Грани
Шрифт:
— Ты попробуй, — предложила Ола.
Из-под выбившейся пряди волос на меня смотрели умоляющие глаза.
Нервно сглотнув — ее кулинарных экспериментов я напробовался еще во время совместной жизни, — я осторожно подцепил псевдопончик и понюхал. Пахло вкусно, несмотря на ужасный внешний вид. На вкус это было… твердо.
— Кажется, ты их пережарила, — сказал я, усиленно
— Ы-ы-ы, — проскулила Ола, глядя на мое выражение лица.
— Вареная гречка у тебя хорошо получается, — попробовал я ее утешить. — И вообще, вы уже больше года женаты, а Ирга еще с голоду не умер. Значит, все в порядке.
— Я думаю, — уныло сказала подруга, — что ему надоели каши-супы-салаты, которые я готовлю. Вчера он долго рассказывал про свою сотрудницу, которая каждый день печет что-то вкусненькое и приносит на работу, всех угощает. И знаешь, как он о ней говорил?
— И как? — обреченно спросил я.
— Восхищенно! Понял? Он ею искренне восхищается! И я подумала: ну неужели я даже пончиков не смогу любимому мужу приготовить? И не смогла!
— Давай мы их в сиропе размочим? — предложил я. Раскисший во рту пончик оказался весьма и весьма вкусным.
— Попробуй, — прошелестела Ола, по своей любимой привычке погружаясь в черную меланхолию.
В доме меня уже ждал Ирга, дремлющий на стуле. Услышав мои шаги, он приоткрыл один глаз и спросил:
— Чего она сегодня?
— Пончиков тебе испекла, — сказал я.
— Здорово! — обрадовался Ирга. — А в расстроенных чувствах почему? Прихожу домой, а она свою нелюбимую куртку надела и ушла.
— Пончики не получились.
Некромант заглянул в коробку:
— М-да… Но согласись, это уже прогресс. Мне Ола по утрам стала готовить!
— Определенно прогресс, — согласился я. — В конкурсе «Лучший муж-дрессировщик» ты однозначно займешь первое место.
— И что ты с пончиками собираешься сделать? — Ирга продолжал изучать содержимое коробки.
— Размочить в сиропе. Они вкусные, только очень сухие.
Ирга задумчиво разгрыз один пончик. Я позавидовал — зубы у него лучше, чем у меня.
— Вкусно, —
— А что за сотрудница у тебя на работе, которая готовить любит? — спросил я. Такие женщины меня всегда интересовали.
— А, — произнес Ирга с набитым ртом. — Ола рассказала? Ясно тогда, почему она с утра пончиками занялась. Ревнует. Так что конкурс на лучшего дрессировщика я проиграю.
— Да, — рассердился я. — Ты ей про всяких баб рассказываешь, а у нас потом работа стоит! И оставь мне пончиков немного!
— Я не с этой целью рассказывал, — объяснил некромант. — Я думал, она тебе скажет.
— Сводничеством занялся? — возмутился я.
— Нет, просто Ола меня уже достала, чтобы я тебе девушку нашел. Типа у меня знакомых женского пола больше.
— И она туда же! — прорычал я. — И ты тоже! А еще друг!
— Вот женишься, — сказал Ирга со вздохом, — только тогда поймешь, что иногда лучше выполнить то, что жена просит, чем лояльность соблюсти.
Ну, Ола! Ну, погоди же у меня!
— Ола! — рявкнул я, забегая в мастерскую. — Ты что, женить меня вздумала?
— Ну да, — пожала она плечами. — Не одной же мне мучиться!
— Так, значит, ты мучаешься, да? — спросил за моей спиной Ирга.
— Ой! Ирга! Я не то имела в виду! Стой! Ну, Ирга, ну не обижайся…
Подруга пробежала мимо меня, а я сел на лавку и захрустел последним пончиком.
Да чтоб я женился? Никогда! Женитьба разумных существ такими идиотами делает…
Эпилог третий,
ЗАВЕРШАЮЩИЙ
Конечно же Блондин Лим не забыл, что я ему должна услугу. И с просьбой об этой услуге он явился в самое неподходящее время. А тут еще и Отто пристал со своим проектом культа поклонения Книге Ёшкиного кота (самому Ёшкиному коту он поклоняться боится, помня о нашей встрече с Ёшкой). Культовый предмет у нас имеется, догматы он разработал на досуге, а ровное и успешное течение бизнеса ему стало надоедать, разнообразия захотелось.
Но это уже совсем другая история.