Громобой
Шрифт:
— Алекс, послушай. — Слова быстро и мягко слетали с ее желтых накрашенных губ. — У нас мало времени. Я здесь, чтобы помочь тебе. Я работала с твоим дядей — герром Йаном Райдером.
Парень удивленно посмотрел на немку.
— Это правда, я на твоей стороне.
— Но мне никто не говорил…
— Так было лучше для тебя.
— Но… — Алекс был в замешательстве. — Я же видел вас у подлодки. Вы знали, что готовит Саэль…
— Я ничего не могла поделать. Тогда — ничего. Это очень трудно объяснить. У нас нет времени на споры. Ты ведь хочешь остановить его?
— Мне нужен телефон.
—
— Тогда пойдемте.
Алекс все же не мог отделаться от подозрений. Если Наде Воль было так много известно, то почему же она не попыталась помешать Саэлю раньше? С другой стороны, она освободила его, а мистер Оскал вот — вот вернется. Ему оставалось только довериться ей. Вслед за женщиной Алекс покинул комнату, свернул за угол, поднялся по ступеням на один этаж вверх и оказался на лестничной площадке, в углу которой стояла статуя обнаженной женщины — какой — то греческой богини. Воль на секунду остановилась и оперлась ладонью о руку статуи.
— Что случилось? — спросил Алекс.
— Голова кружится. Беги дальше. Первая дверь налево.
Алекс пересек площадку, миновав Воль. Боковым зрением он заметил, как женщина нажала на мраморную руку статуи. Рука поддалась… рычаг. К тому моменту, когда он осознал, что его провели, было уже поздно. Он закричал, почувствовав, как пол под ним провалился вниз, вращаясь на скрытой от глаз оси. Алекс попытался ухватиться за что — нибудь, но тщетно. Упав на спину, он заскользил вниз, в подпол, по крутому спиральному туннелю из черного пластика. Падая, он слышал торжествующий смех Нади Воль и теперь отчаянно пытался найти точку опоры на стенках, гадая, что ждет его в конце трубы.
Спустя пять секунд он уже знал. Спираль выплюнула его. Он пролетел секунду в воздухе и плюхнулся в холодную воду. Ничего не видя вокруг, Алекс боролся за воздух. Всплыв на поверхность, увидел, что находится в огромном стеклянном резервуаре с водой, на дне которого лежали камни. И тут он с ужасом осознал, где именно очутился.
Воль отправила его в аквариум с гигантской медузой — португальским военным корабликом Ирода Саэля. Лишь чудом он не свалился прямо на эту тварь. Алекс видел медузу в дальнем углу аквариума, видел, как извиваются и кружатся в воде ее ужасные щупальца с сотнями жал. Ничто не разделяло их двоих. Алекс справился с паникой и заставил себя не двигаться. Он понял, что, барахтаясь в воде, лишь создаст приливный поток, который приблизит тварь к нему. У медуз нет глаз. Она не знает, что он здесь. Она не станет… не может напасть.
Но рано или поздно она все же доберется до него. Аквариум был огромен: по меньшей мере десять метров в глубину и двадцать или тридцать — в длину. Стеклянные стены возвышались над уровнем воды вне пределов его досягаемости. Ему ни за что не перелезть через них. Глядя вниз, сквозь воду, он мог видеть свет. Он понял, что смотрит в комнату, которую только 4TQ покинул, — личный кабинет Саэля. За стеклом произошло движение — из — за ряби на воде видимость была нечеткая, искаженная — это открылась дверь. Вошли двое. Алекс едва мог разглядеть их, но знал, кто они. Фройляйн Воль и мистер Оскал. Они встали напротив аквариума. Воль держала в руке что — то похожее на мобильный
— Надеюсь, ты меня слышишь, Алекс. — Голос немки раздался из динамика где — то над его головой. — Уверена, ты уже понял, что оттуда не выбраться. Можешь держаться на воде. Может, час, может — два. Другие выдерживали и дольше. Какой у нас рекорд, мистер Оскал?
— А — а о — о—ы — ой!
— Да, пять с половиной часов. Но скоро ты устанешь, Алекс. И утонешь. Или же все произойдет быстрее и тебя отнесет к нашей подружке. Видишь ее… да? Это далеко не теплое объятие. Это объятие смертельное. Боль, я думаю, должна быть за пределами детского воображения. Весьма прискорбно, что в МИ—6 решили послать тебя сюда. Они тебя больше не увидят.
Голос затих. Работая одними ногами, Алекс держал голову над водой, не спуская глаз с медузы. По ту сторону стекла опять произошло неясное движение. Мистер Оскал вышел из комнаты. Но Воль осталась. Ей хотелось увидеть, как он умрет.
Алекс задрал голову. Аквариум освещался сверху длинными, узкими неоновыми лампами, но они были слишком высоко. Алекс услышал под собой щелчок и затем тихий, урчащий звук. Почти сразу он понял, что что — то изменилось. Медуза двигалась! Он видел, как ее полупрозрачное тело с розовато — лиловым зонтом плыло в его сторону. Под зонтом медленно плясали щупальца.
Алекс глотнул воду и понял, что открыл рот, потому что собирался закричать. Воль, должно быть, включила искусственное течение. Вот почему медуза сдвинулась с места. Отчаянно забив ногами по воде, Алекс поплыл на спине прочь от твари. Одно из щупалец всплыло и уперлось в его ногу. Если бы не кроссовки, его бы точно обожгло. Могут ли жалящие капсулы проникнуть через одежду? Наверняка да. Кроссовки — его единственная защита.
Он доплыл до задней стенки аквариума и прижал одну руку к стеклу. Он уже понял, что Воль была права. Если не медуза, то усталость сделает свое дело. Ему приходилось бороться за каждую секунду, проведенную на плаву, а дикий страх подорвал силы.
Стекло. Он нажал на него, проверяя, сможет ли разбить аквариум. Возможно, удастся… Прикинув расстояние до медузы, он набрал в легкие побольше воздуха и нырнул на дно бассейна. Хотя силуэт Воль был расплывчатым, Алекс видел, что женщина наблюдает за ним. Воль же видела Алекса как на ладони. Она не шелохнулась, и Алекс в отчаянии понял, что немка знала, что он собирается сделать.
Он подплыл к камням и поискал один, поменьше, чтобы всплыть с ним на поверхность. Но все они были слишком тяжелые. Он выбрал один камень размером со свою голову, но не смог поднять его. Воль не пыталась помешать ему, потому что знала, что все камни прицементированы ко дну.
В легких заканчивался кислород. Поменяв положение, Алекс оттолкнулся ногами и начал всплывать, лишь в последний момент заметив, что медуза каким — то образом оказалась прямо над ним. Он закричал, изо рта вырвались пузырьки воздуха. Щупальца были как раз над его головой. Алексу удалось справиться с собственным телом, оставаясь на глубине, он бешено замолотил ногами, уходя в сторону. Ударился плечом о булыжник и почувствовал, как через все тело прокатилась боль. Обхватив ушибленное место рукой, он отплыл в другой угол и вынырнул на поверхность, жадно глотая воздух.