Грешник
Шрифт:
— Джеймс ждал, пока она обдолбается. Он приказывал Элли. Делал из нее гребаную рабыню, и она делала все, что он хотел. Они заставили меня наблюдать, потому что Линк сказал, что тренирует ее для меня.
Я делаю несколько шагов, сокращая небольшое расстояние между нами, и бью Ченса по его ебаному лицу, как будто я нападающий команды НФЛ, и эта игра зависит от меня.
Его голова откидывается в сторону, кровь разбрызгивается по полу. Он начинает захлебываться ею и бьется в конвульсиях.
Наклонившись, я поднимаю стул и ставлю его вертикально. Я хватаю Ченса
— Продолжай.
Единственное, чему я рад, что держал в секрете то, что мы с Элли были женаты. Я несколько раз называл ее при нем своей женой, но он, похоже, никогда не воспринимал это всерьез. Теперь я знаю, почему. Он все это время думал, что получит мою девочку.
— Говори, — встряхиваю его за лицо, и Ченс выплевывает кровь из разбитой губы.
— Я… и Амелия подставили тебя и Элли, — он делает глубокий вдох. — В «Блэкауте» той ночью. Я дал Амелии видео, которое ей было нужно для ссоры с Элли в ванной. Мне нужно было, чтобы Элли разозлилась на тебя. В противном случае она бросилась бы на кого-нибудь другого. А значит, разозлила бы тебя в ответ, — тихо плачет Ченс. — Она не собиралась уходить от тебя. Мне нужно было, чтобы ты ушел от нее.
Я на секунду задумываюсь над его словами.
— Моя сестра упомянула о видео.
Он, блядь, хнычет.
— Я даже спросил тебя, что она имела в виду, говоря о Джеймсе и Линке, и ты сказал, что не знаешь.
— Мне жаль, — всхлипывает Ченс, неконтролируемо трясясь всем телом.
— Я знаю.
Отпустив его лицо, я ударяю его в грудь.
— Но почему здесь? Почему сегодня? Ты сказал, что думал, что я мертв, — я потираю подбородок.
Он кивает, всхлипывая.
— Я получил сообщение, что ты мертв…
— От кого, блядь? — спрашиваю я, заставляя его вздрогнуть.
— Это был неизвестный номер, — плачет он. — Я подумал, что это Лорды.
— И?
— И я позвонил Холланду, чтобы узнать, не он ли его послал, — Ченс останавливается, чтобы перевести дыхание. — Он сказал «нет», но у Элли должок перед ним за то, что ты сделал с Маркусом из-за нее. И поскольку ты мертв… — замолкая, Ченс не заканчивает это предложение.
Но я могу соединить точки.
Я беру в руку перочинный нож и вонзаю ему в бедро. Он с криком запрокидывает голову.
— Сосредоточься, Ченс, — я бью его по окровавленному лицу, чтобы привлечь его внимание. — Будь внимателен.
Его налитые кровью глаза встречаются с моими, слюна стекает с разбитых губ, пока он скалит зубы от боли. Я убираю нож, заставляя его всхлипнуть.
— И что дальше? Как вы узнали, что она здесь?
— Мы ждали ее возвращения домой больше часа. Я и Холланд были здесь. Амелия была в другом доме. Мы знали, что как только ей сообщат о твоей смерти, она вернется в один из домов, — глубоко вздохнув, он опускает голову.
Я смотрю на Тайсона, который молчал, пока я получал необходимую информацию, и он наконец говорит:
— Под чем она сейчас?
— Эк-стази, — раздается его дрожащий голос.
— Ты подмешал ей что-нибудь? — спрашиваю я сквозь стиснутые
Я не хочу, чтобы она пережила еще два дня ада, как в прошлый раз. Это была пытка для нее и для меня — не иметь возможности помочь ей. Быть беспомощным перед тем, кого любишь, — это совсем другой вид ада.
— Нет, — Ченс смотрит на меня сквозь мокрые ресницы, и я вскидываю бровь. — Я клянусь. Мы просто хотели, чтобы она…
— Хотели чего? — рявкает Тайсон, готовый покончить с этим.
— Умоляла, — опускает голову Ченс. — А не умерла.
— Тайсон, — я киваю на Ченса, и он встает позади него.
Ченс вскидывает голову, смотрит на меня широко раскрытыми глазами.
— Я не знал, — выпаливает он. — Ты был мертв.
— И все же я здесь, — я широко раскидываю руки.
Тайсон хватает Ченса за волосы и оттягивает его голову назад. Я медленно провожу кончиком лезвия по его шее, делая именно то, что ему обещал. Отступив назад, я с улыбкой наблюдаю, как ублюдок истекает кровью на полу.
ГЛАВА ШЕСТЬДЕСЯТ ВТОРАЯ
СИН
Я возвращаю Элли в наш дом и несу на кухню. Свет горит только над плитой, и мне этого достаточно, чтобы разглядеть остров и усадить ее на барный стул.
— Сиди здесь, — говорю я ей, поворачиваюсь к холодильнику и достаю воду.
Повернувшись к ней, я вижу, что она наклонилась, грудью и лицом лежит на мраморном острове, раскинув перед собой руки. Поставив бутылку, я подхожу к Элли и включаю свет, но, обернувшись, замираю, увидев сидящего во главе стола мужчину, и это не ее отец.
— Какого хрена тебе надо? — рычу я.
Он постукивает пальцами по столу, склонив голову набок. Его голубые глаза опускаются на Элли, я тут же встаю перед островом, чтобы закрыть ему обзор, и он ухмыляется.
— Я не верю в любовь, — заявляет мужчина, и я фыркаю. — Нечто настолько чистое не может выжить в аду. Но я верю в месть.
— Зачем ты здесь?
На сегодня с меня хватит загадок. Я чертовски зол и измотан. Я просто хочу вымыться и забраться в постель к своей жене, зная, что она в целости и сохранности.
— Ты знаешь, почему я позвонил Тайсону и попросил его привезти тебя после твоей первой встречи с нами в «Бойне»?
— Нет.
Мне тогда было все равно.
— Я и мои братья не управляли «Бойней», когда туда привезли Николаса. Только позже. Но нам показалось странным, что за все эти девять лет, что он там пробыл, никто о нем не спрашивал. До тех пор, пока не появился ты.
Я хмурюсь, подходя ближе к столу.
— Что ты имеешь в виду?
— Мы не спрашивали, кто тебе нужен, потому что это не имело значения. Мы никого не выдаем. Никто не получает пропуск. Но ты… — сказав это, брат садится ровнее. — Ты пришел с Тайсоном, потребовал посмотреть наш список, и когда мы отказали, ушел. На следующий день нам звонят. Кто-то проверяет Лорда. Ты знаешь, как часто нам звонят люди, желающие узнать о состоянии кого-то в «Бойне»?