Горячие сердца
Шрифт:
Он пошел к двери, а Китти уже хотела встать с постели, обернув вокруг себя одеяло, как вдруг воздух пронзил звук ружейного выстрела.
– Какого черта! – Кори бросился к портьерам и быстро раздвинул их. – Где-то здесь! На моей земле!
В дверь кто-то постучал.
– Мистер Макрей, вам лучше поторопиться, – раздался испуганный голос Хьюго. – У нас неприятности, большие неприятности.
Кори распахнул дверь. В освещенном коридоре стоял слуга-негр, трясясь от ужаса. С улицы доносились равномерные звуки ружейной стрельбы, и время от времени вопли раненых.
– Это люди Дантона. Больше
Забыв о Китти, Кори бросился вон из комнаты, крича на ходу Хьюго, чтобы тот приказал достать ружья и собрал слуг, всех, кто умеет стрелять.
– Черт! Что происходит? – Его ругательства, перекрываемые громким звуком шагов, постепенно заглохли у лестницы.
Китти спрыгнула с кровати, распахнула дверцы шкафа и, схватив халат, натянула его на себя. Затем устремилась из спальни в коридор и оттуда по ступенькам на второй этаж. Добежав до детской, она толчком открыла дверь, и из груди ее вырвался вопль при виде пустой колыбели. Джона не было!
Она металась по коридору от одной комнаты к другой. Где все? И где ее сын?
Звуки стрельбы приближались. Охваченная паникой, она зажала уши руками и остановилась посередине широкого коридора, покачиваясь из стороны в сторону и пытаясь собраться с мыслями. Куда Кори отнес ребенка? Куда он подевался? Кругом палят из ружей, и ей непременно надо удостовериться, что Джон в безопасности.
Разбилось одно окно, другое. До нее доносились вопли людей, громкий стук копыт. Кто-то кричал в предсмертных муках. Снова послышался звон разбитого стекла, на этот раз из детской! Боже, она должна во что бы то ни стало найти Джона!
Китти добралась до первого этажа и, бросившись гостиную, обнаружила, что обитая атласом кушетка охвачена огнем. Пуля попала в лампу, опрокинув ее. Схватив коврик, она принялась что было сил бить им по языкам всепожирающего пламени. Пусть дом сгорит, но позже. Она с радостным трепетом будет взирать на то, как он обратится в пепел, но не сейчас, когда ей еще нужно отыскать своего малыша. Он наверняка где-то поблизости. Если бы Кори снова приказал отвезти его в Роли, он бы сообщил ей об этом.
Парадная дверь с треском распахнулась, и на пороге появился Джером Дантон. Он стоял, возвышаясь над Китти, словно грозный призрак, лицо побагровело, глаза блестят. Он навел на Китти дуло своего ружья, однако она даже не дрогнула.
– Где он? – рявкнул Джером. – Где Макрей?
Еще несколько людей устремились за ним следом, и он приказал им обыскать дом.
– Умоляю, не трогай моего малыша! – вскричала Китти. – Я не имею никакого отношения к тому, что затеял Кори. Верь мне. Он спрятал моего ребенка. Клянусь, Джером, я не знаю, куда направился Кори. Он и Хьюго совсем недавно выбежали отсюда с ружьями в руках. Только, пожалуйста, не трогай моего сына!
– Поднимать руку на детей в правилах Кори, а не в моих, Китти. Я верю тебе. И если мои люди найдут твоего малыша, то обещаю, ему ничто не угрожает. Ты знаешь, что натворил твой муж этой ночью? – угрожающе спросил Дантон.
– Да, знаю! – крикнула она, внезапно выйдя из оцепенения и чувствуя в душе нараставший гнев. Страх исчез, и его место занял неукротимый дух. – Я
Она подавила в себе желание зарыдать, погрузиться под невидимую сеть, которая душила ее, подобно огромной паутине. Нет, сейчас не время предаваться слабости. Настала пора для ответного удара.
Они стояли лицом к лицу, не сводя друг с друга глаз, словно спрашивая, может ли один из них положиться на другого. Наконец Джером заговорил:
– Хорошо, Китти. Я тебе верю. Я помогу тебе найти ребенка, но предупреждаю, что я раз и навсегда покончу с этой междуусобицей. Его болваны наемники не смогли поймать коня Фрэнка. Он вернулся в загон, и на его седле была кровь. Мы поехали по его следам и обнаружили еще больше крови. Нетрудно было догадаться, что за всем этим стоял Кори. Теперь-то я понимаю, в чем заключался его расчет. Он хотел запугать Мэтти Гласс так, чтобы она согласилась продать ему злополучный участок. На этот раз он был твердо уверен, что вина падет на меня и моих парней, раз приказал оставить труп Фрэнка у ее дверей.
– Именно! Мы так и будем стоять и разговаривать, или ты отправишься на поиски моего сына?
– Китти, я понятия не имею, где твой сын. В первую очередь мне необходимо найти Кори. Спрячься где-нибудь, потому что стрельба еще не кончилась. Когда все будет позади, обещаю, что постараюсь помочь тебе. А пока делай так, как я тебе говорю.
– Ты предлагаешь мне просто сидеть и ждать?
В это мгновение разбилось еще одно окно, и они оба повалились на пол.
– Да, – отозвался он с каким-то странным спокойствием. – Если только не хочешь, чтобы тебе снесло голову пулей. Тут есть много мест, где могут скрываться Кори и его люди. Поэтому тебе лучше передвигаться по комнате ползком и погасить лампы, чтобы не случился новый пожар. – Он бросил взгляд на опаленную кушетку и на четвереньках подобрался к последней оставшейся в комнате лампе и потушил ее.
Они оказались почти в полной темноте, нарушаемой лишь слабым светом люстры у входа.
– Джером, – донесся до Китти из коридора незнакомый голос. – Мы обыскали весь дом и ничего не нашли.
– Погасите огни в зале, – распорядился Джером. – Я не хочу стать удобной мишенью для этих ублюдков. Никто не знает, где они прячутся.
Осторожно, кошачьей походкой он выбрался из комнаты. Его спутник сделал так, как ему было приказано, и их окутала тьма. Китти едва слышала звук их шагов, отдававшихся от полированных полов красного дерева. Затем она осталась одна.
Ей довольно долго пришлось сидеть на корточках в полной темноте. Где Джон? Может, в одной из бывших хижин рабов на задворках дома? Кори приказал отнести его туда, чтобы она не услышала его плача?
Каждый раз, когда воздух разрывали звуки выстрелов, Китти зажимала уши и стискивала крепче зубы, чтобы не закричать. Ей чудилось, что она снова оказалась на войне. Те же крики, глухие удары падающих на землю тел, запах серы. Казалось, она видит перед собой сражение. Все вернулось, словно в ночном кошмаре. Боже праведный, где же ее малыш?