Город богов
Шрифт:
Но если признаться начистоту, у Сарин имелся еще один повод для зависти. При виде горящей в глазах молодого человека радости она завидовала открытой для Шудена возможности ухаживать, влюбляться и терять голову г в буре чувств.
С юности принцесса мечтала о подобной возможности. Вырастая, Сарин осознала, что для нее подобные вольности находятся под запретом. Поначалу она пыталась взбунтоваться, виня во всех неудачах собственный жесткий характер. Она знала, что придворные ее побаиваются, так что на время заставила себя измениться, стать более мягкой и подпетой, результатом
Принцесса все еще с жалостью вспоминала о нем, почти мальчишке. Только Грайо рискнул попытать счастья с новой, более женственной Сарин, не обращая внимания на насмешки придворных. Их не связывала любовь, но принцессе нравился юный граф, даже несмотря на некоторую слабовольность. Его отличала какая-то детская неуверенность, постоянное замешательство, вызванное желанием поступать правильно и преуспеть в мире, где большинство людей понимали в жизни больше него.
В конце концов принцесса разорвала помолвку: она понимала, что совместная жизнь с недалеким Грайо сведет ее с ума, но также Сарин осознала, что поступает нечестно. Она воспользовалась простотой и искренностью юноши, прекрасно зная, что тот не подозревает, что его ждет. Лучше потерпеть издевки за сбежавшую невесту, чем прожить до конца дней с женщиной, которая будет держать тебя под каблуком.
Это решение закрепило за ней славу старой девы. Разошлись слухи, что принцесса нарочно водила Грайо за нос, чтобы выставить его дураком, и юноша, обьятый стыдом, покинул двор и три года прожил в своей усадьбе отшельником. После того случая никто не отваживался ухаживать за королевской дочерью.
Сама Сарин уехала из Теода и погрузилась в дипломатическую работу. Она представляла отца в теоданских посольствах по всему Опелону, в том числе во Фьердене и свордийской столице Серавене. Ее всегда интересовала возможность посетить Арелон, но Эвентио категорически запретил поездку в Каи. Он нехотя отправлял туда даже шпионов, не говоря уже о любимой дочери.
«И все же, — со вздохом подумала Сарин, — я сюда добралась». Она решила, что не прогадала, предложив Раодену брак, несмотря ни на что. Пока они обменивались письмами, в сердце принцессы снова зародилась надежда; она прожила недолго, но оставила приятные воспоминания. Принцесса не ожидала большего.
— Вы выглядите, как будто только что похоронили лучшего друга, — заметил Ройэл, вручая девушке бокал голубого джадорианского вина.
— Нет, всего лишь мужа, — вздохнула Сарин.
— Понятно. Может, мы переместимся куда-нибудь, где нас не будет преследовать столь красочный вид на блаженство юного барона?
— Прекрасная идея, ваша светлость.
Они прохаживались вдоль низкой ограды павильона, Ройэл кивком отвечал на похвалы в адрес устроенного вечера. Сарин шла рядом и недоумевала, почему многие встреченные дамы бросают на нее мрачные взгляды. Только через несколько минут она поняла причину: принцесса совсем забыла о том, что Ройэл считается самым завидным женихом Арелона. Незамужние дамы рассчитывали, что он прибудет на вечер без пары, и, наверное, долго прикидывали, как приблизиться и очаровать старика,
Ройэл вгляделся в ее лицо и хмыкнул.
— Вы уже догадались, ваше высочество?
— Поэтому вы никогда не устраиваете праздников?
Герцог кивнул.
— От них трудно отвязаться даже на чужом балу, но на своем собственном, где меня связывает роль хозяина, избавиться от этих гарпий невозможно.
— Будьте осторожнее, ваша светлость. На моем первом балу Шуден тоже жаловался, а посмотрите, что с ним случилось.
— Шуден подходил к делу неправильно. Он пытался убежать, а каждому известно, что как ни беги, всегда найдется бегун пбрезвее. Я же не пытаюсь скрываться. Мне доставляет несравненное удовольствие кружить их жадные головы.
Очередная колкость замерла у Сарин на губах, когда перед ними возникла знакомая пара. Люкел нарядился по последней моде в синий, отделанный золотом жилет и бежевые брюки, но на темноволосой красавице Джалле было простое сиреневое платье, судя по закрытому вороту, привезенное из Джинды.
— Самая неравная пара за сегодняшний вечер, — заулыбался во весь рот Люкел и поклонился герцогу.
— Почему? — возмутился Ройэл. — Скрипящий старикашка герцог и юная красавица-принцесса?
— Я имел в виду разницу в росте, ваша светлость, — засмеялся молодой купец.
Ройэл с приподнятой бровью полуобернулся к Сарин: она была выше его на голову.
— В моем возрасте выбирать не приходится.
— Думаю, это верно в любом возрасте, — возразил Люкел, глядя сверху вниз на жену. — Нам остается только смириться с желаниями женщины и благодарить судьбу за удачу.
Сарин замутило — сначала Шуден, теперь Люкел. У нее напрочь пропало настроение смотреть на влюбленные пары.
Видимо, герцог почувствовал ее огорчение и поспешно распрощался с молодыми супругами под тем предлогом, что ему необходимо проверить, обеспечены ли гости в саду угощением. Люкел с Джаллой вернулись в павильон, а Ройэл повел принцессу наружу, под темное небо и мерцающий свет факелов.
— Вам нужно взять себя в руки, ваше высочество, — твердо посоветовал он. — Вы не можете убегать каждый раз, когда встречаете людей в прочном, счастливом браке.
Сарин воздержалась от замечания, что молодую любовь вряд ли можно назвать прочной.
— Я не всегда так привередлива. У меня выдалась тяжелая неделя; подождите несколько дней, и каменное сердце снова затвердеет.
Старый придворный мудро решил не отвечать на горькие слова. Тут в стороне послышался знакомый смех, и пара обернулась на звук.
Герцог Телри не соизволил присоединиться к королевскому кругу почета. Наоборот, он собрал вокруг себя группу знати на обнесенной живой изгородью лужайке напротив садика Йадона. Казалось, он дает собственный вечер для избранных.
— Плохой знак, — вполголоса произнес Ройэл.
— Согласна.
Сарин наскоро подсчитала прихлебателей Телри, пытаясь заодно определить их титулы, и перевела взгляд на свиту Йадона. Обе группы были примерно равны по численности, но при короле оставались более влиятельные дворяне — по крайней мере пока.