Грязь

Амманити Никколо

Иностранец направлялся к ней. Решительно.

Поезд начал свое долгое торможение перед станцией. Стук колес стал менее ритмичным. Коридор за грязными стеклами посветлел. Лампы.

Франческа встала. Пульс бился в висках. Мышцы напряжены, как пружины.

Вот и станция, за раздвижными дверями. Вот и люди.

Поезд еще немного притормозил и остановился. Мужчина был меньше чем в метре от нее и подходил все ближе.

Чертовы двери, открывайтесь! Чего ждете?

Франческа

не смотрела на него, но чувствовала, что он сзади впился в нее взглядом, словно крючком.

Ну же! Открывайтесь!

И двери с шумом распахнулись.

Франческа выскочила. Пробралась через толпу, толкаясь локтями. Побежала, открыв рот, по коридору, завешанному плакатами, который неторопливо выходил на поверхность. Побежала, как не бегала никогда в жизни. Бросилась на двери-вертушки так, что они заскрипели. Пробежала мимо кассы. Вскарабкалась, спотыкаясь, по лестнице.

И оказалась снаружи.

Среди сумрака, дождя и машин.

Опять побежала, согнувшись от боли в селезенке. Свернула налево, в первую попавшуюся улицу. Она не видела ничего, только свет витрин и колеса машин, поставленных вдоль дороги, и ноги людей. Снова свернула в переулок, потом в другой. Наугад.

Она больше не могла. Нужно было остановиться. Она замедлила шаг и оглянулась. В первый раз.

Вокруг никого не было.

Не было иностранца, не было итальянца, не было человека в куртке Генри-Ллойд. Только темный переулок. Задыхаясь, пошла дальше. Постоянно оборачиваясь и глядя назад.

Я схожу с ума!

Это, возможно, был просто какой-то тип. Один из многих итальянцев, наводнивших Лондон. Один из миллионов обладателей курток Генри-Ллойд.

Что со мной происходит?

Франческа, уже совсем промокшая, села на мраморную скамейку и заплакала. Она плакала от усталости и ужаса, который был у нее внутри. Плакала над своей несчастной жизнью.

«Девушка, с вами все в порядке?»

Франческа подняла голову.

Господин с зонтиком, в шляпе, шарфе, плаще смотрел на нее с беспокойством и сочувствием.

«Да, все в порядке…» — ответила Франческа прерывающимся голосом.

Поднялась и пошла дальше. Господин с зонтом, по которому хлестал дождь, смотрел ей вслед.

Франческа продолжала идти наугад по запутанным улочкам жилых кварталов с маленькими домами, одинаковыми, освещенными. И наконец вышла на улицу побольше, которая должна была находиться недалеко от студии Клайва. Холод взбирался по ее ногам, покусывая икры. В туфлях хлюпала вода.

До дома Клайва оставалось немного.

Она окинула назад волосы, падавшие ей на глаза. Распрямилась и замедлила шаг, все равно она уже вся вымокла.

Луна, заметная между черными облаками, круглая и

бледная, освещала окрестность прозрачным неестественным светом.

И она снова увидела его.

Перед магазином электроники. На другой стороне улицы. Освещенного красным отблеском вывесок.

Он смотрел на нее.

Одетый в голубую куртку смотрел на нее. Привидение.

Что же еще?

Руки в карманах.

Нет, это невозможно! Он преследует меня…

Франческа опять побежала. Мужчина остался стоять. Он смотрел, как она в панике убегает, наступая в лужи.

Франческа, у которой в голове царил мрак, а стук сердца отдавался в ушах, пронеслась среди строений, скелетов из железобетона, подъемных кранов и грязи. Последний дом, самый большой, был дом Клайва. Она его сразу узнала.

Дверь была закрыта.

Франческа подбежала и принялась колотить по ней кулаками.

«Клайв. Клайв. Открой. Открой. Клайв», — заорала она.

Она пинала ее, оставляя вмятины, с ненавистью, так, что замки содрогались.

«Клайв, черт тебя дери. Открой. Это Франческа. Открой».

Она долго билась в дверь. Так долго, что заболели руки.

Никого нет. Прекрати! Прекрати!

Она упала на колени, прямо в лужи, и заорала. Заорала, потому что Клайв исчез. Заорала, потому что Джованни вернулся. Заорала, потому что этот дождь не прекращался. Заорала, и все.

Крик, в котором не было больше ничего человеческого. Вой умирающего пса. Потом опустила голову и сидела так долго, под дождем, стекавшим по ней.

Как это возможно?

Джованни в Лондоне. Что писали в газете? Задержан полицией. Задержан. Просто задержан. Что сказала мать?

«Его отпустили, я знаю только это…»

Но если ты под следствием, разве ты можешь улететь на самолете? Нет, не можешь. Разве у тебя не отбирают паспорт? Конечно, у тебя отбирают паспорт.

Это был не он. Ты просто впала в панику. Легкий приступ безумия. Ничего страшного. Ты просто стала психопаткой…

Она поднялась и машинально пошла в сторону дороги. Свет машинных фар скользил по мокрому асфальту, блестя в лужах. Она вытянула руку, пытаясь остановить такси. Проехали два. И не остановились.

Может, из-за ее вида. Мокрое пугало.

Наконец остановилось такси. Франческа залезла внутрь.

Водителем оказался молодой негр. В шапке из цветной шерсти и военной форме.

«Куда отвезти, красавица?» — спросил он.

«Домой», — дрожа, сказала Франческа. Ее знобило. Зубы стучали. Холод пробирал до костей.

«Ладно. Но скажи мне адрес…»

«Винсент-сквер».

«Ладно».

Было много машин. Они долго стояли. Шофер постоянно подглядывал за ней в зеркало. Франческа не обращала внимания.