Грабители Скэйта
Шрифт:
Геррит прикоснулась к его руке.
– Мне очень жаль, Старк. Я ничего этого не могла предвидеть. Если бы я могла предупредить…
– Это ничего не изменило бы… – ответил Старк, – там Аштон.
Они расстались, не имея возможности проститься наедине.
Старк прошел мимо заложников-нотаблей, смотревших на него с ледяной ненавистью и удивлением не потому, что он совершил ошибку, а потому, что они вложили в него столько надежд, как в Темного Человека пророчества, который должен был привести их к свободе.
– Мы вместе прошли эту дорогу, – сказал он, – и она привела нас обеих к несчастью.
Старк не ответил. Он спешил к тому месту, где стоял между стражниками Аштон. Они вместе вошли на корабль.
Когда это было? Он не мог вспомнить. Он снова посмотрел на Аштона, висящего на металлической раме.
– Когда…
– Тебя взяли вчера.
– Где мы? Далеко от Ирнана?
– Очень далеко. К западу и к югу. Слишком далеко, чтобы вернуться, даже если бы мы были свободны. Твои друзья должны покинуть Ирнан до следующего утра.
– Да, – сказал Старк.
Он спрашивал себя, представится ли ему когда-нибудь случай убить Пенкавра.
Клетка была не так высока, чтобы он мог стоять в ней. Он мог передвигаться в ней только на четвереньках. Он был так же гол, как и Аштон, и ничто не могло послужить ему оружием. Не было даже камня.
У клетки не было двери, его сунули туда, когда он потерял сознание от наркотиков, а затем приварили стальные прутья. Он попробовал согнуть один прут, но все они были слишком крепки для него.
Он превозмог приступ бешенства и снова обратился к Аштону:
– Я помню, что Пенкавр меня допрашивал и помню уколы. Сказал ли я ему то, что он хотел знать?
– Сказал, но говорил на родном языке, и он заставил меня переводить. Но у аборигенов не было слов для обозначения того, что он хотел знать. Он решил, что накачивать тебя наркотиками не имеет смысла – это только пустая трата времени.
– Понятно, – сказал Старк, – он собирается воспользоваться мною.
Он пытал тебя?
– Нет еще.
Прилетели еще две «стрекозы» на полном режиме своих мощных моторов. Они приземлились около корабля, рядом с двумя остальными, которые прилетели раньше. Появились люди и стали выгружать цилиндрические баллоны, набитые грубыми волокнами растения тлун, наркотика, действующего на разум. На иноземных рынках за него платили золотом.
– Они начали грабить джунгли, – сказал Аштон. – День, кажется, был удачным.
Старк подумал о другом.
– По крайней мере, у нас еще есть какой-то шанс.
Металлическая рама Аштона повернулась на конце веревки.
– В любом случае, я думаю, что он не оставит нас в живых. Ведь если кто-нибудь из нас когда-нибудь доберется до цивилизации, то это будет концом Пенкавра.
– Я знаю, – сказал Старк. – Я молчал не ради детей Матери Скэйта.
– И он снова попробовал прутья.
Появилась
Оба мужчины смотрели на нее. Птица добралась до ветки, на которой висел Аштон, прошла вдоль нее, остановилась над головой Аштона и внимательно уставилась на нее. Ее клюв был очень черным, гладким, блестящим, весьма изогнутым и острым.
Откинув голову назад, Саймон Аштон прищурился на птицу. В ответ та весело закричала и запрыгала к нему по ветке, нацеливаясь клювом.
Старк и Аштон закричали одновременно.
Аштон сделал конвульсивное движение, рама повернулась. Птица хотела схватить Аштона, но промахнулась. Затем она тяжело рухнула на землю и осталась там сидеть.
Аштон смотрел на красные полосы, оставленные на его теле птичьими когтями. Старк сосредоточился на прутьях, стараясь сломать их.
Птица встала, тщательно почистила свои желтые перья и снова полезла на дерево. Кто-то из экипажа корабля бросил в нее камнем. Она хрипло закричала в ответ, соскочила на траву и помчалась прочь с поразительной скоростью.
Пенкавр шагнул вперед и с улыбкой на золотом лице встал между Аштоном и клеткой.
Глава 4
Антариец был высок и двигался с грациозностью и ловкостью льва.
Светло-золотистая кожа была натянута на крепкий и сильный костяк. У золотых, более темных, чем кожа, глаз, были вытянутые зрачки. Волосы, в тугих завитках, лежали краской на широком черепе. На нем была очень красивая туника из шелковистой, дымчатой ткани и узкие черные брюки. В правой руке он держал длинный тонкий ременной хлыст. На конце ремня было множество металлических предметов, напоминающих клешни скорпионов.
– Несмотря на свою неприятную внешность, – сказал Пенкавр, – эта высокогорная местность населена. Цепкость жизни поистине удивительна.
Задумаешься, чем живет желтая птица, если не считать такой исключительной находки, как Аштон? И чем можно жить вообще в подобном окружении. Не могу утверждать, но птица наверняка не вернется с самкой.
А пока что у вас обоих есть другие заботы. – Он посмотрел на Старка, на Аштона и опять на Старка. – На это-то раз ты ответишь на мои вопросы, по крайней мере, если ты привязан к этому человеку, твоему приемному отцу.
Почти не глядя, он хлестнул Аштона хлыстом со скорпионами.
Раздался резкий крик.