Город в кулаке
Шрифт:
— А со стороны Шумского есть аресты? — вновь прервал подчиненного Шамраев.
— Был задержан мелкий карманник. Воропаев. Он вывел нас на руководителя группировки в шайке Шумского, на которую сам и работал. Руководил шайкой человек по кличке Вор. Или Михаил Коломенчук. Два года назад Коломенчук вышел из тюрьмы. Сидел за убийство. Сейчас занимается вымогательством. Его группа курирует ювелирные магазины и ломбарды в Кировском районе города. Я лично не беседовал с ними. Но слушал аудиозапись допроса. Воропаев говорит, что Шумского вообще не знает.
— Ну?
— Пока ничего. Я буду говорить с ним лично. Он задержан на несколько суток, до выяснения обстоятельств дела. Если удастся накопать против него, тогда можно будет с ним по-настоящему поговорить. Уж я вытрясу из него все. Этот точно имеет тесный контакт с Шумским. Знает все явки, пароли, так сказать…
— Знаешь что? — Шамраев ненадолго призадумался. — Веди-ка его сюда. Коломенчука этого. Вместе пообщаемся.
Началов положил свою папку на стол полковника и быстрым шагом направился к выходу из кабинета.
1993 год. Игровой клуб «Солнце Востока» Не голову, так шею
— «Штаны»! — прокомментировал меткий удар Кулагина Вершинский. — Твой второй удар! Чем еще удивишь?
Два шара одновременно закатились в угловые лузы. Кулагин окинул взглядом положение оставшихся шаров и оценил несколько комбинаций. Затем мягко опустил левую руку на сукно бильярдного стола. Кий уверенно лег в образованную пальцами подпорку. Мысленно прикинув геометрию удара, Леонид привел кий в движение. Шар, который Кулагин думал загнать в лузу, ударился о борт в нескольких сантиметрах от цели и откатился к противоположной стороне стола.
Леонид отставил кий в сторону и подсел за столик к Левинсону.
Четверо приятелей занимали одну из бильярдных комнат в загородном кафе. Соседние столы были свободны, за исключением одного, в комнате напротив. Там шумная компания из шести-семи парней начинала партию. Вскоре к ним присоединилась симпатичная блондинка. Левинсон время от времени вытягивал голову, когда она мелькала в дверном проеме.
— Леня, чего мы с Шумским медлим, а? — Горшаков последовал за Леонидом. — Вчера на молокозаводе Антипов местным мозги парил. Объект теряем. Надо убирать его, в натуре.
Артем сел на просторный кожаный диван недалеко от столика.
— Стопудово! — поддержал товарища Вершинский. — Чего ты с ним церемонишься? Ему время мозгов не прибавит.
Кулагин взял со стола высокий стакан с коктейлем и потянул из трубочки сладковатый напиток. Друзья замерли в ожидании его реакции. Леонид поставил стакан обратно на стол, встал и снова подошел к бильярду.
Напротив центральной лузы один из шаров остановился в двух сантиметрах от края. Завис, что называется, в воздухе. Для того чтобы выиграть партию, Кулагину требовалось лишь подтолкнуть слегка этот шар в лузу любым другим. Леонид выбрал одиннадцатый. Приготовился. Ударил. Удар оказался неточным.
— Не надо было от борта бить! — с досадой откликнулся Горшаков.
Кулагин снова подсел за столик.
— Нет, я не понимаю почему? — Грузная фигура
— Да брось ты, Ленька! — встрял Левинсон, на минуту оторвав взгляд от блондинки. — Ты чего? Меньше народу — больше кислороду! Ой, парни, я пошел…
Неожиданно Левинсон поднялся из кресла и, сопровождаемый взглядами товарищей, направился в соседнюю бильярдную.
— Лева-Лева! Вечно ты ищешь проблемы на свою задницу, — окликнул его Вершинский.
Но Левинсона уже ничего не могло остановить. Он уверенной походкой пошел в соседний зал, куда только что вошла еще одна девушка.
— Нет. Я считаю, с Шумским надо повременить, — наконец произнес Кулагин. — Надо дать Нестору еще один шанс одуматься.
— Мы каждый раз даем Нестору еще один шанс. Потом еще один. И еще… Он не изменится. У него основательно уехала крыша. И сколько бы мы ни ждали — бестоляк! — Горшаков поигрывал крышкой от портсигара. — Мы только себе хуже делаем. Ты говоришь, нам нужен город, новые объекты, а сам спокойно наблюдаешь, как Шумский делает все, чтобы помешать тебе.
— Он делает не для того, чтобы помешать мне. Он просто не понимает. Он действительно не понимает, зачем я поступаю так… Нет! — более уверенно повторил Кулагин. — Давайте повременим с Шумским. Мы дадим ему еще немного времени. А предупрежденьице ему пошлем.
— Это как? Типа, черная метка? — усмехнулся Горшаков.
— Хуже! Мы уберем Круглова. Если Шумский — голова гидры, то Круглов — ее шея. Мы повременим рубить гидре голову. Посмотрим, как он будет жить без шеи. Ясно?
— Глубоко! — оценил изложенные Леонидом планы Горшаков.
— Я сам пообщаюсь с Мазитовым и Копниным, — сказал Кулагин. — Проинструктирую. Я думаю, что это самое правильное решение…
— Эй, парни, смотрите! — Вершинский привлек внимание товарищей к происходящему в соседнем зале.
Через открытую дверь было хорошо видно, как Левинсон на виду у компании парней подсел за столик, за который села светловолосая девушка. Парни остановили игру и медленно стали обступать Левинсона. Один из братков схватил со стола сервировочный нож. Остальные плотной стенкой стояли за спиной товарища. Левинсон как ни в чем не бывало продолжал обхаживать красотку.
— По-моему, у нас проблемы, — Горшаков поднялся со своего места. — Разберемся?
Кулагин и Вершинский одновременно встали с дивана и двинулись в сторону выхода. Когда они вошли в соседнюю бильярдную, братки уже плотным кольцом обступили Левинсона вместе с его светловолосой пассией. Тот по-прежнему спокойно сидел за столиком.
— Ты, Казанова! Кого клеишь? — послышались возгласы из группы заступников молодой особы.
Левинсон откровенно, по-русски, послал самого смелого.
— Эй, давай, за воротник его и сюда! — выкрикнул кто-то из парней.