Города в полете
Шрифт:
«Много еще такого, — мрачно думал про себя Амальфи, — чего я не знаю о жизни в этих джунглях».
Один из экранов вдруг осветился. На нем во весь рост возникла женская фигура в старомодных одеждах из обветшалого от времени материала. Женщина — очевидно, торговый агент Служителей — сурово смотрела с экрана: хотя по комплекции вовсе не выглядела также сурово.
— Слушайте, — прозвучал ее холодный голос, — имеется разнарядка, связанная с реализаций проекта на планете Херн Шесть. Мы можем направить туда шесть городов. Оплата — после выполнения задания.
— Внимание, Бродяги.
Осветился
— Если начнутся любые беспорядки, никто не будет нанят, — сказал Лернер. — Вы поняли — никто. Вам необходимо должным образом представить свои предложения этой леди. Она решит, принять или отклонить ваши заявки. Те из вас, кого распределят на работу за пределы джунглей, сохранят здесь свой счет, если решат воспользоваться приглашением. Никакой охраны в пути не будет. Если кто-то проявит неуважение… — лейтенант Лернер провел указательным пальцем по горлу — этот жест был хорошо известен во все времена.
Амальфи, еле сдерживая гнев, резким движением выключил звук. Лернер и женщина-торговый агент продолжали что-то говорить. Но в этот момент пробудился к жизни еще один экран, и Амальфи необходимо было услышать слова, которые поступят от него. Содержание речей лейтенанта и агента предсказать заранее было не так уж трудно. И на самом деле — Отцы Города еще на подходе к джунглям выдали мэру свой прогноз, и Амальфи вполуха слушал двух первых ораторов, чтобы убедиться, что их слова не расходятся с предсказаниями. Но вот что скажет представитель ярко освещенного города, соседа красного карлика — босс джунглей, короля Бродяг…
Даже Амальфи, не говоря уж об Отцах Города, едва ли мог предсказать это. Лейтенант Лернер и женщина, по-прежнему беззвучно шевелили губами на экране; на последнем, четвертом, экране уже двигалась тень следующего оратора. Медлительный, грубый, но убедительный голос полностью заполнил помещение поста управления.
— Никаких предложений на сумму менее шестидесяти не принимать, — произнес голос. — Города класса А будут запрашивать за работу на планете Херн Шесть по сто двадцать четыре единицы. Города класса В не должны сбивать цену, пока эта проклятая торговка не отберет из класса А всех, кто ей нужен. Если она наберет всех шестерых из этого класса, значит, все — дело сделано. Класс С вообще не участвует в торгах по Херну Шесть. Все, кто позволит себе нарушить субординацию, будут наказаны или сейчас… — Образ на экране приобрел ясные очертания, вызвав у Амальфи неудержимый смех, — … или после того, как уйдет полиция. Пока все.
Образ — лысый мужчина в древнем металлическом шлеме — исчез с экрана. Еще некоторое время он стоял перед глазами Амальфи. Король Бродяг оказался мужчиной, словно выплавленным из лавы. Возможно, когда-то он и был рожден известным образом, но сейчас скорее напоминал странное геологическое явление, некую колонну из черного камня, поднявшуюся
Его бесформенное лицо искажала непреодолимая боль, которую обычно вызывала непобежденная до сих пор болезнь, хотя теперь от нее не умирали.
Рак.
В голове Амальфи прозвучал голос, производимый миниатюрным вибратором, вмонтированным в отросток кости за правым ухом мэра.
— Именно это и предсказывали Отцы Города, — прокомментировал Хэзлтон со своего поста наверху, в башне управления. — Но вряд ли это существо столь наивно, как могло показаться. Он принадлежит другой эпохе и летает, наверно, еще с тех времен, когда не было известно, каким образом поляризовать поле спиндиззи для защиты от космической радиации. Ему никак не менее двух тысяч лет.
— За такой срок можно набраться мудрости, — согласился Амальфи. Под высоким военным воротником у него на горле находился крохотный микрофон. Если можно судить по экранам, то он стоял неподвижно, в молчании и полном одиночестве; и хотя он являлся экспертом в разговоре без шевеления губами, сейчас даже не пытался этого сделать, поскольку плохие условия местной трансляции делали практически невозможным то, что его бормотание будет услышано.
— Не очень-то похоже, что он говорил все это серьезно. Однако, для нас все же будет лучше, если мы какое-то время посидим тихо.
Амальфи бросил взгляд на запасной боевой экран — объемную карту, на которой двигались разноцветные точки, изображающие города, ближнее солнце и корабли Служителей не в соответствующем масштабе, но по их относительным положениям. Экран был замаскирован под обычный письменный стол и просматривался только с задней стороны, поэтому никто, кроме Амальфи, ее не видел. Силы Служителей представляли один торговый и четыре полицейских корабля, один из которых — головной крейсер — вероятно, находился под командованием Лернера.
Силы эти вряд ли можно было назвать значительными, но ведь и ситуация едва ли требовала присутствия в этом районе целого отряда полицейских. Если бы Бродяги смогли хоть немного согласовать свои действия, им не составило бы особого труда изгнать Лернера из джунглей с незначительными потерями. С другой стороны, Лернер мог запросить подкрепление, и тогда Бродяги едва ли протянули бы долго. Внезапно целая цепочка из двадцати трех «персональных» экранов, расположенных высоко на изогнутой дальней стене, ярко засветились. Двадцать три лица смотрели сверху на Амальфи. Это были мэры всех, за исключением одного, городов класса А, находящихся в джунглях. Двадцать четвертым теперь стал город Амальфи. Амальфи снова включил главный звуковой канал.
— Готовы ли мы приступить к делу? — спросила женщина-представитель Служителей. — Я вижу изображение двадцати четырех городов, значит, собрались все претенденты. Да, в наше время Бродяги проявляют мало рвения к работе — двадцать четыре города из трех сотен изъявили желание заняться столь простой работой! Что уж тут удивляться. Именно такое отношение и сделало вас Бродягами. Вы везде сторонились честной работы.
— Работать мы не отказываемся, — прозвучал голос Короля Бродяг. Однако, его экран по-прежнему оставался серо-зеленым. — Список у вас есть. Делайте свой выбор.