Гроза тиранов
Шрифт:
Однако, выставить докучливого гостя за дверь Жеврич не решался.
– Еще одна просьба… Нужен адрес лекаря, который помог мне прошлый раз.
Толстяк схватил со стола скомканный листок черновика, оторвал краешек, и на чистом лоскутке написал адрес.
– Вот. Славко расскажет, как туда добраться.
Я повертел в руках обрывок бумаги. Мельком отметил, что буквы на обратной стороне – французские. Язык просвещенной Европы! А Младен то – полиглот.
Жеврич посапывал недовольно, темы исчерпаны. Я поспешил откланяться.
4
Вопросы…
Встреча с Жевричем не только не дала мне ответов, но еще и новые головоломки подкинула.
Лекарь при виде ран сначала заохал, потом долго ощупывал, сгибал и разгибал суставы, тер кожу и сверял цвет ногтей на руках. В этот раз я был при деньгах – Барис подкинул, так что с оказанием медицинских услуг проблем не возникло. Припарки, новые повязки, микстуры, пилюли… И покой.
До приезда Белли я считанные разы выходил на воздух – предпочитал отлеживаться в мансарде домика медикуса. Старик авторитетно заявил, что мне нужен уход, иначе я рискую остаться без ноги и вообще недолго буду портить землю своим существованием.
Пришлось лечь в «стационар».
Единственное, от чего не мог предложить лекарства опытный врачеватель, была ипохондрия, унылая депрессия. Розовели и рассасывались отеки и синяки, перестало екать в груди, даже ломота в костях по утрам исчезла. А тоска осталась.
Конрад ворвался в мой мирок сияющим метеоритом.
Кипящий энергией колобок еще от порога ошарашил меня спорным заявлением:
– Все буянишь?
– Кто? – не понял я.
Белли бросил в угол мансарды запыленную треуголку, отряхнул купеческий кафтан. В этот раз он выглядел как негоциант средней руки. Причем, европеец, а не житель балканской Порты.
– Жеврич жалуется, что ты портишь отношения местных с османами. Уже и бойню из-за твоих выходок устроили. Он еле сдерживает кнезов от очередной резни…
Конрад плюхнулся на табурет у стола, схватил кувшин, принюхался.
– Вранец, [58] – подсказал я.
Тайный посланник скривился, но плеснул в кубок нелюбимого пойла, жадно выпил.
– Я тут проездом… Хочу сказать, что если вы, Петр Николаевич, уже совсем восстановились от ран, то вашей кипучей энергии Федор Васильевич готов найти более достойное применение.
58
Сорт вина.
Он опрокинул в себя еще кубок.
– Как это понимать? – ошеломленно выдавил я.
– Так и понимайте. Граф не доволен вами… и мною.
Кто такой этот «Федор Васильевич»? Ясно, что руководитель… Но кто? Я его, по-видимому, должен хорошо знать.
Агент продолжил:
– Ваша вакация затянулась. Пора о делах вспомнить… Не говоря уже о том, что наши друзья заждались вас.
– Кто?
Он пожал плечами.
– Не имею понятия. Мне передали, вы сами в курсе.
Я сжал зубы. Наследие прошлого! Чертовщина!
– Я говорил вам, что некоторые вещи вылетели
Белли сощурился.
– Сударь, о том, что вас пытали турки, я слышал. Не надо повторяться… И напомню вам, что ваши тайны – это ваши тайны. Мои – это мои… Меньше знаешь – меньше сдашь!
Он откинулся к стене мансарды, оглядел меня и категорически заявил:
– Бородка вам не идет.
Далась им эта щетина!
Белли поигрывал столовым ножом. Я заметил, что в этот раз при разговоре Конрад старательно избегает смотреть мне в лицо.
– Конрад?
Он таки вперил в меня тяжелый взор.
– Конрад, какое задание у меня было?
Агент минуту молча буравил меня глазами, потом поднялся, бросил на стол ножик и подобрал треуголку.
– Я вернусь через месяц. Постарайтесь сами вспомнить.
Он исчез из дома так же быстро, как и появился.
Чертовщина!
5
Барис пропустил мимо ушей мой пересказ ультиматума Белли. Лишь хмыкнул, что в этих горах российский император не сильней турецкого султана, а тот меня уже оценил. Жизнерадостное утверждение!
Карабариса гораздо больше тревожило другое. Австрийцы, традиционные поставщики пороха и ружей, отказались продавать припасы черногорцам и сербам. Даже контрабандисты виновато отводили взгляды и бормотали о сложностях. Купцы и вовсе отзывали представителей и сворачивали бизнес.
Некоторые из них прояснили ситуацию.
Неудачи Австрии и возникшие разногласия между Россией и Турцией заставили немцев по-новому всмотреться в ситуацию на Балканах. Вот-вот падет Франция, Россия и Австрия будут делить приз, что-то отломиться и османам. Но! Потом будет новый расклад сил, новые интересы и новые войны. И Францу Второму [59] не улыбалось получить бунтующих, пророссийски настроенных сербов на своих восточных границах. Вот и вышла указание приравнивать продажу оружия славянам к государственной измене.
59
Император Австрии (1792–1835) и император Священной римской империи (до 1806года).
Главный канал поставки пороха прервался.
Карабарис чесал пятерней кудлатую голову и в слух прикидывал варианты:
– Сходили бы к грекам. В Греции, как известно, есть все. Так там сейчас буча такая, что живым можно не вылезти. Янычары лютуют пуще здешних… В Модену или Тоскану, [60] Венецию ту же, тоже опасно плыть. Там лягушатники с Суворовым воюют, там флот, там торговцев оружием вешают без суда на реях… Что ж делать то?
Он засопел. Алекс, недоумевая, спросил:
60
Провинции северной Италии.