Горящее дерево
Шрифт:
Я усиленно махал кайлом. Чёрная скалистая порода плохо поддавалась. Не знаю, какую по счету тачку я загрузил. Тело обливалось потом внутри комбинезона. Чтобы глотнуть воды приходилось открывать шлем на несколько секунд. Воздух был не пригоден для дыхания, поэтому когда шлем снова закрывался приходилось немного ждать, задерживая дыхание, чтобы с помощью кислорода из баллонов воздушная смесь внутри скафандра обновилась.
Можно было конечно не слишком стараться выполняя сизифов труд, но мне объяснил надсмотрщик, что он все считает, и от этого зависит размер моего завтрака и ужина. Фашисты.
— Марк, а если боги бессмертны, то почему тогда я задыхаюсь в этой
— Конечно. Ты же наполовину человек. Все человеческие страдания тебе присущи. Если останешься без воздуха, то будешь задыхаться, потеряешь сознание, а затем очнешься и все по новой, бесконечно.
— Ужас.
— Не то слово. Когда боги стали полу-людьми, они приняли природу человека с его звериной жестокостью в том числе. В эпоху ранней Эммы были конфликты, и наказывали тогда очень жестоко. Могли не давать есть и пить, и бог-человек испытывал жажду и голод неимоверной силы и продолжал жить.
— Не могу поверить. Это же бесчеловечно.
— Скорее как раз человечно. Самое страшное наказание было — отправить Бога на Ра (прим. — название Солнца в этом мире). Отправляли космический корабль с осуждённым на борту и тот подлетая к звезде сгорал, затем он воскрешался из своих же частиц, потом сразу же сгорал снова, и так бесконечно.
— Так может он до сих пор там циклично сгорает, — Не мог я отойти от услышанного.
— Вполне возможно.
— Это настоящая геенна огненная.
— Что ты сказал?
— В моем родном мире — это одно из названий места, куда попадают души грешников после смерти. И горят они вечным неугасимым пламенем. Хотя когда автор этого эпитета произносил «Геенна огненная», он говорил иносказательно, в реальности так называли дымящуюся свалку за стенами города.
Я шокированный полученными знаниями, продолжал долбить камень, пока долгий день не подошёл к концу.
11
Утром следующего дня у меня снова возникли вопросы к Марку. Вроде бы логичное объяснение всего происходящего дал мне мой сосед, но оставались нестыковки.
— Ты говорил, боги живут вечно, но тогда сейчас должны жить те, первые люди-боги. И потом, боги рождаются новые, значит должно возникнуть перенаселение.
— Такое могло быть. Но видишь ли, приняв природу человека, боги уставали от такой жизни. Происходит психологический слом, и бог решает удалиться в параллельный мир и состарившись умереть как человек. Позднее возникла традиция, что как только подросшие дети вступали в брак, боги родители уходили доживать человеческий век в другую реальность, предварительно подстроив ее под себя. Как я говорил, боги не могут менять эту реальность, но дублирующие ветки вполне. — Марк сделал паузу в монологе и продолжил, — Знаешь что мне кажется странным и не вероятным?
— И что же?
— Это твоя история.
Я догадывался что он имеет ввиду. Но оказалось не совсем.
— Странным является то, что ты родился в другом мире. Это не возможно. Никто из богов не был рождён за пределами этой реальности. Ну и конечно этот твой дар менять Обитель богов. Я не знаю тех, кто раньше да и сейчас мог быть способен на это.
— Я тем более не знаю, как так вышло, и кто я на самом деле.
Дни монотонно шли один за одним, вызывая привыкание. Медленно от однообразной работы тупеешь. Надежды вырваться отсюда не было. Бежать было не куда. Челнок, что меня сюда телепортировал — это единственный возможный выход, но как до него добраться, а тем более захватить, я не представлял. Да и отсидка Марка в полтораста лет говорит
Мне нужно было найти какое-то решение. Возможно Марк может мне помочь. Я задавал ему вопросы, ответы на которые могли быть ключем.
— Марк, скажи, что вы не поделили с Орденом? В чем причина разногласий?
— Лет двести назад произошло из ряда вон выходящее событие. В космическом пространстве рядом с Эммой возникло аномальное явление. Для богов обычно секретов нет. Мы всегда могли сканировать реальность и определить источники, структуры, причины, но здесь мы нашли предел нашим возможностям. Это был источник излучения, нам не знакомого, не известно откуда взявшегося. Самое главное: не из нашей реальности, и пересечения с другими мирами отсутствовали. Некоторые боги предположили, что это выход в Гиперреальность, который мы искали с незапамятных времён, но официально Орден не комментировал. Я думаю, говорил Марк, что проблема оказалась в элите Ордена. Верхушка ордена почему-то отказалась до конца исследовать этот вопрос. Большая часть богов просто игнорировала проблему. По прошествии многих веков оказалось, что большинство из нас не хотело перемен, их устраивала наша жизнь, наша реальность. Но нашлись те, и я в том числе, кто помнит завет первых людей-богов найти возможность исправить ошибки и перезапустить заново весь наш мир, все миры.
У меня что-то не приятно кольнуло. Для меня этот мир был единственным и где-то есть моя родная планета, на которую хотелось бы ещё посмотреть. Я не хотел чтобы все исчезло. И пусть в новой вселенной могло бы быть кратно лучше, она мне не казалась желанной.
В один из обычных наших трудовых дней, когда мы загружали камни в тачку я обратил внимание Марка на далекую башню, где горел факел на самом верху, словно труба завода химической индустрии.
— Что это?
— Там в глубине под поверхностью находится огненное озеро, горящий углеводород. Ни люди ни боги не смогли его потушить. Поэтому его накрыли сверху куполом, а для того чтобы пламя было как можно выше от поверхности, построили башню, по которой огонь вырывается наверх.
Я вспомнил, как на земле тушили нефтяные скважины. Они могли гореть годами. Глядя на эту башню сквозь сумрак Детокса я понял, как я могу бежать отсюда. Но даже только обдумывание способа побега заставило меня содрогнуться.
Для побега мне нужен напарник. Конечно это будет Марк. Но как ему рассказать? Нам андроиды не препятствовали в общении, наверно нас слушали люди из ордена. Но договариваться о том, как уходить используя радио, было бы глупо.
На следующий день я решил действовать. Когда мы с Марком кирками выколачивали из скалы содержимое, я подозвал андроида, вроде как что-то случилось. Я увидел сквозь мутное стекло шлема удивленные глаза Марка.
Как только робот наклонился, чтобы посмотреть, куда я ему указал рукой, со всей возможной силой ударил кайлом в районе шеи сзади. Я не знал, на сколько прочный материал их обшивки, но подозревал, что могут быть проблемы. Так оно и случилось. Андроид, как ни в чем не бывало, разогнулся и повернулся ко мне. Я нанёс ему ещё один удар в район лица, и всё-таки что-то задел. Тонкая искусственная кожа слегка задралась обнажив подкладочный материал зелёного цвета. Третий удар нанёс Марк ему сзади, в район колена, от которого робот свалился вперёд всем корпусом. Я развернулся и взял тачку груженую камнями за ручки и усилием на одну сторону перевернул ее на антропоморфную машину. Робот был основательно засыпан. У него торчали только ноги из под завала.