Горячее сердце
Шрифт:
— В таком случае я точно дам ему имя, — сказала Корри, погладив собаку. — Назову-ка я его Гомером.
— Гомером? В честь автора «Одиссеи» и «Илиады»?
Ну конечно. Пес был таким же скитальцем. Томик Гомера из библиотеки графа помог ей выбрать имя. Это как-то получилось само собой.
— В Йорке у меня тоже была собака по кличке Гомер.
— Понятно. Действительно, почему бы не назвать собаку в честь Гомера?
— Это чудесное имя, — сказала она, снова погладив пса. — Не так ли, Гомер?
Животное в знак согласия лизнуло ей руку. Взглянув на графа, она заметила в выражении
— У вас доброе сердце, Летти, — сказал он, поднимаясь с соломенной подстилки, где сидел рядом с ней. — Если потребуется моя помощь, дайте мне знать. — И ушел.
Корри должна бы была почувствовать облегчение, но ей хотелось, чтобы он остался.
Лорд Джейсон прибыл на следующий день и оказался редкостным красавцем. Корри слышала, как шушукались слуги, но только увидев его собственными глазами, поняла, что слухи о его прекрасных внешних данных вовсе не преувеличены.
Джейсон Форсайт, младший сын маркиза Дриндла, был по-своему даже красивее Грея. Он был не очень высокого роста и совсем не атлетического телосложения, но со своими светло-русыми волосами и потрясающими синими глазами мог стать мечтой любой женщины. Он часто улыбался, и при этом на его щеках появлялись восхитительные ямочки. И кроме всего прочего, он очень заразительно смеялся.
Эллисон сказала Корри, что ему двадцать пять лет, то есть он был на два года старше Лорел. Эту информацию она добыла от служанки. Такого обаятельного молодого человека совсем не трудно было представить рядом с Лорел.
Да, Лорел вполне могла влюбиться в лорда Джейсона, но совершенно невозможно поверить в то, что этот человек — убийца.
— Я и не подозревал, что застану в замке столь очаровательную компанию, — сказал он при первой встрече. — Если бы я знал, то приехал домой раньше. — Он отвесил изысканный поклон и поцеловал Корри ручку. — Я не был знаком с вашим мужем, миссис Мосс, но должен признать, что у него прекрасный и изысканный вкус, если он выбрал вас.
Корри слушала его, опустив глаза. Не веря ни единому слову, она наслаждалась его мужской лестью. Похоже, что в отличие от графа он был мастер по этой части.
— Будем надеяться на то, что Сайрус цел и невредим, — сказала она, входя в свою роль. — Я не могу не беспокоиться о нем, ведь от него так долго нет никаких вестей.
— Вам, наверное, очень одиноко, — заметил Джейсон, предлагая ей руку, чтобы проводить на ужин. — Может быть, пока я здесь, смогу составить вам компанию и скрасить ваше одиночество?
Корри улыбнулась — он нравился ей, впрочем, как и всем окружающим.
— Я в этом не сомневаюсь.
Они вошли в столовую, которая была предназначена для неформальных вечерних трапез. Очаровательный интерьер с длинным столом розового дерева и двенадцатью стульями — с высокими спинками, обитыми зеленой тканью — создавал хорошее настроение. В замке только главные комнаты и коридоры были переведены на газовое освещение — ни в одной спальне его не было, а тут над столом горела газовая хрустальная люстра.
Усадив Корри, Джейсон занял стул напротив нее. Ребекка и Чарлз заняли свои обычные места. На Ребекке было платье из золотисто-кремовой тафты, которое
В кои-то веки граф решил поужинать вместе со всеми. Заняв свое место во главе стола, он пристально взглянул на Корри. Она вдруг неожиданно осознала, что Тремейну не нравится, что она уделяет слишком много внимания его красивому кузену. О том, что почему-то ее это порадовало, она старалась даже не думать.
Когда слуги начали обносить присутствующих нежнейшим супом из порея, Корри одарила Джейсона лучезарной улыбкой:
— Ребекка сказала, что вы только что возвратились с континента? Как долго вы там пробыли?
— Всего лишь два месяца. Я был в основном в Италии, но некоторое время провел и во Франции.
Грей отхлебнул вина.
— Миссис Мосс особенно интересуется итальянской историей. — Его взгляд буквально прожег ее. — Ты, случайно, не побывал в Помпее?
Корри аж поперхнулась вином.
— С вами все в порядке? — спросил Джейсон.
— Все в порядке. Должно быть, вино попало не в то горло.
— Ты не ответил на мой вопрос, — напомнил Джейсону Грей, и Корри захотелось его стукнуть.
— До Помпеи я не добрался. Я в основном был в Риме…
Корри возмущенно взглянула на Грея и снова переключила внимание на лорда Джейсона.
— Мне очень хочется побывать в Риме. История Колизея буквально завораживает. Я как-то прочитала, что вокруг арены могло разместиться более пятидесяти тысяч человек, а игры продолжались сто дней. Мне показалось удивительным, что арену можно было наполнить водой и проводить там настоящие морские баталии. Руины, должно быть, тоже представляют собой незабываемое зрелище.
Грей нахмурил лоб:
— Я думал, что вы читаете только дамские журналы. — Его язвительная интонация вернула ее к реальности. Не следует забывать о том, что она Летти Мосс! Летти не читает римскую историю на языке оригинала.
— Да, так оно и есть. Но у меня есть подруга, которая интересуется историей. Она много читает о Риме. И часто делится со мной своими впечатлениями о прочитанном.
— Колизей действительно завораживает, — продолжил Джейсон, подхватывая нить разговора. — В нижних ярусах, под ареной, множество всяких камер и тоннелей, где римляне держали животных и гладиаторов. Можно запросто представить себе, что на галерее сидит сам Юлий Цезарь.
— Мне бы очень хотелось самой когда-нибудь увидеть это.
Они ели фаршированного каплуна, запивая еду дорогим французским вином. Джейсон описывал достопримечательности Рима, и Корри была в восторге. Она всегда хотела путешествовать. Читать о дальних странах — это одно, но увидеть все своими глазами…
Она стала расспрашивать Джейсона о других странах, и он рассказал ей немного о Франции. В его глазах при этом сверкали озорные искорки, он улыбнулся ей и сказал по-французски:
— Vous etes une tres belle femme, — что означало: «Вы очень красивая женщина».