ГСВГ, сержант

Семенов Александр

– Как, как ты с ними познакомился?- пристроился он рядом на кроватке и уходить не собирался.

– По многочисленным просьбам военнослужащих провожу ликбез по общению с будущими радистками. Делаю я значит бочку, захожу на вторую, а тут за спиной.

– Ах, ох.
– ну я значит аккуратненько спрыгиваю с турника, а там барышни и глаза у обеих влюблённые. Я так голантно подхожу к ним и говорю.

– Барышни, а нельзя ли вам впендюрить?

– Как впендюрить?
– офигел ефрейтор, - разве так можно? Они же послать могут.

Кубрик

начал по тихому ржать, я же решил анекдот рассказать до конца.

– Ну да, можно и по морде получить, но ведь можно и впендюрить.

Народ заржал в полный голос.

– Первое отделение, что у вас за весельчак завёлся?
– раздался голос старшины.
– Новенький, ты веселишь публику?

– Так точно, товарищ прапорщик, разрешите дальше спать?
– громко ответил я.

– Ещё звук и у вас будет персональный подъем, отбой.

В таких случаях лучше не спорить и кубрик погрузился в тишину.

Открыл глаза за полчаса до подъема.

Пару секунд вспоминал где я. А затем быстро поднявшись, оделся и выбежал на пробежку. К моменту подъема в ротах, которое было слышно по всему гарнизону успел отмотать километров пять и был полон энергии.

Остановившись у нашей казармы дождался построения своей роты, пока народ тянулся из дверей перемотал портянки, проверил не сбились ли они и в их составе роты пробежал ещё пару километров. В конце пробежки, старший сержант, что руководил нашей зарядкой, привёл нас в спортивный городок и после не очень продолжительной растяжки, которую народ просто игнорировал, всё подтянулись и мы пошли в расположение, выполнять мыльно-рыльные процедуры под ледяной водой. Выйдя из умывальника услышал команду дневального.

– Дежурный по роте на выход, - бросил взгляд кого там принесло. Возле дневального стоял командир роты и что-то ему выговаривал. Что бы не попасть под горячую руку, быстро юркнул в дальний проем от дневального, в наш кубрик. Быстро оделся и в ожидании завтрака потопал на улицу. Народ ютился в курилке, всех желающих она вместить не могла физически, по этому основная часть роты стояла возле и делала вид, что их тут нет. Через десять минут объявили построение на утренний осмотр, которое провели на улице. Ротный начал с хвоста и многие получали замечания по форме, но так по мелочи.

Стоящий через одного Малыш заметил.

– Что-то ротный разошёлся.

Но проверка всех кто был передо мной была разминка, перед моей проверкой. Меня начал он проверять с шапки, в которой проверил ориентацию звёздочки, наличие иголки и ниток. Затем подшива, документы, личные вещи. Маркировка обмундирования, включая ремень на штанах. Затем со знанием дела осмотрел как намотаны портянки и начищены сапоги снаружи. По итогу осмотра констатировал.

– Всё плохо. Ниток мало, подворотничок пришит криво, в карманах хрень всякая хранится (это он про шестьдесят марок, что болтались в обложке моего военника), стрелки на галифе не наглаженны, каблуки не почищены и что в таком раздолбае

находят девчонки, а? Подскажи.

Ах вот в чем дело, какой-то дятел настучал про мою прогулку начальству, оно, в смысле начальство, вставило капитану с указанием провести беседу, интересно то как.

– Что молчишь? Язык проглотил? Или скажешь это не ты рассекал с девицами, - продолжил морально давить капитан. Но потом одумался и назначил свидание.
– Зайдешь после осмотра ко мне.

Быстро закончив осмотр, капитан довёл распорядок на сегодня и скомандовал разрйтись.

Проследовав за ротным в его комнату, я плотно закрыл за собой дверь и стал ждать его тирады.

– Ты хоть знаешь кто это были? Дурья башка.Скажи спасибо, что пока шёл слух до Вюнздорфа, ты стал прапорщиком ВДВ,- накинулся он на меня.

– Понятно, папа одной из красавиц или обеих, о-очень большая шишка?

– Видимо да. Мне всё подробности не доложили, но женский взвод не зря называют генеральским. Соображай.

Но они, - он указал в потолок.
– Могут принести много неприятностей.

– Вот именно из этих соображений, я и удовлетворил интерес девочек. Ох тяжёлые времена грядут. Хотя девочки зачётные.

– Ты это брось. Никаких больше контактов! Слышишь, не каких!
– при этих словах капитал побелел и разве что не стал искать валидол.

– Разрешите вопрос?
– не ушёл я как он видимо хотел.

– Давай, но быстрее, сейчас в столовую идти.

– Если девушки сами подойдут и спросят, как пройти в нофелет, что делать?
– добил капитана вопросом, если до этого он не искал валидол, то сейчас начал стучать по карманам. В результате поисков он вытащил пачку папирос, вытряхнул табак их мундштука и сделал характерную гармошку, закурил. В это время он видимо соображал и делал выводы.

– Что успел сговориться, когда?
– задал он вопрос.

– Завтра. Я отнекался от свидания, что они назначали, а они попросили экскурсию по роте.

Нервная дрожь пробежала по лицу капитана.

– Вот я дебил, такой геморой себе принёс, сам. Своими руками. Бля...
– выругался он. Немного подумав приказал.

– Порядок в роте с тебя, если хоть пылинка, попадётся им на глаза, я тебя лично оскоплю. Ты понял? И что бы никаких свиданий пока ты в учебке, да и сегодня учителям дано задание проверить твои знания, свободен.

Вот обрадовал. Выйдя из кабинета начал вспоминать какие сегодня уроки, не отложилось у меня, что там капитан толдычил. Устав. Физра. Физика. Прикладная математика. Спецкурс, какой то грамоты и схем.

В столовой я уточнил у Кулебяки, что преподают на каком предмете.

– Устав самый задротный предмет. Пишеш, пишеш, пишеш, а потом это должен наизусть рассказать. Самый классный спецкурс работаешь на технике..
– пояснил он немного, тщательно пережевывая пищу.

– А там грамота какая-то, это о чем?
– задал вопрос про самый не понятный предмет.