Грешный
Шрифт:
— А он — богатый малый! — вдруг произнес самый рослый из санитаров. — Только посмотрите на его одежду, на жилет!
— Сейчас это не имеет значения! — прорычал доктор. — Лучше помогите мне его раздеть, чтобы я смог взглянуть, нет ли других увечий. Джейн, захватите поднос с эфиром. У меня такое чувство, что, когда этот великан проснется, его ощущения будут не из приятных.
Двое здоровяков санитаров принялись стаскивать с пострадавшего испачканные кровью пиджак и жилет. Джейн повернулась спиной к пациенту, занявшись подготовкой серебряного подноса с эфиром и набора инструментов,
— Черт меня возьми, этот парень явно пропустил сильный удар с лета!
Суетясь возле пациента, Джейн заметила сильные мускулистые грудь и руки. На ребрах мужчины виднелись черные пятна — она знала, что это были ушибы.
— Селезенка и печень, похоже, не затронуты, ни опухоли, ни затвердения нет, — пробормотал Ричард, ощупывая живот пострадавшего с будто выгравированными на нем мускулами. — Его конечности тоже, кажется, невредимы. Не знаю, как парню это удалось, но он, судя по всему, сумел избежать каких–либо переломов. Принесите ткань и воду, Джейн. Давайте выясним, откуда идет кровь.
Поставив серебряный поднос на деревянный стол, Джейн начала легонько протирать источник кровотечения. Скальпированная рана, довольно большая, была, к счастью, не слишком глубокой — на самом деле она представляла собой скорее поверхностный разрез. Кровь уже начала высыхать, рана больше не сочилась.
Джейн полоскала ткань в воде, а потом выжимала ее, наблюдая, как чистая вода становится красной. Повернувшись, она склонилась над лицом пациента и вернулась к своей работе. Тот вдруг зарычал, обнажив белые зубы, словно бешеный зверь, и схватил медсестру за запястье.
— Гивенс и Смит, пожалуйста! — позвал Ричард санитаров, жестом давая понять, что нужно освободить Джейн от мертвой хватки мужчины.
— С таким трудно справиться, папаша, — бросил в ответ Гивенс. — Попытайся тут сладить с этим бойким типом!
Между тем мужчина умудрился подняться на операционном столе, теперь пациент вертелся и бился на месте, пока санитары изо всех сил старались его угомонить.
— Убирайся! — кричал пострадавший. Он продолжал дергаться словно сумасшедший. — Отвали от меня, черт возьми, ты, сукин сын!
— Он выражается совсем не как джентльмен, — прохрипел мистер Смит, скручивая руку безумца и пытаясь уложить того обратно на стол. — Разговаривает так, словно родился в трущобе!
Недовольный тем, что кто–то насильно удерживает его на месте, мужчина разразился тирадой отборной брани. Пациент продолжал отчаянно бороться, проявляя невиданную для его состояния силу.
— Дайте ему пару капель эфира, Джейн.
Она взяла пипетку, капнула две капли жидкости на свернутую ткань и плотно прижала к лицу буйного больного. А тот все еще бился на столе, громко рыча, но, как подумала Джейн, наблюдая за пациентом, это был крик не ярости — скорее страха. Он мотал головой из стороны в сторону, пытаясь сбросить полотенце с эфиром, но медсестра крепко удерживала ткань.
— Нет! — неслось из–под полотенца, но голос пациента слабел, как и его силы. —
Боже праведный, неужели снова? Только не это! Его явно удерживали силой, он был без одежды, а чьи–то руки, холодные и влажные, гладили его тело. Его выворачивало наизнанку, он пробовал продраться сквозь туман, окутавший мозг. Скользнув рукой к области талии, он понял, что брюк на нем нет, и собрал последние остатки сил, чтобы дать отпор своей мучительнице.
Старый ужас вновь охватил пациента, и он принялся трястись и учащенно дышать.
— Тсс… — произнес женский голос. — Вы в безопасности.
Он успокоился, ослабел, но вскоре решил, что его просто обманывают. Не бывает таких ангелов во плоти!
Пациент яростно замотал головой, пытаясь сбросить душившую его ткань.
— Все в порядке, — произнес мягкий голос прямо ему в ухо. — Медленно и глубоко вздохните, задержите дыхание. Вот, верно. А теперь выдыхайте.
Тело казалось слабым, безжизненным. Несчастный почувствовал, как чьи–то руки гладят его по волосам. Они были нежными, успокаивающими — не такими, как другие руки, которые вечно являлись в ночных кошмарах, мучая его. Руки, которые ожесточенно царапали и щипали. Руки, которые много раз заставляли его просыпаться в холодном поту. Руки, которые сломили, уничтожили его.
— У вас кровотечение, а мы лишь хотим помочь вам, — снова зашептал нежный голос. — Здесь вы в безопасности. Я обещаю.
Окружающий мир погрузился во мрак. Он чувствовал себя невесомым, словно сбросившим с себя телесную оболочку. И все же его слух оставался превосходным.
— Здесь можно чувствовать себя защищенным, — успокаивала обладательница приятного голоса, и ее дыхание ласкало щеку пациента, — здесь нечего бояться.
Ткань наконец–то упала со рта пациента, и он постепенно успокоился.
— А теперь поспите, — предложила она.
— Вы и в самом деле ангел, Джейн, — раздался мужской голос.
Прежде чем пациент погрузился во мрак, его пальцы потянулись к запястью медсестры, прикосновение которого он ощутил рядом со своим бедром. Великан схватил ее за руку так крепко, словно это был якорь, лежащий в песке на дне моря.
— Будьте со мной, — вымолвил он с трудом, так, будто слова царапали его потрескавшиеся губы и пересохшее горло.
Медсестра взвизгнула от неожиданности, осознав, что пациент еще не заснул, но тут же взяла себя в руки. Напряженность в ладони Джейн немного ослабела, и великан переплел свои пальцы с ее, держась за ту единственную, что заставляла его чувствовать себя в безопасности.
— Я здесь, — откликнулся все тот же ангельский голос.
— Нет, — громко прохрипел он. — Позже. Будьте здесь… позже. Медсестра подчинилась команде доктора. К счастью, сейчас Джейн работала почти автоматически, потому что ей никак не удавалось отвести взгляд от незнакомца. Он был красив — это Джейн поняла, когда позволила своему пристальному взору блуждать по обнаженному мужскому телу. Пациент был очень высоким и широким в плечах. Его мускулы, точеные, искусной лепки, напоминали Джейн схему, по которой она в свое время изучала анатомию.