Гримус
Шрифт:
Он обдумывал различные способы самоубийства.
Глава 7
Николас Деггл сидел в просторном шезлонге у самой оконечности самого конца далеко выступающего в море мола, все такой же длинный и темный, но с новой лукавой улыбочкой, играющей на губах.
— Уверен, что морская прогулка удалась на славу, не так ли, красавчик? Как волна? Не слишком была крутая? Как ветер? Не слишком сильный? Но и не слишком слабый? Извините, я не очень силен в таких вопросах.
Взлетающий
— Деггл… — начал он.
— Ну вот — снова-здорово. Вы не меняетесь. «Постоянство во всем», вот мой девиз — так, что ли? Но позвольте одно словечко в смотровую щелку вашей раковины: у меня другое имя. Деггла больше нет. Времена меняются, друг мой, а с ними и имена.
— Да, — пораженно согласился Взлетающий Орел.
— Теперь меня зовут Локи. Великий Локи к вашим услугам. Могучий Маг Манипулирует Массой Материала. Дорогой мой, времена теперь тяжелые, приходится приспосабливаться. Все мы слабы. Вот и я — жертва обстоятельств. Я стал своим собственным наследником или своим собственным предком — выбирайте, что хотите, зависит от того, как вы смотрите на ход истории. Путаница с законом ужасная, проблемы с легализацией неразрешимые. Одно хорошо — благодаря вашей любезности я сохранил свое судно. Спасибо.
— Не за что, — прошептал Взлетающий Орел.
— Локи, — повторил Деггл, перекатывая на языке букву «Л». — Хорошее имя, не хуже других, как считаете? Отголосок древнего севера или что-то в этом духе. Для артиста звучное имя залог успеха, по имени нас встречают. Жалко, что с Ливией так вышло, да? По-моему, вы поступили правильно, уплыв тогда отсюда подальше. Наверное, получив такую кучу денег, вы не сразу пришли в себя? Но сейчас-то вам уже лучше, верно?
Глаза.
Глаза Деггла — глаза вечного странника, долгожителя, с вековечными морщинками в углах.
— Деггл, вы…
Сменив имя, Деггл остался мастером словесных поединков. Перебить Взлетающего Орла ему по-прежнему ничего не стоило.
— Ну прошу вас, дорогой мой. Я же говорил вам. Я теперь Локи. Люди могут услышать.
— Локи. Если вы еще живы, если вы все такой же, то вы должны знать Сиспи.
— Сиспи, — задумчиво повторил маг, — Сиисс-пии. Что это такое, добрый мой Орел? Название супа? Что-то ужасно знакомое.
— Вам хорошо известно это имя. Сиспи. Сиспи, бродячий торговец. С бутылочками с голубой и желтой жидкостью. Ну же, Локи. Голубая бутылочка. От чего умерла Ливия.
Взлетающий Орел пытался вложить в свой голос угрозу, но Деггл только весело рассмеялся.
— Ммм, — протянул он. — Конечно, Ливия — вы, вероятно, имеете в виду Ливию Крамм, вдову Оскара Крамма, жестяного короля — она умерла давным-давно. Задолго до того, как на свет появился я. К сожалению, мой предок, Николас Деггл, тоже умер. Обидно — уверен, что он мог бы вам помочь. А я не понимаю, о чем вы говорите.
Мужчина в шезлонге ослепительно улыбнулся. Очень похоже на улыбку старого Деггла, сказал себе Взлетающий Орел.
— А теперь, —
Великий Локи жил в караван-сарае в окрестностях Х. Он владел лошадью и домиком-фургоном. При их приближении из фургона выглянула очень красивая девушка. Помощница мага. Жаль, глуповатая.
— Это Лоти, — почему-то смутившись, объявил Деггл. — Локи и Лоти — понимаете?
Взлетающий Орел растерялся, и не в последнюю очередь виной тому были оставшиеся за плечами века.
— Деггл, — заговорил он, не обращая внимания на выражение муки на лице торопливо подающего ему предупредительные знаки собеседника. — Перестаньте дурачить меня — сколько можно?
— Но, дорогой мой, — быстро отозвался Деггл, не сводя с Орла немигающих глаз, — ведь все так просто.
Взлетающий Орел был близок к совершению физического насилия, когда Деггл внезапно бросил девушке:
— Пойди погуляй, Лоти.
За прошедшее время речь Деггла сильно изменилась, опустившись до уровня, соответствующего новому упрощенному уровню жизни, и теперь он допускал в разговоре некоторые обороты, которых раньше за ним не замечалось. Как бы там ни было, но Лоти послушно выбралась из фургона и подошла поговорить к лошади, которая, вероятно, почувствовала себя на ступень выше хотя бы одного живого существа.
— Похоже, к отправлению на остров Каф вы уже готовы, — сказал тогда Деггл Взлетающему Орлу.
Многое из услышанного от мага Взлетающий Орел не понял, например то, что по пути ему необходимо будет «пройти через врата». Многому он не поверил. Со слов Деггла выходило, что весь путь занимает не одно столетие, состоит из нескольких попыток и вне всякого сомнения грозит опасностями. Орел растерялся, но ему было все равно. Речь несомненно шла о земле обетованной, которую упоминал Сиспи; туда-то Взлетающий Орел как раз и стремился попасть.
«Твой удел быть ведомым другими», сказала ему миссис Крамм; Сиспи, одним легким движением определившего его судьбу, Взлетающий Орел ненавидел все сильнее. Теперь он хотел не только избавиться от тяжких уз бессмертия, но и отомстить.
Утром следующего дня он отправился на долгую прогулку в холмы в окрестностях Х. Он прощался с миром, поскольку, если хотя бы половина того, о чем рассказал ему Деггл, соответствовала истине, существовала большая вероятность того, что ничего этого он никогда не увидит снова.
К полудню он вернулся в порт и начал готовить яхту к отплытию. О том, что он желает вернуть свою собственность, Деггл даже не заикнулся.
Когда солнце начало клониться к закату, Деггл и Лоти пришли проститься с ним.
— Проходить через врата лучше всего в темноте, — напутствовал его Деггл.
Они пожали руки на прощание.
— Деггл, — спросил Взлетающий Орел, когда яхту и причал уже разделяла приличная полоска воды, — почему вы рассказали мне все это?
— Как сказать, — откликнулся, не переставая лукаво улыбаться, маг. — Может быть потому, что я тоже не слишком люблю этого вашего приятеля Сиспи. Да, скорее всего именно поэтому.