Горячие сердца
Шрифт:
Тревис насколько возможно коротко поведал генералу Шерману о работе Китти в госпитале генерала Джонстона в Бентонвилле и о ее похищении офицером, дезертировавшим из армии конфедератов, рассказал ему о том, как этот офицер застрелил Джона Райта, а он сам расправился с Натаном Коллинзом.
– Коллинз родом из этих мест, так же как и мисс Райт, – продолжал Тревис. – Их соседи крайне неприязненно относились к Джону Райту и сожгли дотла его ферму. Китти прежде работала в госпитале в Голдсборо, и я решил, что мне лучше самому сопровождать ее туда. Я уверен в том, что прятавшиеся кругом
– Безопаснее? – Генерал Шерман приподнял брови. – И как же вы предлагаете с ней поступить, капитан? Неужели думаете, что эти люди смягчатся, увидев ее в обществе офицера армии северян? И как, по-вашему, они отреагируют, когда мы в самом скором времени войдем маршем в город?
– Я собираюсь взять ее с собой, – твердым голосом ответил Тревис, смело встречая пристальный взгляд генерала. – А затем мы обвенчаемся.
Вокруг послышался недовольный ропот, который тут же стих под гневным взглядом Тревиса. Он снова обернулся к генералу Шерману, ожидая его ответа.
Но тут Китти возмущенно воскликнула:
– Погодите, вы все! Разговариваете так, как будто меня вовсе нет рядом. Я уже сказала тебе, Тревис Колтрейн, что собираюсь остаться здесь и возделывать землю своего отца. И почему вас, генерал Шерман, должны заботить мои дела? Вы либо убейте меня, как вы обычно поступаете с женщинами и детьми, либо продолжайте свой путь и оставьте меня в покое. Я не намерена находиться в обществе вашего капитана дольше, чем того потребует необходимость. Ему пришла в голову мысль сопровождать меня в город, а не мне. Уверяю вас: я опасаюсь мести горожан не больше, чем ваших солдат.
Тревис ожидал самого худшего. Но генерал Шерман сделал то, что его люди наблюдали за ним крайне редко. Он рассмеялся. Запрокинул голову и смотрел на разъяренную молодую женщину, весь заходясь от смеха.
– Черт возьми, похоже, шутить вы не расположены, мисс Райт. Только Джон Райт мог произвести на свет такую дочь. Отправляйтесь в путь вместе с моим капитаном и, когда окажетесь в Голдсборо, поступайте как знаете. Жаль, если Колтрейн окажется настолько глуп, что женится на вас.
Они пересекли крытый мост через реку Ньюс, направляясь в Голдсборо по дороге, ведущей в Уэинсборо. Солдаты резко выпрямились в своих седлах при звуке артиллерийского огня, но почти сразу же по рядам пролетел слух, что причин для тревоги нет Генерал Скофилд приказал установить на вершине холма батарею и приветствовал входившего маршем в город генерала Шермана залпами салюта.
Услышав звуки орудийного огня, горожане собирались на улицах, чтобы посмотреть на завоевателей. Их лица были непроницаемыми, и Китти решила, что они уже смирились с поражением и полностью утратили боевой дух.
– И куда же мы направляемся? – спросила Китти у Тревиса, чувствуя себя крайне неловко в своем нынешнем положении.
На нее смотрели, отпускали реплики из толпы. Очевидно, принимали за публичную девку, не привыкшую отказывать никому, которую солдаты взяли себе для услады
– Я уже говорила, Тревис, что хочу немедленно вернуться в госпиталь. Доктору Холту пригодится сейчас любая помощь.
Какое-то время он молчал, затем произнес не без мрачной иронии.
– Ты понимаешь, моя прелесть, что там будет множество солдат-северян, раненых и нуждающихся в уходе?
– О, Тревис, ты несправедлив ко мне! – вскричала она возмущенно. – Неужели я хоть раз проявила пристрастие к солдатам Союза, работая в ваших госпиталях? Ты ведь, как никто другой, знаешь, что я делала все, что в моих силах, чтобы помочь раненым, и меньше всего меня при этом заботило, на чьей стороне они сражались.
– Ну ладно, ладно, виноват, – согласился он – Я знаю, какую неоценимую помощь ты оказала нашим людям на поле боя.
– Тревис, пожалуйста, отвези меня в госпиталь. Я чувствую, там нуждаются во мне.
– Как тебе угодно, – вздохнул он, устав от споров.
Взяв под уздцы лошадь, Тревис покинул строй и направился в сторону госпиталя. Внезапно воздух разорвал чей-то пронзительный крик:
– Это она! Это Китти Райт, грязная предательница, продажная девка! Видите? Она здесь, верхом на лошади с проклятым янки. Вероятно, тем самым, который убил бедного Натана!
Взгляд Китти переметнулся налево, и она даже приоткрыла рот при виде искаженного истерикой лица Нэнси Уоррен – той самой молодой особы, которая оспаривала у Китти привязанность Натана, не скрывая своего страстного желания стать его женой. Между двумя женщинами никогда не существовало ничего, кроме неприязни.
– Кто эта женщина, черт побери? – прошипел Тревис, пришпоривая лошадь, между тем как толпа подалась вперед.
– Прежнее увлечение Натана, так, по крайней мере, она считала, – ответила Китти быстро. – Поезжай вперед, Тревис. Иначе ярость этих людей хлынет через край.
Подобрав длинные юбки, Нэнси бросилась за ними следом, вопя:
– Так это и есть твой любовник-янки, Китти? Мы уже слышали о том, как погиб бедный Натан. Дрянь! Как ты только посмела появиться здесь после всего?
Протянув руку, она вцепилась в голень Китти, но Тревис, развернувшись в седле, оттолкнул ее. Потеряв равновесие, Нэнси упала на дорогу, растянувшись в грязи.
– Этот мерзкий янки оттолкнул ее! – воскликнул кто-то из мужчин. – Не для того они явились сюда, чтобы так обращаться с нашими женщинами. Неужели это сойдет ему с рук?
– Нет, черт возьми! – заорал другой.
Китти почувствовала, как что-то ударило ее по щеке – ком грязи, – и прежде чем она успела вскрикнуть, еще один ком, брошенный в воздух, попал в висок Тревису, сбив с него шляпу. Выругавшись, он пришпорил лошадь, пытаясь пробиться через обступившую их со всех сторон плотную толпу. Руки тянулись к ним, порываясь стащить обоих с седла. Китти перепугалась не на шутку, понимая, что толпа способна растерзать их на месте. Тревис вынул из чехла винтовку и выстрелил в воздух. Толпа тотчас отступила, но затем снова надвинулась на них, и Китти заметила, что Тревис навел винтовку на мужчину, который бил его тростью по ноге.