Грешный ангел

Лэндон Джулия

Он переступил с ноги на ногу.

— Минутку, сударыня. Позвольте мне объяснить свои слова. Я действительно удивился, увидев вас в Лондоне, поскольку считал, что вы всей душой привязаны к Роузвуду, а потом понял, и…

С губ Лорен сорвался возглас разочарования:

— Довольно, мистер Кристиан! Не все ли вам равно, зачем я приехала в Лондон, если только вы не уполномочены допросить меня от имени Короны!

Лорен вздернула подбородок, очень довольная, что сумела дать ему достойный отпор, хотя в этот момент плохо соображала, пребывая в полном оцепенении.

Алексу тоже

было не по себе. Он не мог понять, почему она рассердилась, в то время как его охватила печаль. Он скользнул взглядом по ее лебединой шее, по манящим выпуклостям ее груди. Глаза Лорен сверкнули от возмущения, и он подумал, что никогда еще не видел таких очаровательных глаз. Он стиснул за спиной руки, размышляя, почему ее появление на рынке невест так его беспокоит. И почему она разозлилась, хотя он констатировал очевидное?

— Мисс Хилл, меня действительно не касается цель вашего приезда в Лондон. Я просто удивился, увидев вас здесь. И в этом нет ничего странного. Ведь я слышал, как вы пели песенку свинье, видел, как фехтовали с сиротой и летели на санках с горы, — попытался он пошутить. — Как бы то ни было, если вы строите матримониальные планы, я совершенно уверен, что вас ждет удача.

Он думал, что сделал ей комплимент, но ее сверкающие глаза опасно сощурились.

— Вот как? — проговорила она каким-то низким и очень тихим голосом. — Вы и представить себе не можете, как ваши слова согревают мне душу, мистер Кристиан. Слава Богу, сегодня я наконец спокойно усну! Ведь вы пожелали мне удачи! А теперь извините. Я вернусь туда, где джентльменов не удивляет мое присутствие на каком-то дурацком приеме! Всего доброго, сэр! — бросила она и, кивнув, направилась в сторону дома.

Проклятие! Что он такого сказал? Ошеломленный Алекс смотрел, как Лорен удаляется, изящно покачивая бедрами, какая грациозная у нее походка, несмотря на то что она чуть ли не бежит. Вспоминал ее сапфировые глаза. Обойдя какую-то пару, Лорен исчезла в дверях. В недоумении пожав плечами, Алекс тоже вошел в дом.

Он сильно разозлился, поймав себя на том, что ищет ее. Отыскать ангела было нетрудно; она, конечно же, выделялась из толпы. Рядом с ней стоял молодой человек, опирающийся на трость. Алекс предположил, что это ее брат, поскольку роузвудовские дети рассказывали ему о хромоте Пола. Хорошо, что это брат, обрадовался Алекс и опять разозлился на себя.

Однако эта злость не шла ни в какое сравнение с той, которую он испытал, когда к Лорен подошел очень высокий и очень красивый блондин. Лорен улыбнулась ему, он властно положил руку ей на талию и повел сквозь толпу к дверям.

Сердясь на себя за то, что это его заинтересовало, Алекс вместе с тем был просто поражен, ощутив в груди укол ревности, совершенно несвойственной ему.

— Алекс!

С глуповатой улыбкой он резко обернулся на голос своей невесты. Та мило улыбнулась. Глядя на ее приятную улыбку, он порадовался, что помолвлен с ней, а не с какой-то взбалмошной особой, распевающей песни свиньям, и, не удержавшись, обвил рукой ее талию и запечатлел на лбу нежный поцелуй.

С нервным смешком Марлен отпрянула и смущенно огляделась.

— Боже мой, что это на вас нашло? Простите, что

заставила вас ждать.

Он усмехнулся и еще раз поцеловал ее в лоб. Щеки Марлен порозовели, она опустила глаза, но на губах ее все еще трепетала нервная улыбка.

— Милый, прошу вас. Что подумают люди? — ласково прошептала она.

— Мне наплевать, — ответил он со смехом, увидев, как округлились глаза у Марлен.

Глава 10

Прошло еще три дня, сезон был уже почти в разгаре, и Лорен посетила столько раутов и чаепитий, сколько не посещала за всю жизнь. Каждый день проходил в безумной гонке — нужно было побывать и там и тут, показать себя, и это непрекращающееся светское круговращение уже стало сказываться на ее скудном гардеробе.

Во время бала у Харрисов Лорен удалилась в дамскую комнату, чтобы оправить на себе платье из сапфирово-синей парчи с юбкой, отделанной драпированным тонким шифоном. Платье так плотно облегало ее, что Лорен боялась, как бы при первом же неверном движении грудь не выскочила из лифа. К тому же выяснилось, что она не может соорудить прическу без помощи миссис Питерман. Пришлось просто собрать волосы в узел, что вряд ли соответствовало требованиям моды.

Молодая женщина еще раз оправила платье, а потом вышла из туалетной и направилась в комнаты, где было полно людей. Она с трудом пробиралась в столовую, где был устроен буфет. Проглотив кусочек сыра, Лорен протиснулась в бальную залу, где с замысловатых фризов потолка свисали большие хрустальные люстры с десятками свечей. В дальнем конце залы пять французских окон-дверей выходили на широкий балкон и дальше в сад, через них в дом проникал свежий воздух.

Лорен взяла у лакея стакан с пуншем и отошла в сторону, разглядывая многочисленных гостей, пока не заметила у большой изогнутой лестницы Магнуса. Он тоже увидел Лорен.

Лорен нахмурилась.

Магнус расплылся в улыбке и начал двигаться по направлению к ней. Лорен вздохнула, поставила стакан с пуншем и крадущейся походкой, достойной опытного похитителя драгоценностей, быстро пошла в другую сторону, держась стены и не сводя глаз с гостей, чтобы не упустить момент, когда баварец начнет ее догонять. И тут увидела Шарлотту Притчит.

— Господи, Шарлотта, что вы здесь делаете? — изумилась Лорен, столкнувшись с подругой, скрывающейся за широкими листьями какого-то высокого зеленого растения. В своем ярко-розовом атласном платье, с подстриженными волосами, Шарлотта походила на жалкую фарфоровую куклу. — Вам плохо? — участливо поинтересовалась Лорен.

— Вам тоже стало бы плохо, если бы список ваших партнеров по танцам составляла для вас маменька, — прошептала Шарлотта.

— Но разве вы не хотите танцевать? — спросила Лорен.

— Конечно, хочу, но ведь она не позволяет мне танцевать со случайными людьми! Кавалеры должны быть титулованные, и не просто титулованные, а графы и выше, — в отчаянии прошептала девушка. — Маменька забрала в голову, что меня непременно пригласит на танец герцог Сазерленд, представляете? Она искренне верит, что после первой же кадрили он мной заинтересуется, — с отвращением проговорила Шарлотта.