Шрифт:
Не так давно я нашел на улице одну фотографию. На ней изображены ярко-красные женские губы. Я бы даже и не поднял ее, если бы губы не были запечатлены так натурально. Создавалось ощущение будто бы они живые. Такие влажные. Готовые тебя заглотить. Я украдкой оглянулся по сторонам и тайком положил фотографию себе в карман. Придя домой, я долго не мог на нее налюбоваться.
Время шло, и постепенно я стал понимать, что хочу пребывать рядом с фотографией постоянно. Хочу каждую секунду всматриваться в эти губы, целовать их. На фотографии они застыли в предвкушении поцелуя, чуть сжавшись, будто бы произнося букву «у».
Иногда мне казалось, что губы делаются теплее или холоднее в зависимости от моего настроения. Я с презрением смеялся над тем болваном, который выбросил такое сокровище, как эта фотография, на улицу. А вдруг он ее не выбросил? Вдруг он ее потерял? И тогда мне становилось страшно от этой мысли, страшно оттого, что он может захотеть вернуть ее обратно. И я прижимал фотографию к своей груди и плакал от страха лишиться ее.
Время от времени мне начинало казаться, что когда-то я знал женщину, чьи губы были запечатлены на фото, но это, безусловно, было не так. Несмотря на то, что за свою жизнь я знавал немало женщин, ни у одной из них не было таких замечательных губ. Я мог всматриваться в эти губы часами. Никогда еще я не встречал ничего более совершенного.
Иногда я представлял себе то лицо, на котором они могли находиться. Разумеется, лицо это должно было быть идеальным. И именно поэтому мне никак не удавалось его толком представить. В такие моменты я ненавидел фотографа за то, что он запечатлел на фотографии только губы. А потом начинал ненавидеть себя за то, что не встретил той женщины, которой они принадлежали. Иногда же мне казалось, что действия фотографа были обдуманными
Порой губы являлись мне во сне. Они либо разговаривали со мной, либо целовали меня взасос. Со временем губы заняли все мои мысли. Я шел на работу и думал о губах. Я занимался спортом и думал о губах. Я дрался за свою жизнь с уличными хулиганами и думал только о губах. Если бы кто-то спросил меня, в чем смысл моего существования, то я ответил бы, не колеблясь ни секунды, что он в созерцании губ.
Однажды я всматривался в фотографию на протяжении нескольких часов без перерыва. Я старался погрузиться в губы настолько глубоко, насколько это было возможно. Я старался проникнуть в самое их естество. Старался раскрыть их тайну. Старался заставить их сказать мне, за что я их так люблю. Я всматривался в них столь пристально, что боялся моргнуть и пошевелиться. Мышцы мои буквально одеревенели от отсутствия движения в течение столь долгого времени, глаза разболелись и заслезились. Слезы стекали по щекам и попадали в губы. В мои губы. В губы, до которых мне не было никакого дела. Слезы были солеными, неприятными. Не желая их больше глотать, я на секунду оторвал взгляд от фотографии и протер пальцами глаза, слегка помассировал их, снял напряжение. Подвигал одеревеневшей шеей. Снова всмотрелся в фото. И тут случилось небывалое губы на фотографии расплылись в язвительной полуулыбке. Я вздрогнул от неожиданности. А они вдруг стали увеличиваться и медленно сходить с фотографии, обретая реальное воплощение. Они все увеличивались и увеличивались. А потом нежно и страстно поцеловали меня, высосав сперва до капли мой мозг, а потом уже и мою душу.