Грязь
Шрифт:
Но затем двором заинтересовался главарь банды, которого звали Дьюс Юнгер, и предложил Полу кое-что обдумать. Он сказал что-то вроде: “А хочешь, мы будем присматривать за этим местом, а тебе доплачивать, а то вдруг однажды кто-нибудь придет сюда и разрежет твое чертово горло от уха до уха...”
Так это место стало центром притяжения разного сброда, который ошивался в графстве Кук, Иллинойс. В духе свободного предпринимательства клуб мотоциклистов “Пламя” начал быстро разрастаться, не только контролируя значительную часть рынка, но и делая большие деньги на сборе
— Этот грязный ублюдок, твою мать, — объяснял он, обращаясь к одному из тех, кто занимался утильсырьем, — приходит сюда, может быть, раз в полгода со своей крошечной дробилкой, и, знаешь, ты даже не можешь выругаться перед этим мудилой, сукиным сыном. Он приводит сюда свой трактор, как будто является владельцем этого места, и, знаешь, я не могу этого выдержать и считаю каждый мотоцикл, который он разбил. Мы начали с номера 172. Что-то вроде этого, и закончили на номере 164 — этот жадный осел лишил нас восьми машин. Восьми, в его Бога душу мать, машин, понял? Я не верю в это!
— Да, какая-то чертовщина, — согласился один из его телохранителей.
— И ты даже не можешь выругаться перед этим ублюдком. Ты ведь в курсе. Что ты на это скажешь? Назовешь шлюху вруньей? Нужно поймать его, это дерьмо.
— Нет, надо все же надрать ему задницу, — сказал парень по имени Ретард.
— Мудила! Он сам повалит тебя на землю, если ты повернешься к нему задом.
— Этот, мать его, был у Билли и получил двадцать три его машины. А потом этот невежда, мать его, сказал, что у него их только восемнадцать. Я никогда не видел столько раздавленного собачьего дерьма, поэтому хочу...
— Но, если мы немного “поработаем” там у них, то ты не сможешь потом узнать, сколько еще осталось. О, Господи, даже эта грязная сука, которая работает на Билли, сказала, что это самая высокая гора из восемнадцати мотоциклов, которую она когда-либо видела.
Их громкий смех был прерван стуком в дверь.
Двое из “Пламени”, на мотоциклах, сразу заметили две странные фигуры, которые направлялись к их хибаре. Рокеры спешились и подошли к ним:
— Вам что-нибудь надо?
— Да, сэр, — начал панк, прежде чем заговорил доктор Джеронимо. — Мое имя Вуди Вудпекер.
— Ну и что? — засмеялся парень, которого звали Мингус, — а я, черт побери, Дональд-Утка. У вас здесь какое-нибудь дело?
— Да, — ответил доктор травяных и оккультных наук. — Нам нужно повидать мистера Юнгера по очень важному делу.
— Ага, — сказал ему Мингус. — Хочешь, чтобы тебе надрали задницу, и потому привел с собой этого старого ублюдка. Послушай, у нас тут и своих ублюдков хватает.
Оба начали смеяться над своей шуткой.
— Сэр, — сказал Вуди, глядя на деревянную дверь, перед которой они стояли. — Я думаю, у вас есть кое-какие проблемы. За этой дверью, кажется, смеются, но, — он подошел ближе, — там сидят два врага. Посмотрите на это. — Вуди показал на пень, оставшийся от срубленного дерева. — Два настоящих великана-людоеда,
— Убирайся отсюда, ты, ненормальный старый колдун, и прихвати с собой этого потрепанного осла, пока мы не вышибли вам мозги, — заорал, взбесившись, один из рокеров, тогда как другой член клуба безуспешно пытался подавить смех.
— Разреши мне все уладить, пожалуйста, — сказал доктор Джеронимо своему спутнику. — Сэр, у нас назначена встреча с мистером Юнгером, и если вы, джентльмены, хотите узнать, где находится убийца мистера Три, предлагаю вам сообщить мистеру Юнгеру, что доктор Джеронимо хочет видеть его. Смех тут же прекратился.
— Что ты там бормочешь о Три?
— Мы пытаемся вам объяснить, что пришли сюда, чтобы помочь мистеру Дьюсу найти виновника недавней трагедии.
Внутри хижины разборка приняла неожиданный оборот.
Ретард обратился к присутствующим:
— Вы слышали о Гризи? — Вопрос был риторическим; — Этот ублюдок написал своему брату, что женится.
— Где этот сумасшедший мудило сейчас, в Джефф-Сити или еще черт те где?
— Может, его стоит... того? — предложил еще кто-то.
— Нет. Он еще ребенок. Когда его арестовали, он сидел в Буневилле или еще какой-то детской тюрьме, а потом его перевели в Алгоа. Он ведь был в бегах, когда подался сюда. — Они засмеялись.
— Ты шутишь, парень?
— Этому дураку оставалось отсидеть еще три года из шести, но кто-то подбил его на побег. Всего-то три года. И он рванул. Поэтому мы и не видим этого мудилу. Его поймали.
Все решили, что это очень забавно.
— Во всяком случае, его брат получил письмо из Алгоа. Парень пишет, что женится. Брат попросил его прислать фотографию этой суки.
Стук в дверь прервал рассказ.
— У нас заседание, — крикнул Дьюс, не открывая дверь. — Ну?
— Так он сказал, пришли карточку этой суки.
Смех.
— И его брат прислал одну. Сука этого Гризи оказалась кривой. Он прислал фотографию 18-летнего гомосексуалиста Ронни.
Истерический смех.
— Ты веришь в это дерьмо? Он сказал, что Ронни выглядит, как кривая жена. Как кокетка, согнувшаяся, чтобы снять панталоны.
Визги в комнате.
— Любой дурак рехнулся бы в середине чертова шестилетнего срока в этой чертовой Алгоа! Дерьмо!
— Что там за чертовщина, к дьяволу?
Раскаты хохота наконец немного поутихли, и они услышали громкий, настойчивый стук в дверь.
— Что там такое, вашу мать? — крикнул Дьюс.
— Эй, Дьюс!
Дверь открылась, и они увидели несколько лиц. Вошел Мингус:
— Думаю, сначала лучше проверьте это дерьмо. — Он закрыл дверь за собой. — Тут приехал какой-то колдун, называющий себя Джеронимо или еще каким-то чертовым дерьмом, вместе со старым крашеным психом. Они слышали, будто ты дашь три сотни долларов любому, кто скажет, где находится убийца Три. Они клянутся, что выдадут его.
В комнате стало тихо, и все повернулись в сторону Двери, когда Дьюс кивнул, разрешая посетителям войти.