Гроза

Мельников-Печерский Павел Иванович

И это не фразер, не поднявшийся на ходули мещанин, — нет, свои чистые убеждения, свою бескорыстную любовь к людям он доказывает

на деле. Катерина бросилась в воду — и он, не знающий почти ее, не говоривший с ней ни слова — бросается в крутоберегий омут и вытаскивает утопленницу.

Мы вполне понимаем, почему г. Островский с особенной, как видно, любовию обработал прекрасный тип Кулигина, тип невымышленный, ни на йоту не опоэтизированный, живьем взятый из среды нашего народа, тип тех безвестных людей, которые, как ни забиты деспотизмом общественным и семейным, как ни безызвестны в тихой доле своей, все-таки составляют законную гордость России, и стоят выше, несравненно выше

многих, очень многих людей. Но скоро ли, скоро ли наши Кулигины пойдут широкой просторной дорогой? Настоящее время дает нам ручательство, что недалеко другое, прекрасное, давно ожидаемое нашим народом время, когда скроются в бездну мрака Феклуши и светлым строем выступят вперед наши прекрасные Кулигины. А недостатка в них не будет! [50]

50

Впервые опубликовано: Северная пчела. 1860. № 41–42. 22–23 февр. С. 161–162, 165–167. Без подписи. Печатается по тексту первой публикации.