошь. От Чарити, стоящей в дверях Капеллы до Грейс в госпитале Коллегии и Виспер, что с крыши глядела… на бело-голубое свечение, заливающее всё вокруг. Я могла лишь гадать, защитят ли магические поля всех пони от ослепления, а свет распространялся всё выше и выше в небеса, разливаясь от горизонта до горизонта. Это был не просто свет и энергия, как Пожиратель не был просто соединением металла и спятившей машинерии. Это был луч света, бьющий сквозь всю вселенную. Он мерцал в окнах Тенпони в отблесках рассвета над дальними горами. И дробился в ночи в десятках отражателей башен ПОП.