Грешная

Шепард Сара

Большая корзинка с чипсами стояла на кофейном столике, но никто даже не притронулся к ней.

Женщина по имени Мэрион Грейвс возвышалась на клетчатом кресле прямо перед ними, держа на коленях свёрнутый пакет для мусора.

В то время как девочки были одеты в потрёпанные джинсы, кашемировые спортивные костюмы, или, в случае с Арией, в рваную мини-юбку, одетую поверх красных бридж, Мэрион носила дорогой на вид шерстяной свитер темно-синего цвета и узкую юбку.

Ее

тёмно-каштановые волосы сияли, а её кожа пахла лавандовым увлажняющим кремом.

— Хорошо, — Мэрион улыбнулась Эмили и остальным.

— В прошлый раз я попросила вас, девочки, принести кое-какие вещи. Положите их на столик.

Эмили вытащила розовый кожаный клатч с монограммой Э.

Ария потянулась к своей сумке из бычьего меха и вытащила измятую жёлтую картину.

Ханна достала сложенный лист бумаги, который выглядел как записка.

А Спесер осторожно выложила на стол чёрно-белую фотографию и потертый синий плетенный браслет.

Глаза Эмили наполнились слезами — она сразу узнала этот браслет.

Эли сделала каждой из них по браслету тем летом после Истории с Дженной.

Это должно было навсегда сделать их друзьями, напоминать им о том, что они случайно ослепили Дженну Кавано.

Они не знали, что на самом деле Историей с Дженной был секрет, который Эли скрывала от них, а не секрет, который они скрывали от всех остальных.

Оказалось, что Дженна сама попросила Эли устроить пожар и свалить вину на Тоби.

Один из многих ошеломляющих фактов, который они узнали уже после смерти Эли.

Эмили тяжело сглотнула.

Комок, который стоял в её горле с сентября, хотел вырваться.

Это был первый день Нового Года.

Занятия начинались на следующий день, и Эмили молилась, чтобы этот семестр был не таким насыщенным, как прошлый.

Практически в ту минуту, когда они с подругами ступили на каменную дорожку Розвуд Дэй, для того, чтобы начать одиннадцатый класс, все они получили странные сообщения от некоего Э.

Сначала они все думали, а в случае Эмили — надеялись, что А — это Элисон, их давно потерянная лучшая подруга, но потом рабочие нашли тело Эли, замурованное на заднем дворе её дома.

Сообщения продолжались, затрагивая самые тёмные секреты девочек, а через два жутких месяца девочки обнаружили, что А — это Мона Вандервол.

В средней школе Мона была Фактором страха — измученным ботаником, который шпионил за Эмили, Эли и другими во время их обычных пятничных

ночевок, но когда Эли исчезла, Мона вдруг превратилась в королеву школы и стала лучшей подружкой Ханны Марин.

Осенью она нашла дневник Элисон, прочла все секреты, которые Эли написала о своих друзьях, и решила разрушить их жизнь так же как, по ее мнению, Эмили, Ария и другие разрушили её жизнь.

Не только их издёвки, но и огоньки пожара, ослепившего Дженну, обожгли и Мону.

В ночь, когда Мона упала с карьера, чуть не утащив за собой Спенсер, полиция арестовала Йена Томаса, тайного парня Эли, за её убийство.

Суд над Йеном должен был начаться в конце этой недели.

Эмили и остальным пришлось давать показания против него, и выступать в качестве свидетеля оказалось в миллион раз страшнее чем, когда Эмили пришлось спеть на концерте на празднике Розвуд Дэй, но это означало, что их муки скоро закончатся.

Четыре девушки-подростка просто не могли всё это выдержать, поэтому их родители решили обратиться за помощью к специалисту.

Мэрион была лучшим психотерапевтом в Филадельфии.

Вот уже третье воскресенье Эмили и её подруги встречались с ней.

Этот приём был посвящен тому, чтобы девочки освободились от всех ужасных вещей, произошедших с ними.

Мэрион пригладила свою юбку на бедрах, оглядывая вещи, которые выложили девочки.

— Все эти вещи напоминают вам об Элисон, так?

Все кивнули.

Мэрион рывком открыла черный мешок для мусора.

— Давайте сложим всё сюда.

После того, как я уйду, я хочу чтобы вы, девочки, закопали это на заднем дворе Спенсер.

Этот ритуал будет символизировать похороны Элисон.

И с ней вы похороните всю отрицательную энергию, которая сопровождала вашу с ней дружбу.

Мэрион всегда "перчила" свою речь фразами Нового Века такими как отрицательная энергия и духовная

потребность для наименьшего огорчения.

Последняя часть, которую они должны были повторять — смерть Эли не моя вина — снова и снова, и пить вонючий зеленый чай, который должен был "очистить" их виноватые чакры.

Помимо этого, Мэрион заставляла их говорить в зеркало такие вещи как: "А мертва и никогда не вернется, никто больше не хочет мне навредить".

Эмили очень хотела чтобы молитвы сработали: больше всего на свете она хотела вернуться к нормальной жизни.

— Хорошо, встаньте, — сказала Мэрион, протягивая мешок для мусора.