Грязь
Шрифт:
«Что случилось? Похоже, что ты купалась в бассейне в одежде. Накройся. У тебя зубы стучат. Смотри, за тобой есть одеяло. Может, оно пахнет немного. Закройся им, если не хочешь заболеть», — сказал он вдруг с ямайским акцентом.
Франческа закуталась в одеяло.
И потом, зачем Джованни в Лондоне, зачем преследует ее?
У нее не было никаких соображений.
Она услышала внутренний голос, голос холодный и рассудительный, который говорил ей:
«Проще не бывает. У тебя есть доказательство. Доказательство того, что
Спицы. Пропавшие спицы. Ты это знаешь, и он это знает. Он пришел заткнуть тебе рот. Заткнуть его навсегда».
Новый ужас, абсурдный до невозможности, воцарился в ней.
Это так. Это так.
Ты должна бежать. Прятаться. Не дать себя найти.
Надо только размышлять здраво.
Сейчас ты едешь домой. Как-нибудь входишь. Берешь деньги и уезжаешь.
А куда? Куда я уезжаю?
В гостиницу, в полицию, куда хочешь.
До дома оставалось несколько зданий.
«Останови. Останови», — приказала она таксисту.
«Но мы еще не приехали…»
«Неважно. Слушай, у меня нет денег заплатить тебе. Но я дам вот это, думаю, подойдет».
Франческа сняла с руки часы. Ролекс. Подарок матери на окончание школы. Протянула ему.
«Погоди… Это много!» — прокричал ей вслед водитель, но было поздно: Франческа уже вышла и побежала.
Дом был темным.
Ни одного освещенного окна, даже на нижнем этаже. Ренделл не вернулась. Франческа подняла с земли тяжелый камень. Огляделась. Прохожих нет. Разбила дверное стекло одним резким ударом. Просунула руку. Нашла замок. Потянула защелку. Дверь открылась.
Задыхаясь, она рванула вверх по лестнице. Внутренности скрутились в болезненный комок. Теперь было самое трудное. Дверь квартиры. Ее камнем не пробьешь. Она поднялась на чердак, где Ренделл сушила белье. Зажгла свет. За развешенными простынями отыскала то, что ей было нужно. Большой ржавый топор. Вернулась назад, дрожа. Встала перед дверью и подняла топор над головой. Глубоко вдохнула и со всей силы ударила по замку. Оглушительный грохот раздался по всей лестнице. Дверь все еще была закрыта. Откололся большой кусок, но замок держался.
Она ударила по нему еще раз. И еще. И еще. Пока не разнесла замок совсем.
Дверь открылась. Франческа вошла. Зажгла свет. Побежала в спальню. Кошелек был там, где она запомнила, на тумбочке у окна. Она взяла его. Там было двести фунтов. Хорошо!
Теперь можно и уехать. Она вернулась в коридор. На автоответчике горела лампочка. Что делать?
Бежать? А если это мать, которая скажет, что нашла спицы, что они были среди ее вещей на улице Сан-Валентино?
Она нажала на кнопку прослушивания.
«Это Клайв. Что случилось? Я только что пришел. Меня не было в Лондоне. Перезвони».
Франческа
Второе сообщение.
«Франческа. Я не нашла спицы. Я искала их повсюду. Их нет… послушай, почему бы тебе сегодня не пойти ночевать к какой-нибудь подруге? Мне не по себе, что ты одна в квартире. Как вернешься, позвони мне… Я завтра буду в Лондоне».
Франческа не слушала. Голая, она стояла рядом с автоответчиком и прислушивалась к другому звуку.
Шаги.
Шаги на лестнице.
Кто-то поднимался. Кто-то в обуви с мягкими подошвами.
Это были шаги. Тяжелые. Шаркающие.
Джованни.
Адреналин бросился ей в кровь, сердце забилось, руки похолодели, ноги затряслись, мочевой пузырь расслабился.
Горячая моча потекла по ногам.
Шаги. Шаги. Шаги. Опять шаги.
Тело Фрачески хотело двигаться, бежать, но голова была парализована страхом, примитивным, первобытным, который мешал ей думать, действовать.
Я не могу… не могу пошевелиться.
Главный выключатель.
Он был рядом с ней.
Она протянула руку и выключила свет.
Темнота.
Через выломанную дверь проникало немного света, который слабо освещал первые метры коридора, уступая потом место тьме.
Шаги.
Топор!
Франческа подняла его с пола. Спряталась за дверной косяк. Голая и перепутанная. Обеими руками она сжимала тяжелый топор. Не дышала. Ждала.
Ритм шагов изменился. Шорох куртки Генри-Ллойд. Чужак был на первом этаже.
«Франческа?! Франческа! Где ты?»
Он звал ее своим гадким голосом.
«Франческа?!»
На пол упала тень. Франческа увидела силуэт мужчины, остановившегося у входа, подняла топор над головой. Рука мужчины стала искать выключатель. Франческа опустила топор со всей силы.
Отрубила ему три пальца.
Начисто.
Три обрубка отделились. Упали на пол.
И чужак тоже упал на пол, на колени, воя. Поднял культю и сжал ее другой рукой. Франческа не могла разглядеть его. Она видела лишь его силуэт, видела, что он согнулся на полу. Казалось, он молится. Франческа ощутила, как запах крови разливается по коридору.
Она отбросила топор, намереваясь убежать, но не могла, мужчина загораживал ей проход. Тогда она побежала в комнату, стукаясь обо все, как слепой мышонок хвостом. Размахивая руками перед собой. Ударилась о комод, о дверной косяк, уронила зеркало, безделушки.
Упала на ковер.
И сильно ударилась грудью, животом. Легкие парализовало. Франческа пыталась дышать, но не могла. Могла только издавать сдавленный хрип. Астматическое сипение. Издалека она слышала крики и плач мужчины, которые отдавались у нее в голове… Она задыхалась. Хватала ртом воздух, как рыба, вытащенная из воды.