Городская девчонка
Шрифт:
– Доброе утро, – сказал он.
– Это не утро. Утром бывает солнце. Ты его видишь?
– Нам не надо солнца. Нам нужно сесть на яхту и выйти из порта незамеченными. Я знаю: тут рядом есть круглосуточный магазинчик. Мы закупимся там водой и батончиками мюсли, а потом я суну тебя с едой на яхту. Приткну куда-нибудь «мини» и дойду обратно пешком. Не хочу оставлять машину Билла на парковке у порта.
– Ты много знаешь о яхтах, верно?
– Знаю достаточно, чтобы доплыть до островов и обратно... если не будет проблем. Обещают хорошую погоду. Спокойное море. Никаких штормов не предвидится. У Рича шестидесятифутовый моторный катер фирмы «Сансикер
– И как долго нас не будет?
– Не знаю. Пару дней, надеюсь. У меня мало времени. Я должен начать промо-компанию в конце этого месяца.
Я выросла в Балтиморе, у гавани, но ничего не знала о лодках. Могу отличить катер от парусника, но и только. Так что, по-моему, у Рича Ваны была яхта с длинным носом. Она сияла белизной, а по боку проходила широкая темно-синяя полоса. Рубка управления находилась на корме, скрытая, но уютная. Спустившись по ступенькам, я увидела, что внутри яхта была обита высококлассной древесиной и обставлена роскошными диванчиками и креслами, обитыми дорогой тканью. Ультрасовременная кухня, две спальни, две ванные комнаты с душем и небольшая гостиная, совмещенная со столовой.
Хукер скинул меня вместе с продуктами и сразу же поехал парковать «мини». Я убрала хлеб, арахисовое масло, кашу, молоко, пиво, печенье, герметизированные упаковки с болонской колбасой, нарезанной ветчиной и сыром, а также крендельки, батончики мюсли и консервы со «Спагетти-О» (Марка фирмы "Кэмпбелл", знаменитой своей консервной продукцией, что-то вроде консервированных макарон в томатном соусе с разными добавками: тефтелями и прочим.– Прим.пер). И прежде чем вернулся Хукер, я быстренько взглянула на двигатели. Я не знаю ничего о яхтах, но я знаюдвигатели. И эти были огромные. Два сдвоенных дизеля от Мэннинга.
Ладно уж, меня больше порадовали двигатели, чем кухня. Нет, она тоже была замечательной. Встроенные современные холодильник и морозилка, микроволновка и обычная плита, встроенная кофеварка, посудомоечная машина и холодильный шкаф для вина. Отличная техника, но едва ли дотягивает до уровня дизелей. Плюс там еще был двадцатикиловаттный генератор, десять батарей в двадцать четыре вольта, две по двенадцать, и зарядные устройства.
Я пробралась обратно в кухню, услышав Хукера на палубе. В одно мгновение он спустился по лестнице и обошел меня, чтобы проверить все вокруг. Он огляделся, и я решила, что все в порядке. Он поднялся в рубку управления и запустил генератор. Отключил и убрал провод, тянущийся от причала. Щелкнул переключателями, чтобы завести главный двигатель. Включил высокочастотное радио, автопилот, радар, систему глобальной навигации, эхолот и бортовой компьютер. Ввел в навигатор бортового компьютера курс на Кубу из Ки-Уэст. И опробовал носовое подруливающее устройство.
И все время, пока это делал, он описывал свои действия, а я пыталась запомнить, на случай, если мне придется действовать самой. Никогда ничего не знаешь наверняка, верно? Его ведь может смыть за борт. Или приступ сердечный случится. Да он может просто напиться и вырубиться!
– Словарь, – начал Хукер. – Веревки называются тросы. Вот эти штуковины – кранцы (Используются для смягчения удара при швартовке яхты к причалу. – Прим.пер.). Здесь – правый борт. Здесь – левый. Спереди – нос. Позади – корма. Руль – это штурвал.
Хукер протянул мне портативную рацию.
– Как только двигатели разогреются, мы начнем отходить, и тебе придется помочь мне. Я дам тебе указания по рации. Обычно есть человек, который на палубе отвязывает тросы, но так как мы пытаемся выскользнуть по-тихому, надо будет как-то справиться без чьей-то помощи. Я начну выводить яхту из дока, а ты отвяжешь тросы и бросишь их на борт. Придется начать с носа и продвигаться к корме.
Я приготовилась. Старпом Барни к вашим услугам. Перелезла через поручни на носу яхты и вскарабкалась на причал. На мне были шорты, кроссовки и розовая кепка. Мне не нужны были солнечные очки, потому что солнце все еще старалось подняться из моря. В руке у меня была рация. И я была чертовски взволнована.
Хукер стоял у штурвала, и я видела, как он поднес рацию к губам.
– Она готова, – сказал он. – Начинай бросать тросы. Сначала на носу.
– Ладно, – откликнулась я. – Делаю на носу.
Я дотянулась до троса, и тут моя рация выскользнула, ударилась о причал, плюхнулась в воду и исчезла. Я подняла взгляд на Хукера, выражение его лица было похоже на того стрелка, когда тот смотрел на кровь, пропитывающую его рубашку.
– Прости, – сказала я ему, прекрасно понимая, что Хукер меня не слышит.
Он слегка качнул головой. В старпомы ему досталась идиотка.
– Да ладно, – заорала я. – Я же никогда этого не делала.
Хукер улыбнулся мне. Или он легко все прощает, или я выгляжу суперсексуально в этой кепке.
Я откинула остальные тросы на яхту и взобралась на борт. Хукер медленно отвел яхту, дюйм за дюймом пятясь от дока. Он отплыл от пирса и поменял направление, выводя яхту из залива.
– Нам надо оставаться на малой скорости в пять узлов, пока не выйдем из залива, – сообщил Хукер. – Как только будем в открытом море, я смогу передвинуть рычаг на среднюю.
Я понятия не имела об узлах. Я разбираюсь только в милях в час. И при моей зарплате, которая с завтрашнего дня будет равна нулю, не думаю, что мне когда-либо придется беспокоиться о скорости в тридцать два узла, после этого рейса. И все же...
– Ни черта не знаю об узлах, – сказала я Хукеру.
– Один узел равняется одной и пятнадцати сотых мили в час.
Солнце наконец-то поднялось над горизонтом, а море перед нами сияло как зеркало. На выходе из залива пошла небольшая волна, а потом мы уже были в открытом море. Я убрала тросы и кренцы, стараясь изо всех сил. Когда я все привела в порядок, Хукер прибавил скорость яхты и включил автопилот.
– Автопилот работает слаженно с курсом, заданным на навигаторе, – сообщил он. – И он гораздо сообразительнее меня.
– И теперь ты можешь просто уйти отсюда?
– В теории, но буду держаться поблизости. Особенно в этот рейс. Мне надо за всем наблюдать.
– Боишься пиратов?
– Я не знаю даже, кого мне бояться.
(*) Sunseeker Predator 60
Глава 7
После двух часов плавания по океану все лодочные штучки приелись. Когда ты посередине океана, не так много всего, на что можно поглазеть. Яхта издавала громкий шум, превращая разговоры в пытку, и я почувствовала тошноту, когда спустилась вниз, пока мы шли полным ходом.