Горькая кровь

Кейн Рейчел

– Я знала, - сказала Миранда.
– Как только я перестала бояться других и действительно поговорила с ними, стало легче. Я по-прежнему должна быть осторожна среди них, но пока я держусь за Дженну, они не смогут питаться мной как прежде. Она может помочь мне выйти из дома. Это здорово.

Дженна, казалось, так не думала, но, по крайней мере, на данный момент она кивнула.

– Как Ева?
– спросил Майкл. Улыбка Миранды испарилась.

– Она проснулась, - сказала она.
– Ждёт на диване. Мы рассказали

ей, что случилось.

– Спасибо. Вы спасли нам жизнь, - Клэр обняла Миранду, пока шла за ней в гостиную. Ева сидела на диване, большинство ее синяков уже выглядели лучше; на полу лежали пакеты со льдом, которые, вероятно, помогли ей в этом.

Она посмотрела на Майкла с хрупкой надеждой в глазах.

Он был в нескольких шагах, будто бы не решаясь сдвинуться. Шейн остановился позади него и прислонился к стене, скрестив руки на груди. Клэр знала эту позу; это был вид телохранителя. На данный момент он охранял Еву. От Майкла.

Но Майкл не пытался приблизиться.

– Я причинил тебе боль, - сказал он.
– Я никогда не хотел этого, но так вышло. Я хочу сказать, что не имел ввиду этого, и это был не я, это правда, но в то же время это был я, и я знаю, что ты не сможешь забыть это. Я...
– он развел руками.
– Я ненавижу себя, Ева. Это все, что я могу сказать. Я ненавижу себя. И если ты хочешь, чтобы я ушел, я уйду. Я сделаю все. Все, что угодно.

В её глазах сверкали слезы.

– Миранда рассказала мне, - сказала она.
– О Наоми. О том, что она укусила тебя. У тебя не было выбора, когда ты делал это. Но это чувствовалось по-настоящему. Ты знаешь?

– Знаю, - сказал он.
– Для меня это тоже ощущалось реальным. И это чертовски напугало меня.

– Никогда больше так не делай.

Он улыбнулся.

– Не сделаю, - сказал он.
– Я люблю вас, миссис Гласс.

Она раскрыла свои объятия, и он обнял ее, так осторожно, будто она была хрупким кристаллом.

Шейн откашлялся.

– Гм, ты должна знать, что Амелия пыталась заставить его отказаться от тебя, - сказал он.
– Потому что Майкл, вероятно, не собирался говорить тебе об этом. И он отказался это делать. Так что теперь он на плохом счету у нее, снова.

– О, милый, - сказала Ева и отодвинулась, чтобы посмотреть на лицо Майкла.
– Насколько все плохо?

Он пожал плечами.

– Это не важно.

И улыбка Евы была полной восторга, она положила голову ему на плечо. Клэр встретилась с Евой взглядом и получила небольшую улыбку в ответ. Это была мелочь, но это было только начало.

– Я тоже люблю тебя, Ева, - сказала Клэр.
– Мне очень жаль.

– Замолчи, - сказала Ева.
– Кто не хотел бы поцеловать его? Прощено и забыто.

Это было большим милосердием, чем Клэр думала когда-либо заработать. Майкл что-то шепнул Еве, что-то явно не предназначенное для чужих ушей, и она почувствовала, что вторгается

во что-то более ценное и личное, чем должна.

Шейн, должно быть, почувствовал то же самое; он оттолкнулся от стены и пошел вверх по лестнице в свою комнату. Клэр колебалась, а затем так же ушла.

– Эй, - это был голос Майкла, мягкий и немного грубый, и она посмотрела на него, когда он немного отстранился от Евы.
– Та вещь, над которой ты работала с Мирнином. В ней что-то есть. Я чувствовал это. Я подумал, что ты должна знать.

Она была... удивлена, и настроение немного поднялось.

– Спасибо, - сказала она. Машина лежала на обеденном столе, как большая часть двигателя, и она вернулась, нашла ее и снова задалась вопросом, что она сможет сделать, если действительно, по-настоящему заставит ее работать.

Что-то замечательное, может быть.

Или что-то ужасное.

Она взяла ее наверх, а в коридоре заколебалась. Все двери были закрыты, в том числе и у Шейна. Она глубоко вздохнула, успокоилась и пошла в том направлении.

Она чувствовала себя так, будто собирается на собственные похороны.

Дверь Шейна была заперта. Она постучала, но в ответ получила тишину. Он не хочет говорить об этом, подумала она, хоть она и хотела держать его сейчас на расстоянии, чтобы дать ему понять, как ей было больно, когда он не доверял ей... это все равно причинило боль.

Так что она пошла в свою комнату, чувствуя себя потерянной и одинокой. Она оставила свет выключенным. Истощение, холод, отчаяние, вдруг... это было слишком. Она просто хотела залезть в кровать и плакать, пока не умрёт. Завтра ей придется подумать о том, чтобы оставить Морганвилль позади, уехать в новый город, новый университет, новый мир... и как-то сделать это без Майкла, Евы и даже Мирнина.

И, возможно, даже без Шейна.

Но она просто не могла столкнуться с этим сейчас.

Она бросила устройство на комод, даже не потрудилась снять свою одежду, просто сняла покрывало, сбросила туфли и заползла под одеяло... и мгновенно почувствовала рядом тепло тела, придвинувшегося ближе.

Ох.

Руки Шейна обернулись вокруг нее. Движение было медленным и осторожным, и сделано в полной тишине. Он притянул ее ближе, и ближе, пока она не прижалась спиной к его груди. Его губы медленно приблизились мягким, обжигающим поцелуем на нежной коже ее шеи.

– Я знаю, ты не просила меня, - сказал он.
– Я знаю, ты не хочешь, чтобы я поехал. Но я собираюсь в Бостон, и я буду там, когда понадоблюсь тебе. Тебе не нужно ничего говорить. Я знаю, что должен заслужить, чтобы вернуть твое доверие назад. Все в порядке.

У нее перехватило дыхание, она вздохнула и почувствовала, как ее сердце разбивается снова и снова, совершенно новым и красивым способом.

Продолжение следует...