Грешник

Тессье Шантель

— Ешь. Тебе нужна энергия.

В комнате воцаряется неловкая тишина, пока я опускаю глаза, чтобы рассмотреть яичницу, бекон и кусок тоста.

— Я не голодна, — шепчу я.

— Элли…

— Почему он здесь? — перебив отца, я бросаю вилку на стол и под ее громкое звяканье смотрю на Сина.

— Почему ты здесь? — рычу я, с нарастающим раздражением поднимаясь на ноги. — Почему вы оба в моем доме?

— Нам нужно о многом поговорить, — заявляет Син, по его глазам видно, что он тоже раздражен тем, что я не хочу просто так сдаваться. Как будто я не заслуживаю знать правду.

Этим утром я

позволила ему оттрахать меня до бесчувствия, но это секс. Он знает, что это моя слабость. Но это не значит, что после этого я не буду уравновешенной.

— Давай начнем с тебя, — я упираю руки в бока. — Какого хрена ты здесь делаешь?

— Правда в том, — он поднимается на ноги, царапнув стулом по полу, и поворачивается ко мне лицом. — Что мне позвонил Ганнер и сказал, что ты на вечеринке, и обдолбана. Как обычно.

Син подходит ко мне ближе, и я сглатываю.

— И спросил, что ему сделать. Я сказал, чтобы он вытащил тебя с вечеринки, если потребуется. Когда он перезвонил мне, то обнаружил тебя в спальне, одну. Без сознания и с рвотой.

Я прищуриваюсь, глядя на него, а он делает еще один шаг ближе, теперь я прижата спиной к стойке.

— Я была в порядке…

— У тебя была передозировка! — кричит Син. — Холланд солгал тебе. Мак не давал тебе экстази. Это был фентанил. Гэвину пришлось дать тебе «Наркан», который привел к ломке, когда действие препарата закончилось. Ты могла умереть, Элли. Зачем ты это сделала?

Я не могу ответить. Это покажет ему, насколько я слаба.

— Скажи мне! Почему ты взяла у кого-то что-то, не зная, что это? — требует он.

— Истон… — мой отец встает из-за стола. — Успокойся. Она…

— Нет, — перебивает его Син, впиваясь в меня взглядом. — Она хочет знать, что происходит. Я хочу знать, о чем, блядь, она думала.

— Какого хрена тебя вообще волнует, что я делаю? — огрызаюсь я, пытаясь увильнуть. — Ты женишься на Амелии. Я выхожу за Ченса. Для нас все кончено. Иди домой к своей будущей жене, Син.

Повернувшись к нему спиной, я стремглав вылетаю из кухни.

— Ты моя жена, Элли.

Я останавливаюсь как вкопанная и поворачиваюсь к нему лицом. Я жду, что Син рассмеется. Или скажет «попалась!». Что это очередная больная шутка, которую он надо мной разыгрывает. Но вместо этого Син подходит ко мне, его взгляд становится все более горячим, и мне кажется, что он собирается обхватить рукой мое горло и задушить меня. Если бы рядом не было моего отца, я бы умоляла его об этом.

— Пока смерть не разлучит нас, Элли.

ГЛАВА ПЯТЬДЕСЯТ ПЕРВАЯ

СИН

Элли таращится на меня. Это напоминает мне о том, как она смотрела на меня, застукав за убийством Джеймса. На ее лице потрясение. Она смыкает пухлые губы и заметно сглатывает.

— Я… я не верю тебе, — бормочет Элли.

То же самое она говорила мне в ванной в доме Лордов, когда ворвалась ко мне, требуя, чтобы я сказал ей правду, и я выдал ей, что не люблю ее. Элли сказала, что я не просто ее использую. Она была права. Я лгал ей. Элли была для меня больше, чем просто трах. Она была моей женой.

— Я не лгу тебе.

Покачав

головой, она делает шаг назад. Широко раскрытыми глазами Элли смотрит на ее отца, но он понятия не имеет, что я сделал. Если бы он знал, то наверняка попытался бы вышвырнуть меня из этого дома. Сначала ему пришлось бы убить меня, но, судя по его виду, мне не о чем беспокоиться.

— Я выхожу замуж за Ченса, — шепчет она, облизывая губы.

— Ты собиралась выйти за Ченса, потому что я ему так сказал. Он сделал мне одолжение.

Ее темные брови сходятся на переносице

— Нет, — рычит Элли, начиная злиться. — У нас с тобой не было свадьбы…

— Чтобы выйти замуж, свадьба не нужна, — заявляю я, и она снова распахивает глаза. — Все, что нужно, — это разрешение на брак, подписанное двумя людьми. И официальное лицо, которое его подпишет.

— Но я не…

— Ты подписала, — перебиваю ее я. — Я положил его в стопку, чтобы ты подписала, когда мы закрывали сделку по продаже этого дома. Ты подписала его. Даже не удосужившись прочитать.

Она задыхается.

— С тех пор мы женаты.

Элли хмурится и после долгой паузы опускает взгляд на свои босые ноги. Затем она поднимает его на меня, и я едва сдерживаю улыбку, увидев в ее глазах ярость. А вот и мой маленький демон. Она толкает меня в грудь, но я не двигаюсь с места.

— Так что насчет Ченса? Ты собирался заставить меня думать, что я на самом деле замужем за ним?

— Мне нужно было, чтобы все выглядело по-настоящему, — защищаюсь я.

Я знал, что ее мать поднимет из-за этого шум. Там должны были быть сотни Лордов. Некоторые из них уже знали, что она моя жена, но те, кто имел значение, не знали. Это должно было стать моим самым тщательно хранимым секретом.

— Для твоего больного удовольствия? — рычит Элли. — Еще один способ выставить меня идиоткой?

— Нет, — огрызаюсь я. — Чтобы подставить Линка.

— Ты манипулировал мной! Но зачем? Ты собиралась позволить ему трахнуть меня?

— Нет, блядь! — кричу я, и от этой мысли моя кровь закипает.

Он никогда больше не подойдет к ней, не говоря уже о том, чтобы прикоснуться. У нас с Ченсом был план. Он собирался привезти ее к себе домой и попросить Линка встретить их здесь. Я должен был их ждать. И как только он прикоснется к ней, я вмешаюсь. У меня были доказательства того, что в ее спальне перед вечеринкой по случаю помолвки он уже заставил Элли встать перед ним на колени, и она уже была моей женой. Я не хотел, чтобы он к ней прикасался, но понял это слишком поздно, иначе остановил бы это еще до того, как это произошло. К черту последствия.

— Как только Линк приблизился бы к тебе, я собирался вмешаться. В глазах Лордов это преступление — трахать чужую Леди без разрешения ее Лорда.

Она откидывает назад голову, издав грубый смешок.

— Я забыла, что Леди не может получить член нигде, кроме как от своего Лорда, но он может трахать кого захочет, — она упирает руки в бока. — Точно так же, как ты трахал Амелию все то время, что мы были женаты. Так что вместо того, чтобы быть твоей половиной, я стану той, к кому ты будешь возвращаться домой натрахавшись с ними, — Элли снова грубо смеется. — Ты воплотил мои мечты в реальность, Син.