Гранд
Шрифт:
— С легкостью. Я — идиот. — Констатировав этот факт, я хлопнул ладонью по столу. — Мне, как и Аристарху, ничего не стоит защититься от ЭВ. Более того, с моими возможностями, не составит труда прикрыть от его воздействия всю спасплатформу.
— Не преувеличивай, Кирилл. Еще пару дней назад, попробуй ты проделать подобный фокус, моментально повторил бы подвиг с перевозкой Инги. — Покачав головой, окоротил меня Хромов. — Поверь, я знаю о чем говорю. Защитить такой объем от эфирного возмущения, не простое дело…
— И вопрос своевременного отъезда из имения Бестужевых оказался бы под
— Ладно, будем считать, что вы меня убедили. — Я смущенно потер ладонью шею. Мне, в самом деле было стыдно от своей тупости и зашоренности, и никакие убеждения и правильные слова окружающих, не могли этого исправить! Я должен был догадаться о подобной возможности куда раньше. Но нет, вбил себе в голову, что до назначенного срока, нашей компании никак не добраться до Бестужева… зарапортовался, точно!
— Вопрос только в одном… — Помолчав, проговорил Хромов. — Кирилл, ты говорил, что все подъезды к боярскому городку перекрыты. Как мы доберемся?
— А вот это, не проблема. — Улыбнулся я. — Зря мы что ли с этой спасплатформой корячились?
— Думаешь, по пересеченке обойти? — Задумчиво протянул Аристарх, но тут же покачал головой, — не выйдет. Засекут. Да еще такой цвет… нет, тихо не получится.
— А кто говорит о тихом просачивании? — Я даже зажмурился от удовольствия. — У нас есть два укомплектованных ЛТК и четыре полноценных бойца. Учитывая, что один из них по мощи удара сравним с тяжелой минометной бригадой… как говорится, «носорог плохо видит, но при его размерах, это не его проблемы». Не находишь? Да и я найду чем удивить возможных самоубийц… будет им небольшой сюрприз для облегчения работы пищеварительной системы.
— Нагло. — Покачал головой Хромов… и прищурился. — А что ты имел в виду, говоря о сюрпризе?
Ответ я решил продемонстрировать… в облегченной редакции, поскольку вовремя вспомнил, как отреагировал на мою эмоциональную атаку, недавно побывавший у нас в гостях, Брюхов.
Конференц-зал затопило ощущением страха, медленно наваливающегося на моих собеседников. Но, увидев, как побледнела и затряслась Вербицкая, я прекратил давление. Хромов и Мальцев облегченно выдохнули и попытались разжать руки, с силой вцепившиеся в подлокотники их кресел.
— Простите, Василиса Тимофеевна. — Повинился я. — Не подумал. Нужно было оградить вас от этого. Еще раз прошу прощения. Аристарх Макарович, Вадим Евгеньевич, вы в порядке?
— Да… бл… нах… чтоб тебя… — Прохрипел Мальцев, с силой рванув ворот рубашки, так что отлетевшая пуговица ударилась от стену и со звоном покатилась по полу. — Предупреждать же надо…
— Ох. — Хромов тряхнул головой и, сфокусировав на мне взгляд, отнял наконец руки от своего кресла. Внимательно оглядел обожженые до угля деревянные подлокотники и покачал головой. — Это было сильно. А если учесть, что ты можешь выбирать цели воздействия… каков радиус?
— Полагаю, где-то около километра. Не было случая проверить точно. Но нам хватит, уверяю.
— Чтоб я еще раз полез к эфирникам… — Рында передернулся. — Лучше сразу пристрелите.
— Не знаю, как насчет работы всей пищеварительной
Хм. Кажется, слабительное из нашей аптечки скоро исчезнет за ненадобностью… М-да.
Глава 9. Носорог плохо видит, но чьи это проблемы?
Честно говоря, был еще один момент в нашей с Брюховым беседе, о котором я не стал говорить ни Хромову, ни Вербицкой с Мальцевым. По идее «начальства» полковника, предполагалось вытащить меня из бункера, мотивируя проблемами у Громовых… Но! У меня не те отношения с этим родом, чтобы я стал плясать под чью-то дудку, спасая хоть самих Громовых, хоть их репутацию. И это значит, что приказ Брюхову отдавали эфирники, не знакомые с моим прошлым. Из таких, я могу назвать лишь самого полковника и его дочерей, Прутнева и отца Иллариона. Вот только ни один из них не является тем самым «начальством». Уж я-то помню нашу встречу в кабинете Брюхова… где все эти господа вели себя исключительно как равные. А вот известные мне действительные начальники этого странного клуба… хм. Дед прекрасно знает, что давить на меня Громовыми бесполезно, да и куратор Аристарха, думаю, тоже в курсе дела… А значит, это кто-то чужой и, что гораздо хуже, неизвестный…
Мало мне проблем с противником Вербицкого, теперь еще и свои недоброжелатели объявились. А как их еще назвать? Брюхов прав, игра втемную для меня добром никак не обернется. Попользуют и выбросят… Вот уж, черта с два!
— Кирилл! — Ожив, рация заговорила голосом Аристарха. — Если не занят, будь добр, загляни на склад.
— Десять минут. — Отозвался я. Сидевшая за столиком Инга, сосредоточенно курочившая отданный ей браслет-коммуникатор, услышав мои слова, печально вздохнула и, спрыгнув с табуретки, поплелась к выходу. — Инга, если ты закончила с браслетом, шагом марш в гараж. У Оли есть для тебя задание!
От этих слов сестра Жорика расплылась в довольной улыбке. С началом аврала связанного с грядущим в скором времени переездом, у всех обитателей бункера нашлась целая куча срочных дел, так что предоставленная сама себе Инга заскучала… А скучающий гиперактивный ребенок в закрытом помещении… это хуже пожара и наводнения!
Хорошо еще, что она так любит технику… и ее разрушительную деятельность всегда можно притормозить, отдав на растерзание какой-нибудь артефакт. Чем сложнее, тем лучше… Хотя, даже на то, чтобы разобраться в инженерном вычислителе, а затем свести его с ума, у Инги ушло всего четыре часа. Жорик долго матерился… м-да…
Шебутной ребенок скрылся за дверью, а я, предупредив по рации Олю о надвигающемся на их с Жориком вотчину «шторме», остался заканчивать сборы своего рюкзака. Благо, большая часть вещей и амуниции была уже уложена, так что через десять минут, как и обещал, я ввалился на склад, и невольно присвистнул.
От прежнего порядка не осталось и следа. Взмыленный Хромов вместе с обоими рындами мотались меж стоек хранилища, а близняшки с Елизаветой, устроившись у самого входа, занимались упаковкой притаскиваемых им вещей.