Город
Шрифт:
Орлов услышал тяжелый топот множества ног в коридоре и понял, что пришли за ним. Сильным ударом вышибли дверь и в комнату ворвались пятеро в комуфляжной форме, внешним видом напоминающие омоновцев. Григорий не успел ещё ничего сообразить, как его сграбастали два добрых молодца с такими тупыми, свирепыми и страшными лицами, каких даже в детских комиксах не увидишь, и так стиснули, что он ни то, что сопротивляться, вздохнуть как следует не мог. Таню тоже схатили, нацепили на руки наручники. Она стояла обнаженная с гордо поднятой головой, а лицо её пылало гневом. И все, мучившие его только-что страхи, исчезли. Нет, она не притворялась! Она его действительно
– Гриша! Гришенька! Любимый мой! Я ни о чем не жалею! Слышишь?! Ни о чем! Я счастлива! Я очень счастлива!
– А ну, замолчи, сука!!
– вдруг завизжал и затопал полицейский, стоявший с начальственным видом посреди комнаты. По всему, он и был здесь старшим.
– Эй ты, милейший, подойди, хочу сообщить что-то очень важное, сказал ему Орлов.
– Это ты мне, шипион?
– Старший видно решил, что Григорий собрался во всем признаться, и быстро засеменил к нему.
Григорий смерил расстояние. Руки крепко держали боевики. но ноги-то были свободны. И оттолкнувшись от пола, он врезал правой ногой старшему точно в подбородок. И хорошо, надо сказать, врезал. Плохо, что кажется выбил большой палец. Тот упал на пол, словно подкошенный. Но тут же вскочил, завизжал, затопал ногами, заметерился. Трасущемися руками, торопясь, стал расстегивать, висевшую на боку, кобуру, приговаривая:
– Я тебя щас ухайдокаю, шпион! Ты у меня щас узнаешь что почем! Крутого из себя изображаешь?! Ничего, щас закрутишься!
"Неужели будет стрелять?
– с тоской подумал Орлов. Умирать не хотелось. Особенно сейчас, когда он обрел Таню.
– Нет, скорее, пугает. Я им нужен живым".
Наконец, начальнику удалось расстегнуть кобуру и он вытащил из неё большой непонятной марки пистолет, наставил его на Григория и сказал:
– Пук!
И в тот же миг Орлов почувствовал, как в плечо ему впилась игла.
– Гриша, это психотропное! Держись, Гриша!
– прокричала Татьяна.
– Уберите эту сучку!
– вновь завизжал и затопал ногами начальник-психопат.
Два боевика потащили Татьяну к выходу.
– Таня, я разыщу тебя. Обязательно разыщу. Все будет хорошо. Верь. Я люблю тебя!
– Я тебя тоже, Гри-и-иша!
– донеслось уже из коридора.
Внезапно все предметы в комнате стали неясными, размытыми и куда-то поплыли, ноги Григория онемели и плохо держали, язык распух и с трудом помещался во рту. И ему стало все безразлично.
"Что они все здесь с ума посходили?
– возникло в его вялом мозгу. Нашли шпиона, нечего сказать. Взрослые вроде все люди. Им что, делать здесь больше нечего, как только в шпионов играть? Сумасшедший дом! Не иначе".
Ему надели наручники и поволокли к выходу. Но ему уже было все равно. Поспать бы сейчас где минут шестьсот. На выходе из дома, где он провел самую прекрасную ночь в своей жизни, стоял Агапкин-старший и мстительно улыбался. Он был счастлив, что смог с помощью шпиона прогнуться перед начальством. Очень счастлив. Пребывал прямо-таки на седьмом небе от счастья. Этого ему было даже много для полноты жизни. Хорошо ему живется на белом свете. Легко. На двадцать лет вперед ни сомнений тебе, ни угрызений совести.
Счастливый стукач - последнее, что увидел Орлов и
Сколько времени проспал, он не знал, но когда открыл глаза, то обнаружил себя лежащим ничком на полу атозака. Из этого сделал вывод, что прошло минут пять-семь, ни больше. Его противники не могли знать, что снотворное на него не действует, а если и действует, то на весьма короткое время. Это было особенностью его организма. Однако, сейчас это мало что ему давало. С боков на скамейках сидели два матерых охранника с сумрачными лицами и что-то жевали, вероятно, жевательные резинки. Исподволь разглядывая их, Орлов пытался понять - кто они? Люди или куклявые? Опыт общения с куклявыми у него уже был и его можно было использовать. Времени на раздумывание у него не было и он решил действовать. Решительно сел на полу и жизнерадостно сказал:
– Привет, ребята! А вы знаете, что ваш придурок-правитель Пантокрин вот-вот даст дуба?
– Он специально выбирал доходчивые слова для этих ребят с накаченных мышцами, но не очень обремененных интеллектом.
– Ой!
– сказал один из них.
– Замолчи, сука! Шпион проклятый!
– зарычал второй.
Но лица обоих уже начали покрываться трупными пятнами.
"Куклявые!" - радостно подумал Григорий и продолжал:
– Что б мне провалиться! Этого ублюдка Венера-молочная СПИДом заразила, и теперь он ждет не дождется смерти своей, паскудник.
Стражники уже не в состоянии были что-либо ответить, только энергично крутили головами, будто боялись, что непотребные слова шпиона могут быть кем-то услышаны, а кожа, мышцы и волосяной покров благополучно стекали с них на пол автозака. Через пару минут от них остались одни скелеты. В кармане кителя одного из них Орлов нашел ключи от двери автозака, открыл и выпрыгнул наружу. Он оказался на узкой и грязной улочке. "Грязнова-Водкина", - прочитал он табличку на одном их домов. Название это ему ровным счетом ничего не говорило. Григорий не знал, куда ему бежать, где он - путь к спасению. И спросить не у кого - улица была пустынна. В одном он не сомневался - его скоро схватяться и начнут искать. Будто в подтверждение этого где-то далеко завыла полицейская сирена. Вой этот стремительно приближался. Орлов закрутил головой, ища где бы спрятаться. И тут услышал вкрадчивый голос:
– Господин Орлов, сюда, пожалуйста.
Повернулся на звук голоса и увидел открытую дверь одного из домов. Не размышляя и не удивляясь - откуда его могут здесь знать, он юркнул в эту дверь. И как раз вовремя - мимо промчалась полицейская машина. В подъезде дома Григорий увидел сидящим на ступеньке лестницы маленького старичка с окладистой белой бородкой, носом-картошкой и удивительно молодыми и яркими голубыми глазами. Одет он был в малиновый камзол и малиновую же нелепую шапочку и большим желтым помпоном. Старичок напоминал ему персонаж какого-то мультфильма. Скрипучим и слабым голоском тот проговорил:
– Здравствуйте, Григорий... э-э-м-м...
– Александрович, - выручил Орлов старичка, все более удивляясь.
– Здравствуйте, Григорий Александрович! Рад вас видеть!
– Здравствуйте! Но откуда вы меня знаете?
– Знаю, - рассмеялся старичок.
– Разрешите представиться: старший домовой тринадцатого микрорайона Сигизмунд Третий.
– Очень приятно, - поклонился домовому Орлов.
– Я всегда думал, что вы лишь персонаж детских сказок.
– Ну отчего же, - обиделся домовой.
– Нас лишь чуть меньше людей. Мы живем почти в каждом доме.