Грабители
Шрифт:
В этот момент с улицы во двор зашел Позниц. Он был в полной амуниции, с винтовкой на одном плече и с лаунчером на другом. Увидев Саломею, он заулыбался, но, натолкнувшись на ее колючий взгляд, тут же принял серьезный вид:
— Сэр, на улице повозка. Турган прислал ее, чтобы вы нанесли ему визит.
— Стоит ли, сэр? — засомневалась Саломея. — Неизвестно, что у него на уме.
— А вот мы с тобой поедем и узнаем. Возьмем с собой Позница и Ломмера.
— А я? — спросила Бонн.
— А ты останешься за старшего. Сиди возле рации
— Лучше я в машину залезу, похожу здесь поблизости, чтобы все видели. Да и рация у меня там под боком.
— Это правильно, — согласился полковник. — Пусть смотрят и боятся.
82
Не рассчитанная на большой вес повозка отчаянно заскрипела и тяжело тронулась с места, влекомая двумя отупевшими от гужевой жизни лабухами.
Гвардейцы тургана Мадраху пристроились на запятках и, дико вращая глазами, опасливо косились на Позница и Ломмера. Сидевший на козлах возница старался вовсе на оглядываться. Он дергал за вожжи и мелко трясся, если позади него раздавался голос одного из седоков.
Вскоре повозка выехала на широкую улицу, и гости поразились большому количеству городских жителей. Люди в длинных одеждах, с лицами металлического цвета спешили по своим делам, что-то покупали, что-то продавали и громко переговаривались, лишь изредка обращая внимание на экипаж с гербом тургана.
Кроме этой повозки по улице в обоих направлениях двигались десятки других транспортных средств, и лишь некоторые из них были похожи на автомобили. Грохоча железными агрегатами, они громко фыркали и управлялись непонятным образом, поскольку пассажиры не держались за руль и не давили ни на какие педали. Всего этого в кабинах самоходных колясок просто не было.
— Ты чего-нибудь понимаешь? — спросил Вильямс у Саломеи.
— Не больше вашего, сэр. Может, эти машины управляются каким-нибудь гипнозом?
— Шутишь. Железка — она и есть железка, какой может быть гипноз?
— Надо было взять Торрика. Он бы нам переводил, а так мы даже спросить не сможем.
— Спросим у Мадраху. Он говорит, как профессор словесности.
Саломея кивнула. После водных процедур и плотного обеда солдатскими плитками ей хотелось спать, однако программа сегодняшнего дня еще не была выполнена.
Полковник что-то говорил, она кивала в ответ и даже отвечала, но сама была где-то далеко, в воспоминаниях или в смутных фантазиях. А может, это было и то и другое? Салли не понимала.
Она вспомнила Монро, их случайную встречу и нелепые объятия в кабине «скаута».
Вильямс опять что-то сказал. Салли повернулась к нему и перехватила взгляд Позница. Он определенно на нее запал и буквально преследовал своим влюбленным взглядом. Парня было жалко, но ничего поделать с собой она не могла. Да и не годилась теперешняя ситуация для военного флирта. Вот на базе, там другое дело. Там все свободное время люди отдавали выпивке и сексу.
«Пусть обращается к Бонн, —
Откуда ни возьмись к повозке подскочил мальчишка. Он быстро заговорил на своем языке, протягивая Саломее какие-то вышитые платки. Возница строго прикрикнул, и мальчишка отскочил в сторону, избегая занесенного кнута.
Повозка сделала поворот, и Позниц вскрикнул, указывая рукой:
— Смотрите — то самое «дерево»!
И действительно, в просветах между домами была видна поваленная на землю стальная решетчатая конструкция, опутанная оборванными тросами.
Это было «дерево», за которое отвечала Саломея. Она узнала то место, куда ударили ее ракеты. Некоторые части конструкции еще дымились, распространяя неприятный запах горелой кости.
Сделав еще один поворот, повозка вскоре вкатилась на территорию дворца тургана Мадраху.
Выстроенный по обе стороны от главных ворот почетный караул отсалютовал короткими тесаками, и экипаж остановился у широкой, по-настоящему парадной лестницы.
Подбежавшие слуги присоединили к повозке удобный для спуска трап и поставили рядом посохи, на которые можно было опираться, сходя по ступеням.
— Сервис по высшей категории, — оценил Вильямс. Он первым ступил на начищенную брусчатку и подал руку Саломее.
Позниц и Ломмер не стали ждать своей очереди и спрыгнули с повозки с другого бока.
Увешанные оружием, они лязгали, как боевые роботы, и производили на гвардейцев и слуг должное впечатление.
Едва пустой экипаж отъехал, из-за фигурно подстриженных деревьев выскочили две фехтовальные машины и, искря по булыжнику ножами, рванулись в сторону гостей.
Позниц и Ломмер как по команде упали на одно колено, и лаунчеры, словно подброшенные пружиной, оказались у них на плечах.
Саломея оттолкнула слуг и выхватила пистолет. Вильямс взвел кислотную гранату. До боевого столкновения оставалось мгновение… Полмгновения… Четверть мгновения…
— Стойте! — крикнул появившийся на ступенях Мадраху. — Не стреляйте, они не принесут вам зла!
Его крик задержал Позница и Ломмера на долю секунды, и этого хватило, чтобы все разъяснилось. Все так же лязгая по камням ножами, фехтовальные машины совершили несколько оборотов вокруг своей оси и покатили дальше, мимо пораженных таким странным представлением гостей.
— Это очень необычное приветствие, — произнес полковник, снимая гранату с боевого взвода.
— Простите меня, я должен был об этом догадаться. — рассыпался в извинениях Мадраху, сбегая вниз, навстречу гостям, — У нас так принято приветствовать особо почетных гостей — небольшим парадом эспора и полетами дольтшпиров. Но дольтшпиров, по известным вам причинам, у нас больше нет. — В словах тургана послышались обвинительные нотки. — Последний из них умирает во внутреннем дворе.
— Дольтшпир умирает?! — удивленно спросил Вильямс и переглянулся со своими людьми.