Город богов
Шрифт:
— А ты не боишься прогневать хозяина своей трусливостью? — его губы скривились в усмешке.
— Нет, — купец тоже усмехнулся, однако его улыбка выглядел бледной и натянутой, словно какие-то сомнения в нем все же оставались. — Я верный слуга. К тому же, он ценит мой страх не меньше твоей смелости.
— Что ты имеешь в виду? — жрец резко повернулся. Его лоб пересекла глубокая морщина, напоминавшая чем-то трещину на поверхности камня.
— Это тешит его самолюбие. Ему порой хочется видеть себя в глазах подданных не только источником блага и добродетели, но и
Арба долго смотрел ему в лицо, не произнося ни слова, толи раздумывая над словами купца, толи подыскивая слова для достойного ответа.
— Вот что, — сказал он, когда понял, что не в силах найти то, что бы следовало произнести именно в этот миг, — хочешь ты того, или нет, тебе придется пойти со мной. Хозяин ждет нас обоих. Значит, я приведу тебя к нему, даже если мне придется тянуть тебя силой, — в его голосе зазвучала ничем не скрываемая угроза.
— Ладно, ладно, я уже иду, — опустив голову на грудь и тупо глядя себе под ноги, он медленно побрел вслед за братом.
Они миновали еще несколько поворотов, спустились по руслу высохшей подземной реки и, наконец, оказались в огромной пещере, такой большой, что она могла бы поглотить в себе не только город, но и весь окрестный мир. Ее стены мерцали алым пламенем, исполненным дыханием самой смерти. Все вокруг было погружено в мглистый туман, который, хотя под землей и не могло быть никакого ветра, медленно покачивался, словно малыш в колыбели, успокаивая, усыпляя, заставляя забыть обо всем, ни о чем не думать, замереть…
— Вы могли бы и поторопиться, — маг возник из ниоткуда.
Его лицо было хмурым, глаза настороженно сощурены, губы сжаты.
— К твоим услугам, хозяин, — купец склонился в низком поклоне. — Повелевай, — он замер, ожидая приказаний.
— Ты все еще прикармливаешь этих крыс?
— Крыс, хозяин? — купец удивленно заморгал.
Хранитель недовольно поморщился:
— Я имел в виду воров.
— Да, но… Я полагал… — Силин бросил быстрый взгляд на брата, ища у него поддержки и заступничества.
— Они бывают нам полезны… — начал жрец, но Хранитель остановил его резким взмахом руки.
— Об этом я и говорю. В ином случае, неужели бы я позволил этим мерзким тварям не просто жить в городе, но и заниматься своим презираемым во всех остальных оазисах ремеслом? Вызови их, скажи, что есть кое-какая работенка, посули богатое вознаграждение… В общем, не мне тебя учить. Свое дело ты и так неплохо знаешь… И, Силин, скажи, что награда будет удвоена, если они принесут свитки, перевязанные черными лентами. Их должно быть десять. Но если вы… Мне не важно, ты или твои воры…Так вот, если вы осмелитесь утаить хоть одну рукопись или прочесть хоть один символ — я это сразу же узнаю, можешь не сомневаться — вы все не просто лишитесь своих голов, но и проститесь с вечностью душ, которые станут пищей самых жутких и прожорливых демонов. Ты понял меня?
— Да, хозяин, — купец вжал голову в плечи.
— Раз так, ступай. Надеюсь, ты найдешь обратную дорогу сам. Мне бы не хотелось, чтобы ты заблудился и не выполнил мой приказ, — в его сощуренных глазах, ставшем вдруг
— Конечно, — склонившись в низком поклоне, тот поспешил удалиться.
Наделенный даром повернулся к жрецу:
— Сколько времени понадобится твоему брату, чтобы найти воров и передать им поручение?
— Немного. Он всегда держит шайку этих отбросов на коротком поводке, зная, что они могут понадобиться в любой момент. К тому же, Силин осторожен и не желает никаких неприятностей.
— Поэтому до сих пор жив и в своем уме, несмотря на все доверенные ему знания, — усмехнулся маг.
— Он верный слуга.
— Конечно… — он окинул все вокруг быстрым взглядом, словно ища среди алых просторов пещеры ответ на свои размышления. — Идем, — его голос прозвучал резко, как порыв ветра. Не допуская ни мига промедления, маг зашагал в сторону лабиринта, связывавшего подземный мир с городом.
Жрец заторопился вслед за ним. Хотя хозяин и был в несколько раз старше своего слуги, по нему этого бы никто не сказал. Движения мага были быстры и размашисты, так что Абре приходилось временами бежать, чтобы поспевать за ним.
— Могу ли я спросить, куда мы идем? — с трудом, страдая от одышки, вымолвил служитель.
— На площадь, — не замедляя шага и не поворачиваясь ответил маг. — Я хочу увидеть караванщиков своими собственными глазами.
— Но…
— Разве ты не предупредил чужаков, что вечером я приду взглянуть на хранящиеся у них рукописи?
— Конечно… — тот выглядел растерянным, не поспевая не только за шагами Хранителя, но и за его мыслями. — Мне собрать совет, позвать стражей?
— Зачем?
— Но так положено. Выход Хранителя к чужакам должен быть…
— Обойдемся. Здесь особый случай. Не забывай: мы с тобой собираемся разузнать нужные нам сведения о том, о чем другим знать ни в коем случае не следует.
— И, все же, стражи… Возьми хотя бы своих… — он не договорил, не зная, как назвать тех призраков, которые, по велению госпожи Кигаль, охраняли Ее слугу.
— Нет! Я сам смогу за себя постоять!
— Конечно, но…
— С каких это пор ты стал мне перечить? — глаза мага начали наполнятся клубами алого дыма. Заметив эти признаки нарастания ярости, которые в последнее время стали появляться все чаще и чаще, жрец поспешил опустить голову, проговорив лишь:
— Прости…
— Вот и хорошо, — услышав то, что он хотел, маг успокоился.
— Эти торговцы — простые смертные. Они не осмелятся даже заговорить с тобой, не получив на то разрешения. И, все же… Может быть…Те легенды, что находятся у них…Кто знает, что в них написано, о каких силах рассказано…
— Пусть так, — маг помрачнел. — Жрец, я понимаю: ты заботишься о моей безопасности. Однако слуге не следует сомневаться в могуществе своего хозяина.
— Я знаю, Ярид: ты без труда справишься с лишенными дара, сколько бы их ни было… Но есть нечто, находящееся выше моего понимания, чему я не могу дать объяснения… Я только знаю: с этим караваном что-то не так. Будь осторожен. У меня очень нехорошие предчувствия…