Гринвуд
Шрифт:
– Лиам. – Финли указал на телегу и прижал палец к губам.
Парень кивнул и даже проснулся. К телеге подобрались так тихо, как могли. Мерин окинул их недружелюбным взглядом, но траву щипать не перестал. Финли указал на гнедого и жестом приказал держать поводья, а сам вытащил пистолет и подошел к Тому.
– Где золото! – заорал он так, что мерин едва не сорвался с места.
Пока Лиам боролся с перепуганной лошадью, Волчонок вскочил как ужаленный, но запутался ногами в тулупе и кубарем полетел с телеги. Его старик открыл глаза и увидел перед глазами револьверное
– Где золото!
– В хлеву, под третьей доской, – испуганно пролепетал Том.
– Что, серьезно? – удивился Финли и убрал пистолет.
Доходило до Тома медленно, но когда он все-таки узнал стоящего перед ним, то разразился отборной бранью, мгновенно соорудив перл народного творчества в несколько этажей.
– Ого! – восхитился Финли. – Я такого даже в припортовых кабаках не слыхал. А повторить сможешь?
– Да иди ты! – Том с чувством сплюнул.
– Да ладно, я же пошутил, Том.
– Ты меня до смерти перепугал, – признался тот.
– Сейчас ты меня простишь. – Финли хитро улыбнулся, сбросил заплечный баул и, развязав сдерживающие его ремни, достал прекрасный заячий полушубок. – Меряй.
– У меня денег не хватит, – покачал головой Том.
– А как же золото в хлеву? Расслабься, разве я говорил что-то о деньгах? Это подарок. Джон, иди сюда, и для тебя есть. Я на вырост шил, но он, наверное, придется тебе впору.
– Хоть ты и псих, Финли, но нельзя тебя не любить, – прокомментировал такую щедрость Том.
– Рад тебя видеть, друг! – Лиам протянул руку и ухмыльнулся.
Джон ответил рукопожатием и такой же улыбкой.
– А ты еще больше вырос, – подметил Волчонок.
– Да и ты прежним не остался. И подтянулся, и в плечах раздался.
– Джон, иди, примеряй, – прикрикнул на него Финли. – Значит, это младшенькой, это средней, это среднему. – Финли все доставал и доставал полушубки одинакового покроя и грузил их на руки ошарашенному Тому. – И о супруге твоей не забыл.
– Господи, Финли, это же настоящее богатство!
– Ерунда. В моих лесах полно зайцев, а я не даю волкам плодиться.
– А у меня тоже для тебя кое-что есть! – Том раскидал сено, укрывавшее дно телеги, и вытащил оттуда огромную бухту пеньковой веревки. – Самая прочная во всей Бримии, – гордо заявил он.
– В Союзе, Том, Союзе, – тихонько поправил Финли, и старик Вулфи воровато огляделся по сторонам. – Еще, чего доброго, припишут тебе верность короне.
– И еще, – уже не так громко продолжил Том. – Куртки тебе да Лиаму. Он вынул завернутые в полотно плотные куртки из нескольких слоев парусины. – И еще… – Том вновь пошарил в сене и вытащил толстый рулон парусины.
Семья Вулфи занималась выращиванием и изготовлением изделий из конопли. Вещи у них получались в разы качественней, чем у других. Да и стоили никак не меньше, чем полушубки Финли. Так, например, куртка из нескольких слоев толстой конопляной парусины могла остановить саблю, если, конечно, повезет. Действительно, лучшие изделия в Союзе, поскольку многих старых мастеров Трусливый король забрал с собой на Дикий континент, а отец Волчонка тогда был
– Ну вот, начали мериться, у кого подарки круче, – кивнул Волчонок на родителей, застегивая пуговицы из волчьих клыков. – Великоват, – заключил он.
– Тебе-то что, вы свою парусину хоть везли, а мы на горбу да через весь лес тащили. А полушубок ничего так смотрится.
– У тебя же только вещмешок.
– В следующем году Финли и меня пригрузит. Наверняка уже два баула притащим.
– Не лишай старика мелких радостей. Он у тебя веселый.
– Веселый настолько, что ударил по голове, дабы реакцию проверить. Потом зашивать пришлось. Неделю к голове прикоснуться не мог.
– Что, правда?
– Правда, правда.
– А как твои головные боли?
– Знаешь, пока болел бешенством, почти не было, зато чертовщина всякая мерещилась.
– Бешенством! – переполошился Джон.
– Ага, а как вылечился, так боли вернулись.
– Точно вылечился?
– Точно.
– Странно, отец говорил, что это смертельно.
Глава 12
Первое построение – одно из двух мероприятий, которые генерал Брик никогда не пропускал. Вторым было последнее построение в конце года. На всех остальных, кроме приезда важных гостей, присутствовал только Лерой. Адъютант за лето совсем не изменился – такая же кислая подхалимская рожа и тощее тело в безупречном мундире. А вот Брик поправился. Он раздался примерно на столько же, на сколько и Волчонок, да только Джон стал шире в плечах, а генерал в пузе.
Отгремел гимн, и курсанты расслабились, вольно, не нарушая строя. Их наставники взялись за огромные клетки с крысами, по величине не уступающими мелким кошкам. Это были охотники. Животные, очистившие Свободный Союз Широв от колдунов и ведьм. Правда, большинство относилось уже ко второму поколению и не так хорошо чуяло магию, как родители, вскормленные плотью магов.
Главный наставник инженеров поднял клетку со старой облезлой крысой. Выбирать не приходилось, инженерам всегда доставалось то, чем брезговали остальные. Но именно эта крыса и принадлежала к первому поколению. Она прожила двенадцать лет – невиданный строк. За свой век успела свести в могилу восьмерых колдунов, только по этой причине ее еще не усыпили. Ведь крыса стала совершенно слепа. Если в ближайшее время она не найдет колдуна и не получит в награду кусок пропитанной магией плоти – точно подохнет.
Наставники одновременно направились к своим подопечным – им предстояло проверить чистоту рядов. Толку в этом было мало, поскольку все парни еще при поступлении проверялись и крысами, и еще доброй дюжиной других способов.
Едва наставник приблизился к Джону, слепая крыса пронзительно запищала. Весь плац вздрогнул от неожиданности. А некоторые смельчаки даже решились посмотреть в ту сторону. И Волчонка, и стоявшего за ним Лиама прошиб пот. Крыса бросилась вперед, ударилась о прутья и отлетела назад, смешно задергав лапами.