Город Ночи
Шрифт:
В кабинете Джека Роджерса, судебно-медицинского эксперта, на неосторожного посетителя в любой момент могла обрушиться лавина книг, папок, фотографий, бумаг.
Приемная, однако, куда в большей степени соответствовала общепринятому представлению о морге. Минималистское оформление. Стерильные поверхности. Система кондиционирования, обеспечивающая максимально низкую температуру.
Секретарша Джека, Уайнона Гармони, поддерживала во вверенных ей владениях идеальный порядок. Войдя в приемную, Карсон и Майкл увидели на столе Уайноны только папку
Полная, добросердечная, чернокожая женщина лет пятидесяти пяти, Уайнона казалась инородным элементом в этой комнате с голыми стенами, за этим пустым столом.
Карсон подозревала, что в ящиках лежали и семейные фотографии, и куколки, и маленькие подушечки с трогательными надписями, вышитыми крестиком, и многое другое, радующее душу, но Уайнона считала неуместным выставлять что-либо напоказ в приемной морга.
— Посмотрите, кто к нам пожаловал! — Уайнона широко улыбнулась. — Гордость отдела расследования убийств.
— Я тоже здесь, — напомнил о себе Майкл.
— Ох, какой же ты сладенький…
— Всего лишь реалистичный. Она — детектив. Я — шут на подхвате.
— Карсон, девочка, — спросила Уайнона, — как тебе удается целыми днями выдерживать такого сладенького?
— Иногда я задаю ему трепку. Луплю рукояткой пистолета.
— Наверное, толку от этого никакого, — предположила Уайнона.
— По крайней мере, помогает мне поддерживать хорошую физическую форму.
— Мы насчет трупа, — перешел к делу Майкл.
— У нас их много. Некоторые с именами, другие — без.
— Джонатан Харкер.
— Один из ваших, — кивнула Уайнона.
— Да и нет, — покачал головой Майкл. — У него был жетон детектива, как и у нас, и два уха, но во всем остальном общего у нас с ним очень мало.
— Кто бы мог подумать, что таким маньяком-убийцей, как Хирург, окажется коп, — Уайнона пожала плечами. — Куда катится мир?
— Когда Джек сделает предварительное вскрытие? — спросила Карсон.
— Оно сделано, — Уайнона похлопала по папке с записями Джека, которая лежала рядом с компьютером. — Я как раз печатаю заключение.
Вот это Карсон удивило. Джек, как и она с Майклом, знал, что в городе творится нечто экстраординарное и некоторые горожане вовсе не люди.
Он сделал вскрытие мужчины с двумя сердцами, черепом, крепким, как броня, двойной печенью и еще со всякими физиологическими усовершенствованиями.
Карсон и Майкл попросили его попридержать заключение, пока они смогут получше разобраться в ситуации, а по прошествии нескольких часов и труп, и результаты вскрытия исчезли, к крайнему неудовольствию Джека.
Предполагалось, что он обеспечит куда более серьезные меры безопасности по отношению к трупу Джонатана Харкера, который оказался еще одним Новым человеком Виктора. Карсон не могла понять, с какой стати Джек открыл Уайноне нечеловеческую сущность Харкера.
— Вы только начали
— Нет, — ответила Уайнона. — Уже заканчиваю.
— И?
— Что «и»?
Карсон и Майкл переглянулись.
— Нам нужно повидаться с Джеком, — высказала общее мнение Карсон.
— Он в секционном зале номер два, — ответила Уайнона. Они готовятся к вскрытию пожилого джентльмена, которого жена накормила супом из стухшего лангуста.
— Она, должно быть, в отчаянии, — предположила Карсон.
Уайнона покачала головой.
Она под арестом. В больнице, когда ей сказали, что он умер, смеялась и смеялась, никак не могла остановиться.
Глава 6
Девкалион спал редко. За свою долгую жизнь ему приходилось проводить какое-то время в монастырях и медитировать, он знал, сколь ценен покой, но бесконечное кружение акулы было его наиболее естественным состоянием.
И он не останавливался ни на минуту после того, как спас девушку в Алжьере. Ярость прошла, беспокойство осталось.
Вакуум, образовавшийся после ухода ярости, заняла новая тревога. Нет, не страх, но ощущение, будто он упустил из виду что-то очень важное.
Интуиция что-то нашептывала ему, но на тот момент голос ее напоминал бессловесный шумовой фон, от которого шевелились волосы на затылке.
С зарей он вернулся в кинотеатр «Люкс», завещанный ему давним другом, с которым много лет тому назад Девкалион участвовал в карнавальных «Шоу уродов».
Наследство (и известие о том, что Виктор, его создатель, не умер двести лет тому назад, а живехонек и прекрасно себя чувствует) привело его из Тибета в Луизиану.
Он часто предполагал, что у его жизни есть предназначение… Эти события в Новом Орлеане служили прямым подтверждением его подозрений.
Кинотеатр построили в 1920-х годах, и период расцвета остался для «Люкса» в далеком прошлом. Теперь он работал только три дня в неделю и давно уже не собирал полного зала.
Квартира в кинотеатре у Девкалиона была скромная, чуть больше монастырской кельи. Но для него, несмотря на внушительные габариты, все, что превышало размерами эту самую келью, казалось излишеством.
И пока он бродил по коридорам старого здания, по залу, мезонину, балкону, фойе, мысли его не просто мчались, а рикошетом отлетали друг от друга, словно шарики для пинг-понга.
Снедаемый тревогой, он пытался найти способ добраться до Виктора Гелиоса, ранее Франкенштейна. И уничтожить его.
Как и у всех Новых людей, которым Виктор дал жизнь в этом городе, в мозгу Девкалиона установили психологический блок, запрет на отцеубийство. Он не мог убить своего создателя.
Двумя столетиями раньше он поднял руку на Виктора — и едва не погиб, когда обнаружил, что не может нанести удар. А Виктор превратил в кровавое месиво ту половину его лица, которую сейчас маскировала татуировка.