Грани матрицы
Шрифт:
– Девушка – подруга твоя? – уточнил Буравчик.
– Именно.
– Если она в беду попала, как же она его найдет? Может быть, пусть он ее поищет?
– Да нет, ему лучше не светиться. Пусть Лиза сама его отыщет. Она сможет, если ты поможешь. Только о ее поисках тоже знать никто не должен. В этом вся соль. Если ее искать будут – об этом многие узнают.
– Мудрено, – заметил Буравчик. – Впрочем, тебе виднее. Заказ есть заказ. Ты ей веришь, девушке этой?
– Что за вопрос? Конечно. Почему ты спрашиваешь?
– Да потому, – хмыкнул хакер. – Можно ей деньги доверять и информацию о
– Можно.
– Ладно. Сделаем. Хотя подожди – я после сна соображаю туго. А что ты ей сам не звонишь?
– Боюсь, подслушивать будут. Можно так сделать, чтобы ты ей информацию передал, но ни одна живая душа об этом не узнала? Телефон прослушивается наверняка, в компьютере жучок…
– Запросто, – кивнул Буравчик. – Вызову ее к телефону-автомату, да и скажу все в реальном времени по защищенному каналу. А еще лучше – купить ей новый телефон и мобильный компьютер. Ты, насколько я понимаю, бедностью не страдаешь?
– В настоящее время не бедствую, – кивнул я.
– Вот и подари девчонке телефон. Очень модно сейчас… Эх, мне подарить телефон некому…
– Девчонки нет?
– Телефона лишнего.
– Сколько надо? И себе за мои деньги купишь.
– Да чего уж там. – Буравчик вдруг застеснялся. – У меня такса твердая. Взяток не беру.
– Да ладно уж. Сумму называй.
– На все про все пятьсот рублей хватит, – сказал хакер. – Если доверяешь, пришли деньги мне. Я все в лучшем виде устрою. А потом ты и сам ей звонить сможешь. Пока ее линию не вычислят.
За что мне нравился Буравчик, так это за феноменальную понятливость.
– Деньги уже перевел, – заявил я через минуту, закончив манипуляции с карточками. – Смотри только, осторожнее. Вопрос жизни и смерти.
– Вопрос моей профессиональной репутации, – серьезно заявил Буравчик. – Ну, охоться спокойно. Хорошо сейчас дома-то… Посмотрел я на родные елочки – и на родину захотелось.
– Так приехал бы, – предложил я.
– Билет на баллистический аэробус тысячу рублей стоит в два конца, – вздохнул Буравчик. – А на корабле плыть – еще больше проешь, а главное, время потеряешь, заказы не выполнишь. Не все ведь вопросы в Сети решаются. Надо и ножками работать. Нет, мне в ближайшие несколько лет выезд из Североамериканского Альянса заказан…
– Если все удачно пройдет – считай, что на билет заработал. По результатам моей операции, – пообещал я.
– Что-то ты подозрительно щедр, – заметил хакер. – Под кайфом, что ли, с утра?
– Такими вещами не балуюсь. Дело очень важное. И заработаю я на нем прилично. Ты, главное, отставь в сторону дела – помоги.
– Заказ есть заказ, – сказал хакер. – Спать уже раздумал. Буду заниматься делами твоей подруги. И друга. Хорошо, когда есть друзья…
Воспользовавшись телефоном, я засветил точку стоянки, а потому не стал долго на ней задерживаться. Распаковал плот, разложил его на травке, пробил капсюль воздухо-нагнетательной системы – и за две минуты плотик вспух, наполнившись газом. Не нужен ни насос, ни компрессор. Использованную капсулу я даже не стал откручивать от плота. Размером она с небольшой баллончик от дезодоранта, и ее вполне можно использовать как ручку.
К плоту прилагались весла. Одно из них – точнее,
Без труда спустив почти невесомый плот на воду, я бросил на него сумку с припасами и снаряжением, прыгнул сам и поплыл, стараясь держаться неподалеку от берега. На плоту я и позавтракал. Ел сушеные фрукты, сухари, запивал сгущенным молоком из пластикового пакета. Питательные кубики – отличная вещь, но никакого удовольствия от них человек не получает. Если только не умирает с голоду.
Наевшись, я взял весло в руки, несколько раз взмахнул им и вывел плот на середину реки. Плот шел отлично, управлять им было легко. Такими темпами я доберусь до Печоры дня за два. Да и то если буду регулярно останавливаться на привалы.
Монитор моей навигационной системы показывал, что я стремительно приближаюсь к зоне, полностью контролируемой спутниками слежения. Как только незримая черта будет пересечена, я не смогу послать никому сообщение, любая попытка связаться с «большим миром» будет смертельно опасна. Поэтому я причалил к правому берегу в удобном месте, вытащил плот, отнес его метров на двадцать от реки, в укромное место. Здесь я опять начал проверять свое снаряжение. Более детально, чем на прошлой стоянке.
Сеткоулавливатель работал отлично. Дерево, в которое я выпустил две сети, после моей атаки напоминало кокон какого-то гигантского насекомого. Винтовка тоже стреляла неплохо. Не очень шумно, довольно мощно. Ствол тонкой сосны пуля пробила навылет и точно в том месте, куда я целился.
Гранатомет я пробовать не стал. Слишком шумно и заметно. Да и пускать его в ход я собирался только в крайнем случае.
Шашек направленного взрыва мне положили мало, и я тщательно осмотрел все. Из шести две были одного вида, четыре – другого. Разница была заметна по цвету взрывчатки и форме взрывателей. Но маркировка на шашках, бумажные наклейки с номером партии и адресом завода о различиях не сообщали. Это меня насторожило.
Прихватив с собой винтовку и гранатомет, а также все шашки, я отстегнул тяжелый реактивный ранец и зашагал на восток, в глубь тайги. Мне нужен был сеанс радиосвязи и выход в Интернет.
Отойдя от реки на полтора километра, я остановился, Если меня засекут, вряд ли у кого-то возникнет подозрение, что я путешествую на плоту. Надо быть большим энтузиастом, чтобы в век победивших информационных технологий шагать больше километра для выхода на связь. Я-то как раз и был энтузиастом. Но откуда электронным шпионам об этом знать?
Для выхода в Сеть воспользовался старым телефоном. Пусть мои наниматели погадают, зачем я ушел в сторону от реки. Это доставит им несколько неприятных минут – если они за мной следят.