Грейвел
Шрифт:
– ДВИГАЙ!
– крикнул Охотник, повиснув на теперь уже ревущем звере, борясь, как ковбой верхом на разъяренном быке.
– Вперед, вперед, вперед!
Алекс не нужно было повторять дважды. И ей также не нужно было заплывать далеко, потому что Биар бросил лиану со своего места на берегу, и когда она ухватилась за нее, он использовал ее, чтобы быстро подтянуть девушку к себе и вытащить из воды.
Пока она лежала, тяжело дыша от шока, напряжения и недостатка кислорода, Биар снова бросил лиану и крикнул:
– Охотник!
За очередным ревом последовал
Охотник двинулся прямо к Алекс, брызгая водой, когда скользнул кинжалом сквозь виноградные лозы, связывающие ее ноги. Обеспокоенным взглядом он оглядел девушку с головы до ног и спросил:
– Ты ранена?
Все еще слегка задыхаясь, Алекс покачала головой и сказала:
– Я в порядке.
– Когда он утянул тебя, а ты не поднялась, мы подумали...
– Биар не смог закончить фразу, его лицо было бледным даже в темноте, теперь уже сумеречного света.
– Я в порядке, - повторила она тише, трясущейся рукой убирая мокрые волосы с лица.
– Но не будешь, если мы останемся тут, - сказал Охотник, поднимая ее, вода летела с них обоих.
– Джарноки появятся здесь в любой момент, и они не будут счастливы, что у их бога нет глаза. Ты можешь бежать?
– Я в порядке… просто побежали!
– сказала Алекс, желая повторения своей встречи с джарноками лишь немногим меньше, чем второго раунда с Каку.
Ее учитель не нуждался в дальнейшем поощрении, прежде чем рвануть в джунгли. Его темп был быстрым, но когда до ушей Алекс донеслись яростные крики джарноков, обнаруживших свою пропавшую добычу - и увидевших свое искалеченное божество - она испугалась, что они бежали недостаточно быстро.
Мысли Охотника, по-видимому, отражали ее мысли, так как он набирал скорость, пока они не начали пробираться сквозь растительность. Возможно, он и был человеком, но его дар осознания в сочетании со всеми другими скрытными трюками, которые у него были в рукаве, позволяли ему двигаться почти с такой же легкостью, как меярин, если не также быстро.
Алекс смогла не отставать благодаря своей бессмертной крови и неустанным тренировкам, но Биар не был одарен таким образом, что помогло бы ему в их нынешней среде, и у него не было никакого опыта в качестве студента SAS. Вскоре стало ясно, что ему становится все труднее и труднее пробираться сквозь густой кустарник. Но он не отставал и не жаловался. Он просто опустил голову и продолжал наступать им на пятки.
Когда сумерки превратились в ночь и на джунгли опустилась тьма, их побег стал еще более сложным. Алекс почти ничего не видела, и это даже с ее улучшенной зрением. Как раз в тот момент, когда она собиралась указать, что им нужно притормозить, произошло неизбежное.
Алекс услышала хруст ломающейся кости Биара, когда он выдернул ногу из ямы между двумя валунами. Крик вырвался из его горла, прежде чем он смог заглушить звук одним усилием воли.
– Охотник!
– закричала Алекс, подбежав и опустившись на колени рядом с другом, но ее инструктор уже отступил назад, прежде чем призыв слетел с ее губ.
Произнеся совсем не приличное слово, Охотник
– Такое ощущение, что ты сломал малую берцовую кость. Но это не повредило кожу, что является хорошей новостью.
По напряжению в голосе Охотника Алекс поняла, что «хорошие новости» все еще были крайне плохими новостями, поскольку они находились посреди вражеской территории, а Биар теперь был инвалидом.
– Ты что-нибудь слышишь, Алекс?
– спросил Охотник.
Зная, что он не имел в виду обычные звуки джунглей, она внимательно прислушалась, но не услышала приближающихся джарноков.
– Ничего.
– Мы ушли далеко вперед. Я не знаю, потеряли ли мы их полностью, но думаю, на данный момент мы в безопасности, - сказал Охотник.
– Давай отдохнем несколько минут, перевяжем ногу и решим, что делать дальше.
Алекс кивнула в знак согласия, успокаивающе положив руку на грудь Биара.
– Ты отлично справляешься, - сказала она ему, когда учитель оторвал полоску от своей одежды и перевязал ногу Биара между двумя крепкими ветвями в импровизированной шине.
– Прости, - прошипел Биар сквозь зубы, его голос был наполнен такой острой болью, что Алекс почти почувствовала этот вкус.
– Я замедляю нас.
– Не говори глупостей, - сказала Алекс, жалея, что у нее нет воды или чего-то, что она могла бы ему предложить.
– Нам всем нужен был перерыв. Ты только что дал хороший повод.
Каким-то образом ему удалось сдержать смех.
– Может быть, мои "счастливые" джинсы не такие уж и "счастливые" , как я думал раньше.
Алекс смогла выдавить улыбку, но она исчезла, когда Охотник затянул шину, а Биар мучительно застонал. Желудок скрутило, Алекс наблюдала, как его глаза закатились, и он потерял сознание от боли.
С судорожным выдохом она перевела обвиняющий взгляд на Охотника.
– Было ли необходимо делать это так туго?
– У тебя достаточно опыта оказания первой помощи, чтобы знать ответ на этот вопрос.
То, что он сказал, было правдой, но Алекс ненавидела видеть, как страдает ее друг. Из-за этого она набросилась на единственного человека, который в данный момент оказался под рукой. Выплеснув на него последние несколько часов страха, разочарования, напряжения, стресса, боли и абсолютного ужаса, Алекс не сдержалась… она просто перешла прямо в словесную атаку.
– Они чертовы каннибалы! Неужели никто не подумал упомянуть нам об этом перед визитом?
– Алекс…
– Не было ли это слабостью с вашей стороны небольшое предупреждение? Чтобы кто-нибудь из вас просто сказал: «Эй, кстати, они, возможно, захотят приготовить из тебя рагу или принести в жертву своему подводному динозавру, но не волнуйтесь - мы уверены, что с вами все будет в порядке»?
– Мы...
– Вы все утверждали, что беспокоитесь о нашей безопасности… что за чушь!
– воскликнула Алекс, снова прерывая его.
– Если бы ты действительно волновался, ты бы что-нибудь сказал!