Город

Котрасева Наталья Евгеньевна

Разбойник жалобно выругался, оглядываясь в поисках выхода. Выхода не было, его окружили со всех сторон, и круг все сужался.

— К-к-кто вы? — спросил он. — Вы кто такие?

— Мы те, чьи инструменты ты хотел отобрать и чьей игре ты хотел помешать! — объяснил Дракон.

Собаки согласно зарычали. Девушка сжимала и разжимала руки, будто от сильного желания сомкнуть когти на чьей-нибудь шее. Разбойник даже догадывался, на чьей.

— Я был неправ! — сказал он. — Мнеоченьжальясовершилстрашнуюошибку!

— Что-что? — переспросил

старик.

— Я очень извиняюсь, был не прав! Полон раскаяния!

Барсук злорадно усмехнулся.

— А моя флейта тебе больше не нужна? А то ведь ты ее забрать собирался. А потом и биву, и хуцинь…

— Нет, нет, мне ничего не нужно! Вот, возьмите обратно! — он кинул Дракону его флейту, и тот поймал ее изящной лапой. — Только отпустите меня обратно к моей шайке. И я уйду и больше не вернусь! Клянусь сердцем матери! Землю есть буду!

— Землю есть не надо! — прошипела танцовщица. — Уходи и больше не появляйся! Во второй раз не отпустим!

Она сделала шаг в сторону, так что между ней и одной из собак образовался проход. Разбойник не заставил себя упрашивать, он бочком проскользнул между монстрами и умчался прочь, в лес. Какое-то время музыканты слышали треск ломаемых веток и треньканье гитары, когда она задевала о кусты, затем все затихло.

Оставшиеся на поляне осмотрелись.

— А что же вы нас раньше боялись-то? — спросила средняя собака, мигая огромными круглыми глазами. — Вы и сами кого угодно напугаете!

— Это я боялся, — пояснил барсук. — У меня фобия.

— А ты что, и правда человек? — старик снова стал призрачным и благообразным и устремил взгляд карих глаз на Хэй. — Мы-то, как выяснилось, все не люди. Я вот призрак, кости мои замурованы в стену, чтобы охранять город от врагов.

— А я вампир, — пояснила Гуй Нефритовый Цветок. — Могила моя в лесу, меня, кажется, как раз разбойники и убили когда-то давно. Но этого я не трогала. Думала, он не из той банды.

— А я один из защитников Города, — Дракон снова стал зеленоволосым мальчиком. Охраняю его с востока по повелению Золотого Дракона.

— Да я тоже не совсем человек, — объяснилась Хэй. — Я лиса-оборотень, но просто я думала, что превратившись в лисицу, вряд ли разбойника напугаю.

— Да, точно! — улыбнулся старик. — Не думаю, что он лис боится. Ну так что, может продолжим наше занятие? Теперь, когда никто нам не мешает, мы можем вернуться к музыке.

— Хорошо, — все были согласны.

Мальчик легко подпрыгнул и снова уселся на стене, там же, где и обычно, держа флейту в руках. Гуй Нефритовый Цветок вышла в центр поляны. Собаки скрылись в кустах. Лиса, барсук и старик уселись на свои места и выжидающе посмотрели друг на друга. Барсук кивнул, и музыка снова полилась.

Танцовщица кружилась, взмахивая длинными рукавами, в небе светила луна.

«Записки из Хижины у Ручья»

«Сам я слышал, что когда-то над Городом

светило целых десять солнц. Жара стояла страшная, на Город обрушилась засуха, и даже Ледяной Канал почти пересох. Тогда Правитель Города издал указ, предписывающий солнцам светить по очереди, по одному в день. С тех пор так и происходит, и погода в Городе выровнялась».

Черный лучник

Клод любил гулять по Городу. За один день Город было не обойти — не то чтобы тот был таким уж большим, скорее, это дни были очень короткие, — поэтому Клод обходил один район за раз.

Конечно, в Городе Зимы он бывал реже, чем в весенней или летней части, по вполне понятным причинам — не всегда есть настроение гулять под ледяным ветром. Но сегодня он направился именно туда.

И там, ближе к Саду Снежных Деревьев, с ним случилась странная вещь. Клод нашел на земле большой черный лук и колчан черных же стрел.

Клод огляделся — никого, кто мог бы оказаться хозяином оружия, рядом не было. Да и вообще никого вокруг не было. Молодой человек задумался. Можно было подождать здесь еще немного и посмотреть, не подойдет ли владелец, а можно было взять лук домой и потом написать объявление о находке. Клод решил подождать.

Но улица была безлюдной, даже в окнах домов вокруг свет не горел. Через пять минут, порядком замерзнув, Клод понял, что ничего так не добьется.

«А не оставить ли мне все, как есть?» — пришло ему в голову, но лук был таким красивым, что оставлять его лежать на пустынной заснеженной улице казалось просто кощунством.

Поэтому Клод поднял оружие и принес его домой.

Лук был очень большим, покрытым изящной резьбой. Клод попробовал натянуть тетиву, просто ради интереса, но у него ничего не вышло, сил не хватало. Вообще было непонятно, кому это будет под силу — Клод вовсе не был слабаком. Видимо, оружие принадлежало какому-нибудь спортсмену.

Ночью Клоду приснился удивительный сон. Он стоял на заснеженной городской стене, натянув лук, и целился во что-то в небе, за пределами Города. На нем был странный костюм черного цвета: рубашка с широкими рукавами, собранными на запястьях, поверх кожаные доспехи, широкие штаны, на одной руке перчатка. На голове шапка с каким-то подобием шор по бокам, почти как у лошади.

Цели видно не было, но во сне он точно знал, что она там, что он все делает правильно. Небо быстро светлело, и вскоре над горизонтом показался ярко-красный горящий диск солнца. В тот же миг он выстрелил. Тетива громко зазвенела, стрела разрезала полыхающее небо. Клод так и застыл с луком в руке, наслаждаясь красотой момента и собственной уместностью в нем.

Проснулся он очень рано, потянулся, встал с кровати и первым делом взял в руки лук. Во сне у него натягивать тетиву получалось гораздо лучше, чем в реальности, это и было обидно. Клод попробовал еще раз, в смутной надежде, что за ночь что-то изменилось, но лук не поддавался.