Говорящие с...
Шрифт:
– Олег Георгиевич, вы меня извините, ладно я, мне не привыкать, но Танечка из интеллигентной семьи, и слушать такие выражения...
– Простите, я нечаянно, - свирепо сказал Михаил.
– Господи, выразиться нельзя, сразу прибегают с претензиями! Вот если б я был здесь главный...
– К счастью для окружающих, это не так, - сообщила Нина Владимировна и закрыла дверь. Михаил воздел руки к потолку и начал было страстную речь на тему полного отсутствия рабочей дисциплины, но, заметив, что
– Что случилось с моим любимым креслом? Я словно на гвозди сел! Я ведь сидел в нем час назад и ничего...
– он застыл с приоткрытым ртом, потом обернулся на закрытую дверь.
– Вот паршивец, а!
– Я рад, что ты не утратил своей догадливости, - съехидничал Ейщаров.
– Миш, ты пришел сюда по делу?
– Не понимаю, чего ты так спокоен?! Он испортил одно из твоих лучших кресел, а ты...
– Кресло в полном порядке и все так же комфортно - для всех, за исключением тебя. Теперь оно не хочет, чтоб ты в нем сидел. Ты ему не нравишься, - Ейщаров отложил бумаги.
– Советую тебе поскорей помириться с Севой, потому что в офисе довольно много мебели.
Михаил попытался было пнуть кресло, но в последний момент сдержался и только угрюмо пробурчал:
– Такова-то благодарность человеку, который не так давно голыми руками перерыл десяток мусорных баков исключительно из уважения к тебе!
– Сказано красиво и очень проникновенно, жаль, что это неправда, - Олег Георгиевич поманил его.
– Подойди и скажи мне, что ты видишь?
Михаил обошел стол, по пути стянув из пачки сигарету, и, остановившись рядом с креслом, взглянул на экран монитора, потом подозрительно покосился на Ейщарова.
– Это вопрос с подвохом?
– Пока нет.
– В таком случае, я вижу собак. Много собак. Упитанные, ухоженные, явно домашние. Все породистые. Чего это они все под деревом столпились - кошку загнали, что ли?
– Оцени ракурс. Ты где-нибудь видел кошку с фотоаппаратом?
– А, ну да, - Михаил почесал затылок.
– Значит, на дерево загнали Шталь, угадал? Это имеет отношение к делу?
– На деревья загнали пятерых женщин. Как можно объяснить внезапное проявление любвеобильности у множества домашних разнопородных псов к совершенно посторонним женщинам?
– Ну, если те долго подкармливали их тайком от хозяев...
– Шталь в городе лишь несколько часов, она не очень любит собак и уж точно не разгуливает с котлетами в карманах...
– Я понял твою мысль, - рука Михаила принялась за затылок с удвоенным усердием.
– Может, ферамоны? Может, ей в духи чего-то плеснули? Объяснений может быть... Ты не можешь точно знать, что это наш случай! До сих пор мы не имели дела ни с кем, кто был бы способен общаться
– Живые существа - значительная составляющая мира, - Ейщаров перещелкнул несколько фотографий.
– И то, что мы никого не нашли, еще не значит, что их нет. Возможно, они слишком хорошо прячутся и знают больше остальных. У Говорящих очень остро развиты инстинкты, они опасаются друг друга, даже ничего друг о друге не зная, они видят друг в друге потенциальных врагов, и, возможно, мы теперь знаем, почему. Это началось еще до того, как они начали заражать вещи, до того, как появилось второе поколение.
– Такая путаница из-за него, кстати, - сердито заметил Михаил, опуская руку и с интересом разглядывая фотографии.
– Счастье, что их мало. При проверке их не выявишь, и вся надежда либо на их собственные проколы, либо на твою Шталь, которая с каждым своим делом становится все более разносторонней. Надеюсь, ты знаешь, что делаешь... Кстати, чертовски красивый вид открывается с ее дерева. Это Чкаловская лестница? А она действительно считалась одним из самых дорогостоящих проектов СССР?
– Мои познания в истории не столь глубоки, - Олег Георгиевич задумчиво побарабанил пальцами по столу.
– Живое существо или, все-таки, вещь?
– Это не наш случай, Олег, - мягко сказал Михаил, сминая в пальцах незажженную сигарету.
– Конечно, можно проверить город. Правда, если там кто-то из... зараженных сам по себе, то толку не будет. Но скорее всего, там вообще никого нет. Это просто веселые собаки. Кстати, ты ведь знаешь, что собак очень привлекает, когда у женщины эти... ну, ты понял.
– Если дело в собаках. Посмотри сюда, - Ейщаров показал на набережную, и Михаил, прищурившись, наклонился ниже.
– Далеко и очень плохое качество. Дай-ка...
– он защелкал клавишами, потом разочарованно пожал плечами.
– Ну, это просто дворняга. Почему Шталь поставила такое разрешение...
– Как выглядит эта дворняга?
– Жутковато.
– А кроме этого?
– Олег Георгиевич немного подождал, но, не получив ответа, продолжил: - Она выглядит равнодушной. Смотри, здесь, совсем близко на тополе сидит еще одна женщина...
– Ничего так себе...
– А дворняга бежит мимо. Почему?
– Возможно, потому, что то кобели, а она сука. Возможно, потому, что у нее насморк. Олег, откуда я знаю?!
– Михаил сердито выпрямился.
– Ты всегда цепляешься за такие мелочи!.. хотя вынужден признать, что это часто срабатывает.
– Пусть проверят город по границе, - Олег Георгиевич откинулся на спинку кресла, барабаня пальцами по подлокотникам.
– Внутрь не соваться.