Грани
Шрифт:
— Начнем, — сказал Ирга.
— Возлюбленные дети мои! — возгласил жрец торжественным голосом. — Сегодня мы пришли сюда, чтобы стать свидетелями создания семьи этими двумя дур… молодыми людьми. Знайте, дети мои, что это непростое и трудное решение, которое приведет вас на тернистый путь сплошных несчастий. У вас будет только одна возможность побыть счастливыми — ваша первая брачная ночь.
А потом выяснится, что ваш муж не помнит не только даты вашей свадьбы, но даже и даты вашего дня рождения. А у жены будет только два состояния здоровья: болит голова
«Что он несет?» — поразилась я. Гости слушали речь священника в недоуменном молчании.
— А потом, — продолжал жрец, — появятся дети. О, эти ядовитые цветы жизни, состоящие исключительно из колючек…
— Кто бы мне сказал об этом в свое время, — пробормотал за моей спиной папа.
Я покосилась на Иргу. Лицо его уже не выражало твердую решимость, как тогда, когда он нес меня по ступенькам. И руку мою жених отпустил.
«Хороша же я буду, когда он бросит меня прямо здесь», — подумала я.
— Простите, — резко прервала я жреца, который продолжал вещать о тяжелых буднях супружеской жизни. — Давайте приступим, наконец, к церемонии. И без ваших речей, пожалуйста. А то так по физиономии от моего отца получите, что ваша жизнь до этого покажется раем.
За моей спиной кто-то ахнул, и засмеялся Беф.
— Зачем же человека за правду бить? — неуверенно возразил папа.
— Значит, получите по морде от меня, — заявила я воспрянувшему было духом жрецу. — Давайте, переходите уже к части «согласен-согласна».
И на всякий случай покрепче взяла Иргу за руку.
Церемония оказалась несколько скомканной. Жрец скороговоркой пробормотал положенные слова, мы ответили положительно на его вопросы и положили руки на алтарь. На наших пальцах вспыхнули огненными ободками кольца.
— Я, магистр Беф Чуйко, свидетельствую о заключении брака между Ольгердой Ляхой и Иргой Ирронто, — звучно, как на лекции перед огромной аудиторией, сказал за моей спиной наставник.
— Я, профессор Партик ня Рольд, свидетельствую о заключении брака между… хи-хи-хи, простите, между… ха-ха-ха… — Я не выдержала и обернулась — очень уж хотелось увидеть смеющимся неприступного некроманта, наставника Ирги, — и увидела, как Беф с милой улыбкой с силой наступает на ногу профессору, помогая ему таким образом справиться с неуместным смехом. — …Между Ольгердой Ляхой и Иргой Ирронто.
— Объявляю вас мужем и женой, — с облегчением в голосе сказал жрец. — Можете теперь… — Он посмотрел на мое лицо, поперхнулся фразой и скомкано закончил: — Можете поцеловаться и принимать поздравления от гостей.
Ирга повернулся ко мне, нежно поцеловал в губы и сказал:
— Ты такая синяя, что я мог бы тебя принять за мертвеца. Так что с женитьбой я не прогадал.
— Хорошенькие первые слова мужа своей новоиспеченной жене, — пробормотала я, только сейчас понимая, как сильно я замерзла в огромном храме. Зубы, как по команде, начали стучать, а кожа покрылась мелкими пупырышками.
— Потерпи еще немного, а потом я согрею тебя, — с многообещающей улыбкой пообещал муж.
— А давай всем скажем:
— Потерпи, — попросил Ирга. — Лучше послушай, столько хорошего ты о себе больше никогда не услышишь.
— Неправда. Обо мне еще хорошо будут говорить, когда я умру.
— Я же говорил «услышишь».
— Лучше я количество гостей подсчитаю, — пробормотала я. — Что-то их много сильно.
— Видишь, сколько народу тебя любит.
— Скорее, они поесть любят на дармовщинку, — сказала я, улыбаясь подходившим свекрам. Пытка начиналась.
— Молодец, Ирга! — сказал Рауль Ирронто. — Теперь я вижу, что с женой ты не ошибся.
— А ты в этом сомневался, отец? — удивился муж.
— Я знаю только двух женщин, которые способны побить жреца — твою мать и твою жену. — Отец Ирги улыбнулся. Улыбка его необыкновенно красила и молодила. Я только сейчас поняла, насколько он красивый мужчина и как много мой любимый унаследовал от него.
Надин и сестры Ирги расцеловали меня, выразив надежду, что «их любимый мальчик» в надежных руках.
Конечно, от мамы поздравления я не дождалась.
— Ольгерда, как можно было себя так вести, — прорычала она, делая вид, что поправляет мне прическу. — Разве мы мало тебя воспитывали?
— Наверное, мало, — согласилась я.
— Сестра! — прорыдала Дария. — Я так рада за тебя! Пройдет еще немного времени, и вы родите такую прелесть!
Она сунула мне под нос розовый сверток с человеческой головой. Прилива нежности при виде крошечной племянницы я не испытала, зато Ирга меня здорово удивил.
— Какая хорошенькая! — воскликнул он с таким энтузиазмом, что я испуганно на него посмотрела, начиная бояться, что брачная церемония пагубно отразилась на его мозгах.
— Да, — сказала Дария, заливаясь слезами умиления.
— А ты мужик, Ирга, — признал ее муж, пожимая некроманту руку.
— Запомни на будущее, — прошептал мне Ирга, пока мы принимали поздравления от вереницы его сотрудников и моих бывших однокурсников, которых никто не приглашал, но они, конечно, явились в полном составе. — Как только видишь младенца, сразу говори, что он хорошенький и что безумно похож на маму, папу или бабушку — в зависимости от того, кто с ним. Даже если лично тебе младенец больше всего напоминает печеную грушу. Молодые родители все немного на своем ребенке повернутые. О! А это еще что за явление?
Перед нами стоял барон Рон ня Буй.
— Я пришел поздравить вас, — сказал он, протягивая руку Ирге. — Ты счастливчик.
— Я в курсе, — ответил некромант, пожимая ему руку.
— Мне бы хотелось сказать пару слов Оле. — Барон еще сильнее пожал руку Ирге.
— Все, что ты ей хочешь сказать, ты можешь сказать мне, — не сдавался некромант.
Я с любопытством следила за их поединком, решая, переломают они друг другу пальцы или обойдется. Узкая ладонь Ирги почти полностью исчезла в лапище барона, но по силе он не уступал — это было видно по тому, как они оба морщились.